ЖАНРЫ

Выброшенная жена дракона. Вернулась почти добровольно
Шрифт:

Когда ужин подошел к концу и гости начали расходиться, Дьярвет задержал меня, взяв за руку.

— Пройдемся по саду? — предложил он тихо. — Ночь теплая.

Мы вышли через боковую дверь в сад, где фонари освещали дорожки мягким, золотистым светом. Воздух был наполнен ароматом ночных цветов — сладким, почти дурманящим. Шли молча некоторое время, пока не оказались достаточно далеко от замка, чтобы нас никто не мог услышать.

— Зачем ты это сделал? — спросила я наконец.

Дьярвет остановился и повернулся ко мне.

— Потому что это правда, — сказал он просто. — Я был неправ тогда. Я... причинил тебе боль.

Я смотрела на него, пытаясь понять, искренен ли он или это очередная игра, очередная манипуляция.

— Ты никогда раньше не признавал этого, — сказала я тихо.

— Я никогда раньше не понимал этого. Не до конца.

Он сделал шаг ко мне, его рука поднялась и осторожно, почти нежно, коснулась моей щеки.

— Ты изменилась, Кейр, — сказал он тихо. — Стала сильнее. Умнее. Интереснее. И я... я начинаю думать, что выгнав тебя тогда, я сделал тебе одолжение. Ты бы никогда не стала такой, оставшись со мной. Со мной тогдашним.

Я не знала, что ответить. Его слова были похожи на правду, но я слишком хорошо знала Дьярвета, чтобы слепо верить ему.

— А что изменилось сейчас? — спросила я. — Почему я должна верить, что ты изменился?

Он отвернулся, глядя на темный силуэт замка вдалеке.

— Аэллэ что-то замышляет, — сказал он, резко меняя тему. — Он не просто так приехал сюда. И риану Каронг... он слишком интересуется тобой.

Я почувствовала, как внутри все сжалось от внезапного страха.

— Что ты имеешь в виду?

— Я не знаю, — признался Дьярвет. — Но мы должны быть осторожны. Очень осторожны.

Он снова повернулся ко мне, и в его глазах я увидела что-то, что заставило меня задержать дыхание — беспокойство. Не за себя. За меня.

— Я не позволю никому причинить тебе вред, — сказал он тихо, но твердо. — Никому.

И в этот момент я почти поверила ему. Почти.

Дьярвет стоял у окна своего кабинета, наблюдая, как Кераль прогуливается по саду в сопровождении тетушки Мираден. Даже издалека он видел, как она оживленно жестикулирует, рассказывая что-то пожилой женщине, которая, казалось, была единственным членом семьи Эраленов, искренне радовавшимся возвращению Кераль.

Губы Дьярвета тронула легкая улыбка. Его публичное "признание" на ужине сработало даже лучше, чем он ожидал. Никто не осмелился осудить его — напротив, многие придворные аэллэ бросали на него уважительные взгляды. Не каждый мужчина, тем более халидэл, способен признать свои ошибки.

А Кераль... О, его маленькая птичка почти угодила в силки. Он видел, как смягчился ее взгляд, как на щеках появился легкий румянец, когда он говорил о своей "вине". Она хотела верить ему. Хотела верить, что он изменился, что он сожалеет о прошлом.

"Какая прелестная, — подумал Дьярвет с усмешкой. — Такая умная во всем остальном, и такая наивная в этом. Попадешься, птичка. Обязательно попадешься."

Он отпил вино из бокала, наслаждаясь его терпким вкусом. План складывался идеально. Еще немного, и она полностью доверится ему. А когда это произойдет...

Дверь кабинета открылась без стука, прерывая его размышления. Дьярвет обернулся, готовый отчитать слугу за такую дерзость, но вместо слуги в дверях стояла Фейра. Ее огненно-рыжие волосы были распущены и свободно падали на плечи, платье — темно-зеленое, подчеркивающее ее фигуру — было расстегнуто чуть больше, чем требовали приличия.

— Халидэл, — произнесла она с улыбкой, закрывая за собой дверь. — Я искала тебя.

Дьярвет поставил бокал на стол и выпрямился. Он знал этот взгляд, эту улыбку. Знал, чего она хочет.

— Ринтана Фейра, — ответил он с легким поклоном. — Чем обязан такому... неожиданному визиту?

Фейра не ответила. Вместо этого она пересекла комнату и остановилась прямо перед ним, так близко, что он мог ощутить аромат ее духов — тяжелый, пряный, слишком насыщенный.

Пять лет, Дьярвет, — сказала она, ее голос стал ниже, интимнее. — Пять лет я ждала, когда ты снова позовешь меня замуж. А теперь... теперь эта твоя "жена" вернулась, и ты делаешь вид, что она — единственная женщина в мире.

Ее рука поднялась и легла на его грудь, пальцы играли с пуговицами его камзола.

— Но мы оба знаем, что это не так, — продолжила она, делая еще один шаг вперед, практически прижимаясь к нему. — Мы оба знаем, чего ты на самом деле хочешь.

Дьярвет почувствовал, как его тело реагирует на ее близость — привычно, почти механически. Фейра была опытной любовницей, она знала, как доставить удовольствие мужчине. И было время, когда этого было достаточно.

Она прижала его к стене, ее руки скользнули под его камзол, ее губы нашли его шею. Дьярвет позволил себе на мгновение закрыть глаза, отдаваясь ощущениям. Его руки опустились на ее талию, затем скользнули ниже, задирая подол платья.

Фейра тихо застонала, когда его пальцы коснулись обнаженной кожи ее бедер. Она была уже готова. Дьярвет наклонился и поцеловал ее — жестко, требовательно.

Кто мог бы осудить его? Он был халидэлом, одним из самых влиятельных людей в Атале. У него были права и привилегии, о которых другие могли только мечтать. Иметь любовницу — или даже нескольких — было обычным делом для мужчин его положения. Никто не ожидал от него верности жене, особенно жене, которая исчезла на пять лет.

Он прижал Фейру к столу, его руки жадно исследовали ее тело, такое знакомое, такое доступное. Она выгнулась навстречу его прикосновениям, ее дыхание стало прерывистым, ее руки лихорадочно расстегивали его брюки.

И вдруг... что-то изменилось. Дьярвет почувствовал это как внезапный холод, пробежавший по спине. Что-то было не так. Что-то было... не то.

Он отстранился, глядя на Фейру. Она была красива — никто не мог отрицать этого. Ее кожа была гладкой и упругой, ее грудь — полной и соблазнительной, ее губы — пухлыми и влажными от поцелуев. Она была всем, чего мог желать мужчина.

Но...

Но ее глаза были пустыми. В них не было ничего, кроме физического желания и расчета. Ни искры интеллекта, ни намека на вызов. Она была слишком... предсказуемой. Слишком легкой добычей.

Поделиться с друзьями: