Выродок
Шрифт:
Зайдя в кабинет, Тедди мгновенно оценил ситуацию:
— Джонни, после возвращения в Англию тебя осматривали целители?
— Конечно, Тедди, — глухо ответил Кузнечик, не отрывая ладоней от лица.
— Так я и думал! Опять эти коновалы что-то напутали! Сейчас они в количестве десяти человек явились в Министерство, дабы осмотреть мистера Бернса, не прошедшего диспансеризацию! Охранник отправил незваных визитеров на третий этаж, там их задержат на некоторое время, но рано или поздно целители все равно к нам заявятся! Так что, Джонни, времени у тебя мало: скорее собирайся и уходи, а с коновалами мы сами разберемся!
— Спасибо и до свидания! – Кузнечик вскочил с места и выбежал из кабинета.
Тедди уселся за свой стол и вернулся к размышлениям о недавней беседе с младшим Малфоем, в которой его еще что-то удивило. Тедди не сразу понял, в чем дело, а, догадавшись, снова помянул упавшую на пол челюсть.
Все в Министерстве знали: когда Арти Уизли начинает шипеть – пора спасаться бегством. Этого тихого голоса многие боялись даже больше, чем напоминавших конское ржание криков Ипполита Гиппокридеса – начальника Департамента Мракоборцев.
За прошедшие десятилетия шипению Уизли пытались подражать очень многие сотрудники Министерства, однако имитации всегда оказывались и вполовину не столь впечатляющими, как оригинал. Тедди, которого во времена его службы в Летучем отряде не зря прозвали Умником, вообще не верил, что кто-то сумеет шипеть так же устрашающе, как Рыжий. И лишь сегодня Тедди понял, что ошибался: услышанные им несколько минут назад звуки не повторяли оригинал полностью, но все равно были очень впечатляющими. Вообразить, что Малфой способен на такое, было совершенно невозможно. Тедди поневоле вспомнил Шекспира: «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам». И, как оказалось, не только мудрецам, но и Умникам…
— Да успокойся ты, Рыжий! Сколько раз тебе повторять! Твой высокородный подопечный был спокоен как огурец, никуда плыть не собирался и, видимо боясь, что без тебя мы совсем от рук отобьемся, решил нас всех построить! И так лихо это у Малфоя получилось, что я даже залюбовался!
Друзья сидели за столом в саду перед «Норой» и пили холодный тыквенный сок, заедая его имбирным печеньем. В некотором отдалении от мужчин десяток домовят, подкармливаемых семьей Уизли, гонялись за гномами.
— А Малфой тебя не обидел? – тревожно спросил Артур. Сейчас он выглядел гораздо лучше, чем утром. Тедди скромно надеялся, что этому помогла не только забота миссис Уизли, но и его собственное письмо.
— Ни в коем случае! Ты же знаешь, я обожаю, когда мной руководят! Да и зверинцу это, думаю, пойдет на пользу. Никогда не умел строить подчиненных! Думаю, под моим чутким руководством они изрядно разболтались. Лишняя встряска пойдет им только на пользу, а у тебя сейчас много других дел… Должен сказать, Малфой в командирском рвении – это редкое зрелище! Жаль, что ты вряд ли когда-нибудь его таким увидишь: в твоем присутствии он себя ведет совсем иначе… Кстати, давно хочу спросить, почему ты позволил Малфою сесть за твой стол?
— Он пришел раньше меня и место выбрал сам. А сгонять Малфоя я не стал, потому что он ведь только–только из тюрьмы вышел, а до этого у Снейпа прятался. У нас тоже подземелье то еще, пусть этот выродок хоть из фальшивого окна видит нормальную жизнь…
— А почему ты разрешил мальчишке класть ноги на стол?
— Так я же пару раз видел Малфоя в Хогвартсе, — сквозь зубы ответил Уизли. — Мальчишка всегда такой напряженный был, словно аршин проглотил. Вот я и решил позволить Малфою хоть немного расслабиться… Да что мы все об этом выродке болтаем?! Неужели у нас нет других тем для разговора?! Кстати, как Джонни пережил все случившееся?
— Вот он «поплыл», но это и понятно. Кузнечик по натуре не боец, а аналитик. Он сам это прекрасно знает, так что особо переживать не будет. Решит еще раз попробовать поехать на целевой выезд – хорошо, нет – еще лучше! Джонни мне для бумажной работы нужен…
— Не понимаю, как такое могло произойти! – Артура передернуло. – Ведь мы же с ребятами из ласковой обслуги договорились: все мало–мальски опасные вызовы они берут себе, а нам оставляют то, что полегче…
— Хорошо, когда обслуга за нас работает, а не мы за них! — не выдержал Тедди. – Хотя если дела и дальше пойдут так, как идут сейчас, — боюсь, что эта лафа недолго продлится…
— Да, если уж в домах у одиноких старушек регулярно появляются Черные Дыры, — вздохнул Уизли, — ничего хорошего ждать не приходится! Кстати, первую естественную Черную Дыру Малфой самостоятельно уничтожил тоже в доме у одинокой пожилой леди…
Тедди открыл рот, чтобы посочувствовать несчастным старушкам, но вдруг замер, потрясенный внезапной догадкой, а потом странным голосом спросил:
— Рыжий, сгустком какой энергии является Черная Дыра?
— Некробиотической, — ответил Уизли, по ходу произнесения этого длинного слова начиная соображать.
— Вот именно! Энергии смерти, – точнее, жизни–после–смерти или посмертных форм существования! Естественно, в домах, где живут старики, приближающиеся к концу своего земного существования, уровень некробиотики должен быть выше! Ну мы и остолопы!
Артур длинно и очень нецензурно выругался, а потом самокритично заметил:
— Это не мы остолопы, а я! Ты-то как раз сообразил!.. Хотя нет, не подходит! Нередко Черные Дыры образуются в домах, где живут еще не старые люди!
— Может быть, хозяева таких домов тяжело больны или там кто-то умер незадолго до нашего визита? – Тедди быстро вспоминал составленную Белочкой и Совой картотеку. – Нет, не подходит! То есть бывает и так, но и исключений из этого правила предостаточно…
— А что, если разгадка кроется в атмосфере самих домов? Скажем, старые особняки, где умирали многие поколения жильцов… Нет, непохоже! Во многие пятисотлетние здания нас не вызывали никогда, а вот у Прэтчеттов регулярно глючат заклятья и нередко образуются естественные Черные Дыры. Мы туда регулярно ездим, а ведь особняк был построен меньше полувека назад! Я это точно знаю: Прэтчетты у нас землю купили – последний участок, который оставался. Там многие века было кладбище наших домовиков, ни один высокородный на том месте жить не стал бы ни за какие деньги, и только совсем уж бестолковые нищеброды позарились на низкую цену! Отец не верил, что кто-то захочет купить кладбище наших домовиков, и, узнав о предложении Прэтчеттов, был сам не свой от унижения! Но голод не тетка, а счета требовалось оплачивать. Отец сам уничтожил все надгробия, чтобы хамы не притраги…
Уизли умолк на середине фразы, а потом прошептал:
— Кладбище! Некробиотика!
— Поздравляю, Рыжий! – сказал Тедди срывающимся голосом. – Мы поняли, как работают портативки! Они не создают Черную Дыру – для этого понадобилось бы слишком много энергии, — а только преобразовывают в Дыру уже имеющуюся в домах некробиотику! Мерлин, как все просто! Это же совершенно меняет дело! Я возвращаюсь в Министерство – нужно немедленно составить новый график поисков…
— Я поеду с тобой! – Уизли тоже поднялся на ноги.