Чтение онлайн

Так проходили концерты по всему Узбекистану. И пока они не приехали в Бухару, все было относительно хорошо. Володю и его команду поселили в гостинице — Высоцкий перед концертом проснулся очень рано и пошел на рынок. Зачем он туда пошел? Одному Богу, наверное, известно! Шумная, пестрая, разноплеменная толпа, изобилие всяких экзотических фруктов, пятна непривычно ярких цветастых нарядов, еще более яркие тона всякого азиатского товара, выпирающего по рядам лавок-палаток. Здесь продавали все, и купить можно было практически все что угодно, но что купил здесь Высоцкий — оставалось загадкой!

Толю разбудили крики и стук в дверь:

— Володе плохо!

Наскоро одевшись, Федоров бросился в номер к товарищу. Высоцкий абсолютно бледный — беспокойство, громадные зрачки. Налицо все симптомы отравления, но не только пищевого. И на глазах ему становится все хуже и хуже. И как в глупых фильмах, все стоят, не зная, что делать, куда бежать.

— Ребята, он же умирает! — закричал врач.

— Толя, спаси меня! Пожалуйста, — прошептал Володя и свалился на пол.

А дальше — череда уколов и операций. Укололи глюкозу, но это не помогло — остановилось дыхание, пульса нет. Высоцкий умер!!!

Остановилось сердце. Федоров дрожащими руками достал шприц с кофеином — с очень длинной иглой! Колол прямо в сердце, стал делать искусственное дыхание: рот в рот. Абдулову показал, как делать массаж сердца. И сердце заработало — шансонье удалось спасти! Несколько минут — и Высоцкий дышит. Сам! Без посторонней помощи.

— Я думал, мы потеряли тебя, — прошептал Толя, обнимая друга, когда тот пришел в себя.

— Ты так мне искусственное дыхание делал, что я чувствовал, что моя грудная клетка расширяется, чуть не разрывается, — хрипло сказал Володя, а еще через минуту спросил: — А как же концерт?

— Нет уж, Володя, с таким сердечком и в таком состоянии твои концерты здесь закончены, — отрезал Федоров.

Это была самая настоящая клиническая смерть! Сердце остановилось, и стоило промедлить несколько минут, как Высоцкого было бы уже не спасти! Чудо, что Толик оказался рядом, что смог помочь и спас Володину жизнь… Ему нужно позвонить Марине, нужно прекратить все это, думал Высоцкий, пока Федоров писал для него записку, что делать, если приступ повторится. Эту инструкцию Володя засунул в карман куртки. И в тот же день вся команда с ним улетела в Ташкент, а оттуда Высоцкого отправили в Москву.

Марина прилетела в Москву в самом конце декабря 1979 года. Конечно, год выдался нелегким — многое произошло, но ей все равно хотелось встретить Новый год здесь, в столице, со своими друзьями, с Володей. С ним необходимо серьезно поговорить, но все это позже, ведь скоро Новый год! Праздник было решено отмечать на даче у Володарских — именно туда Марина и поехала сразу из аэропорта.

Все-таки нигде в мире нет такого Нового года, как в Москве, — это настоящий зимний праздник! Снег, кругом наряженные витрины магазинов, фонарики. Как-то, после очередной заграничной поездки, Высоцкий сказал, что после Парижа в Москву возвращаешься как в разрушенный город. Но перед Новым годом столица преображалась — наряжалась, становясь даже немного похожа на европейскую столицу.

Такси довезло Марину почти до дачи, где, расплатившись с водителем, она вышла из машины. Резкий, холодный воздух ударил в лицо. Женщина завела выпавшую из-под шапки прядь волос за ухо, закуталась в куртку и направилась в сторону дома. Ее кусали снежинки, а холодная вьюга трепала волосы, но это было так приятно! Холодный воздух помогал справиться с мыслями, прийти в себя.

В последнее время их с Володей окружало столько слухов! Говорили, что у Высоцкого уже пару лет как есть любовница — некая девочка, студентка. Высоцкий вникал в ее студенческие дела, проводил с ней время, она кормила его пельменями, пришивала пуговицы к его рубашкам. На этот Новый год якобы Володя подарил ей телевизор и поехал вручать, вот как раз сейчас, пока Марина едет на дачу…

Наконец среди деревьев и снега появились знакомые очертания дома. Убрав перчатки в сумку, она схватилась горячей рукой за холодную сталь ручки и открыла парадное.

— Мариночка! — раздался в глубине дома голос. — А мы вас ждем!

Марина невольно улыбнулась. Как же хорошо снова оказаться в кругу друзей и близких! Она вошла, выпуская облачко горячего воздуха изо рта, и уже через несколько минут, сидя в кресле со стаканом чая в руках, рассказывала последние новости и слушала приветливую болтовню хозяйки дома.

Владимир в это время ехал на дачу. Из Москвы собиралась большая, шумная компания: Сева Абдулов, Валера Янклович, еще много людей — кто-то с женами, другие — с девушками. Новый год обещал быть веселым! Поставили елку, купили мясо, которое решено было запечь в духовке.

Следя за тем, как женщины вынимают из духовки запеченное мясо, Володя неожиданно рассмеялся — вспомнил историю, произошедшую с ним и Борисом Синичкиным в Ленинграде на рынке.

— Я вам сейчас чего расскажу, — сквозь смех сказал он. — Как-то с Борей Синичкиным в Ленинграде мы пошли на рынок купить фрукты и случайно попали в павильон, где продавались гуси. И ему пришла в голову озорная идея. «Смотри, — сказал он. — Сейчас я сделаю так, что все торговки будут между собой ругаться». И правда сделал! Он подошел к первой попавшейся торговке, взял гуся, посмотрел на него внимательно и сказал: «Моя жена поручила мне купить гуся с жирной жопой». Торговка немедленно повернула гуся задом: «Разве это вам не жирная жопа»? Боря задумался, разглядывая гуся. «Хорошая жопа, но хотелось бы пожирней», — ответил он. «Гражданин, — крикнула соседка, — идите ко мне! Уверяю вас, здесь на базаре такой жопы вы не найдете». И правда, начался шум и гам. Торговки со всего павильона кричали: «Ишь ты, самая жирная жопа у меня». Боря поворачивал очередного гуся к себе задом, одним глазом заглядывал внутрь, а другим смотрел на меня, а я уже рыдал от смеха. Наконец он объявил: «Лучше позвоню жене, пусть она придет и выберет жопу себе по вкусу». Мы ушли, но еще долго над павильоном носилось слово «жопа».

Все смеялись, а Высоцкий принялся вспоминать такие рассказы из жизни.

— С тем же Борей были мы как-то в городе Запорожье, сидели на скамейке рядом с рестораном, где шумела свадьба. Нам со скамейки было все видно. Боря опять решил повеселить нас, зашел в зал, где праздновали свадьбу, поцеловал невесту, посадил ее на руки и поднял тост за молодых. Все выпили. Он потанцевал со всеми женщинами, обнимался с какими-то мужчинами, поднимал тосты, пил с женщинами на брудершафт, устраивал массовые танцы, черт знает что натворил и ушел. Мы хохотали и никак не могли понять, как это возможно. А Боря нам объяснил, что на свадьбах никто никого толком не знает. Родственники невесты думают, что ты — гость со стороны жениха, гости жениха не сомневаются, что ты — со стороны невесты, аты — с улицы.

— Действительно! — хохотали гости, вспоминая свои свадьбы.

— Я ведь тоже не всех знал, кто меня поздравлял!

Время приближалось к полуночи. Стол накрыт, елка сверкает. Телевизор включен — идет «Голубой огонек»… Только Володя был трезв и веселиться стал немного грустновато. В такие моменты люди видели, как проявилось другое Володино качество — его необыкновенная скромность. Он сидел на кухне и курил. На столе стоял бокал не то минеральной воды, не то сока, а пепельница была завалена сигаретными окурками. Вспышки огней-гирлянд отражались в стенках бокала. Свет Высоцкий не зажигал, предпочитая сидеть в темноте, задымляя помещение до того, что смог висел под потолком. Володя затушил очередную сигарету и потянулся к пачке за следующей. Хлопнула распахнутая настежь форточка, ударившись о стену.

Володя принес гитару. Но собралась настолько пестрая, разномастная компания, которая была объединена непонятно чем, что за всю ночь даже ни разу никто не попросил его спеть, хотя он пришел с гитарой. А сам Высоцкий был очень приветлив со всеми, всем хотел сделать приятное, спрашивал о делах, предлагал помощь…

Встретили Новый год. Все было хорошо: и природа, и люди.

— А пойдемте на дачу к Высоцким, она же здесь прямо рядом, — предложил кто-то.

Действительно, дача Володи была достроена — он не без гордости показывал гостям свой небольшой домик, который обустраивала Марина, все веселились. А потом легли спать.