Чтение онлайн

— На каких? — насторожился сисадмин.

— Четверть от того, что мы отсудим — наше! — не моргнув глазом, выдал шеф.

— Идёт! — Вовчик согласился, вообще не раздумывая. — А сколько там можно отсудить?

— Для точного прогноза мне необходимо изучить предмет спора, — пояснил я. — Нужно понимать, что конкретно делает программа, каков подтверждённый объём заработка компании на текущий момент, в чём заключалось нарушение трудового договора, как оформлялось техническое задание…

— Но тебе в любом случае хватит! — оптимистично подытожил Маньков.

Вовчик торопливо достал смартфон, потыкал в экран и переслал мне ссылку на приложение в сторе. Я открыл страницу. Рейтинг у приложения зашкаливал: количество звёзд и отзывов поражало. Похоже, наш сисадмин создал крайне востребованный продукт.

— Нам ещё нужны все документы, что у вас есть, — сказал я. — Трудовой договор, приказы, всё, что у вас осталось.

— Документы завтра утром принесу, — пообещал Вовчик. — Они у меня дома лежат.

После этого парень быстро завершил работу по наладке сети, и на ноутбуке радостно замигал значок восстановленного сетевого подключения.

— Готово! — объявил сисадмин.

— Отлично! — сказал шеф и удовлетворённо потёр ладони. — Ждём тебя завтра с бумагами!

Вовчик поднялся, отряхнул джинсы и выжидательно посмотрел на Манькова.

— Что? — спросил шеф.

— С вас за настройку сети тыща рублей, — деловито сообщил Вовчик.

Маньков даже не изменился в лице — парировал на автомате:

— А с тебя за первичную юридическую консультацию — девятьсот восемьдесят. Так что мы тебе всего двадцать рублей должны. Мелочи наличными у меня с собой нет, но могу прямо сейчас на телефон скинуть. Двадцать рублей, всё без обмана.

Вовчик опешил и пробормотал:

— Но это нечестно…

— В смысле, нечестно?! — театрально возмутился Маньков, всплеснув руками. — Володя, мы с тобой теперь одна команда! Мы идём отвоёвывать твои миллионы, а ты из-за каких-то двадцати рублей устраиваешь тут мелочные разборки? Ты это серьёзно сейчас?

— Да не за двадцать, а за тыщу! — взвыл Вовчик. — Я же вам сеть настроил!

Маньков тяжело вздохнул и укоризненно покачал головой.

— Да, Владимир… Не знал, что ты такой человек. А мы-то тебе ещё дружескую скидку сделали. Но если ты такой принципиальный — не вопрос. Вычтешь свою тысячу из наших двадцати пяти процентов. И иди уже, пока наша консультация не перевалила за полчаса и не стал капать двойной тариф!

Вовчик постоял ещё секунду, сокрушённо моргая. Осознав, что живую тысячу рублей в этом кабинете ему точно никто не даст, он махнул рукой и понуро поплёлся к выходу. Я проводил его взглядом и мысленно отметил, насколько лихо и бессовестно Маньков всё провернул. Его навыки социальной инженерии и манипуляции определённо заслуживали изучения.

— Шеф, — сказал я, когда дверь за Вовчиком захлопнулась, — а вы не погорячились двадцать пять процентов за работу брать?

— Согласен, Илюха. Лоханулся я, — ответил Маньков. — Я ведь как думал: сейчас загну четверть, он начнёт возмущаться, спорить, и мы в процессе торга сойдёмся на пятнадцати. А он с ходу согласился! Эх, теряю хватку… Могли ведь и треть выбить в лёгкую!

— Вообще-то, я имел в виду другое. Не слишком ли это много? Наша задача — помогать людям восстанавливать их законные права, а не обирать их.

Маньков посмотрел на меня с такой тоской, словно я только что расписался в собственной профнепригодности.

— Таранов, сними белое пальто, оно тебе жмёт, — нравоучительно начал шеф, откидываясь в кресле. — Запомни раз и навсегда: хороший юрист должен ценить каждую копейку. Свою и чужую. Он должен бороться за каждую копейку, уметь торговаться до хрипоты и выжимать ситуацию по максимуму! Это не жадность, Илья, это важнейшие, базовые и самые ценные качества для юриста. Если ты не умеешь выбивать деньги для себя, то как ты собираешься выбивать хорошие условия и компенсации для своих клиентов? А? Юриспруденция — это война! А на войне пленных не берут!

Шеф сделал глоток остывшего кофе, поморщился и закончил свою лекцию железобетонным аргументом:

— И вообще, за такое дело брать маленькое вознаграждение — просто преступно. Это тебе не взыскание алиментов и не спор о нарушении договора аренды, где всё по шаблону. Это авторское право! Интеллектуальная собственность! Это такие дебри, это такое беспросветное болото и столько черновой работы, что ты ещё даже не начал, а мне тебя уже искренне жалко. Я тебе уже не завидую!

Я сопоставил слова шефа с загруженной в память нормативно-правовой базой и искренне не понял, из-за чего он так паникует.

— Не вижу никаких проблем, — сказал я.

— Нет проблем?! — Маньков саркастично рассмеялся. — Таранов, судьи в этих ваших интернетах и кодах разбираются так же, как свинья в апельсинах! Для них что исходный код, что рецепт борща — всё едино. А на той стороне будут сидеть корпоративные юристы, которые на этом собаку съели. Они выкатят трудовой договор Вовчика и скажут: вот, мы платили ему зарплату, значит, всё, что он там напрограммировал в рабочее время — это наше служебное произведение. И суд с ними радостно согласится!

— Авторское право — это не болото, а строгий алгоритм, — невозмутимо возразил я, парируя его доводы. — Статья 1295 Гражданского кодекса имеет чёткие критерии. Во-первых, создание программы должно входить в прямые должностные обязанности работника, зафиксированные документально, иначе это не служебное произведение. Во-вторых, даже если оно служебное, работодатель обязан выплатить автору отдельное вознаграждение за использование программы — помимо обычной зарплаты. Если Вовчику платили только оклад, а бонус за использование продукта не перечисляли, закон нарушен. Нам нужно лишь сопоставить его трудовой договор, технические задания и финансовые транзакции. И если там всё это не отражено…

— Весь твой алгоритм только на бумаге звучит гладко, — буркнул Маньков. — Но на практике они притащат задним числом подписанные бумажки.

— Значит, мы назначим техническую экспертизу давности создания документов и проведём аудит цифровых следов в репозиториях кода, — резюмировал я, давая понять, что дискуссия окончена.

— Цифровых… ре… чего?! Таранов, если в начале недели я считал тебя странным, то к её концу ты начал меня пугать. Ладно, сам разбирайся в этих своих цифровых депозитариях и резервуарах. Мне главное, чтобы результат был.

— Будет! — не моргнув глазом пообещал я.

Оставив Манькова наедине с его юридическим пессимизмом, я развернулся к своему ноутбуку. Кликнул по ссылке, которую прислал Вовчик, запустил приложение «СмартМетр» и углубился в изучение его пользовательского соглашения, архитектуры и политики конфиденциальности. Предстояло собрать максимум данных.

Я стоял на крыльце частной медицинской клиники, сверяя время на смартфоне. Ровно в назначенную минуту к тротуару подъехало такси, и из него торопливо выбралась Юлия. На ней были тёмные, скрывающие пол-лица очки, за которые она нервно держалась, словно за спасательный круг.