Чтение онлайн

А процесс этот оказался для меня неожиданно сложным. Несмотря на мою теоретически безупречно отточенную моторику, взаимодействие с примитивным земным лезвием каждый раз проходило не идеально — вот и сейчас я умудрился два раза порезаться. Аккуратно заклеив кровоточащие царапины кусочками бумажного пластыря, я вышел из ванной.

С кухни уже тянуло чем-то съестным. И этот запах был мне хорошо знаком.

— Пельмени? — спросил я у Светы, заходя на кухню.

— Да… — грустно ответила девочка, наливая кипяток в заварочный чайник. — Я же говорила, что готовить не очень умею…

Никогда не думал, что мне могут надоесть пельмени. Но… эти варёные комки теста с мясом уже с большим трудом пролезали в мою глотку, вызывая раздражение пищеварительного тракта.

— А давайте я завтра яичницу сделаю? — предложила Света.

— Хорошая идея, — искренне поддержал я её.

— А послезавтра мюсли… — продолжила Света, ставя передо мной дымящуюся тарелку. — А потом… потом я постараюсь научиться готовить что-нибудь ещё, честно-честно! Я в интернете рецепты посмотрю!

— Можешь не торопиться, — ответил я, принимаясь за еду.

Добавлять дежурную человеческую фразу о том, что я невероятно счастлив есть пельмени на завтрак и ужин, я благоразумно не стал, дабы опять не спровоцировать гнев Ядра Истины ложью. Вчерашнего разряда мне хватило с лихвой.

Быстро поев, я позвонил Манькову — предупредил его, что немного задержусь, так как мне необходимо зайти в одно место перед офисом. Шеф поворчал, но добро на небольшое по времени опоздание дал. И я отправился в офис ТСЖ «Родничок».

Председателя я застал на его рабочем месте. Юлиан Иванович сидел за своим массивным столом и разглядывал что-то в своём смартфоне. Судя по тому, что хихикал — что-то смешное. Увидев меня, он тут же состроил серьёзную мину и жёстко, едва подавляя желание перейти на крик, заявил:

— Всё, Таранов. Шутки кончились! Верни документы! Это собственность товарищества, и я запрещаю тебе их удерживать!

Я не стал спорить. Сохраняя спокойствие, я достал из портфеля ту самую пухлую, потрёпанную папку и положил её на стол перед председателем. Юлиан Иванович жадно вцепился в картон. Он торопливо развязал тесёмки и принялся быстро, почти лихорадочно перебирать листы, проверяя, всё ли на месте. Убедившись, что всё содержимое в сохранности, председатель с облегчением выдохнул.

Он аккуратно закрыл папку, положил её в нижний ящик своего стола и задвинул его. Затем демонстративно, с явным удовольствием повернул ключ в замочной скважине. Щёлкнул механизм, Юлиан Иванович вытащил ключ и с победным видом опустил его в карман своего пиджака. Затем председатель откинулся на спинку кресла, скрестил руки на груди и посмотрел на меня с нескрываемой неприязнью.

— Ну, что ещё хотел? — спросил Юлиан Иванович, всем своим видом показывая, что аудиенция окончена. — Какие-то дела остались, или…

Я молча расстегнул молнию на портфеле и вытащил оттуда другую папку. Абсолютно новенькую, из прозрачного пластика. И положил её на стол точно на то же самое место, где минуту назад лежала старая. Председатель недоумённо уставился на пластик, сквозь который отчётливо просвечивали знакомые схемы и печати.

— Это что?! — завопил он.

— Копии ваших копий, — ответил я.

Лицо председателя стремительно начало краснеть. Его глаза округлились, а пальцы вцепились в подлокотники кресла так, что побелели костяшки.

— Да как ты мог?! — заорал Юлиан Иванович, брызгая слюной. — Какое ты имел право копировать мои документы?! Да я на тебя в полицию заявлю за кражу конфиденциальной информации! Это мои бумаги! Мои!

Я смотрел на эту истерику с ледяным спокойствием Высшего Судьи, наблюдающего за жалкими попытками подсудимого оправдаться.

— Не «ваши», Юлиан Иванович, — поправил я. — А наши. Общие.

Председатель хотел что-то возразить, но я не дал ему вставить ни слова.

— Статья сто сорок третья Жилищного кодекса Российской Федерации. Часть третья, — сказал я. — Члены товарищества собственников жилья и не являющиеся членами ТСЖ собственники помещений в многоквартирном доме имеют право ознакомиться с документами товарищества. Со всеми. От устава и бухгалтерской отчётности до технических паспортов и протоколов собраний.

Юлиан Иванович открыл рот, но звука не издал.

— А согласно сложившейся правоприменительной практике и Постановлениям Верховного Суда, право на «ознакомление» неотделимо от права на изготовление копий и выписок с использованием собственных технических средств, — добил я. — Вы сами, абсолютно добровольно, передали мне оригиналы. А я, как полноправный собственник и жилец этого дома, реализовал своё законное право их скопировать. Так что прячьте ваш ключ поглубже в карман, Юлиан Иванович. Ваши копии мне не нужны. У меня свои есть.

Председатель невольно потянулся руками к моей папке.

— Не стоит пытаться их забрать, — осадил я его. — У меня дома есть ещё одна такая же папка. Я подстраховался.

Председатель убрал руки и насупился, а я расстегнул молнию на портфеле и вытащил оттуда тонкую папку с несколькими листами. Вытащил один из листов и выложил на стол перед председателем. Это была копия старой сметы о ремонте.

Юлиан Иванович жадно схватил лист, его глаза забегали по строчкам.

— И что это доказывает? — с вызовом спросил он, ознакомившись с документом.

— Это доказывает, Юлиан Иванович, что полтора года назад наше ТСЖ перевело некоему ООО «КапСтройТрест» довольно крупную сумму, — сказал я и постучал пальцем по итоговой цифре в смете. — Почти половина этих денег ушла на укрепление и гидроизоляцию фундамента. И у меня, как у жильца, есть обоснованное подозрение, что ремонт либо не был сделан вовсе, либо сделан частично, а большую часть этих денег вы просто разворовали.

— Да как ты смеешь?! — Юлиан Иванович вскочил, побагровев от возмущения. — Разворовали?! Да ты знаешь, в каком состоянии был этот фундамент?! Дом старый, там трещины шли в руку толщиной! Вода в подвале стояла! Несущая конструкция практически разваливалась! Если бы я не поднял тревогу, и мы не провели те работы, дом бы рухнул к чёртовой матери!

Председатель начал отчаянно жестикулировать, рисуя в воздухе масштаб катастрофы.

— Мы заливали новый бетон, ставили армирующие пояса, выводили дренаж! — продолжил он. — И я докажу, что ремонт был сделан на каждую копейку из этой суммы! Сделан качественно! И главное — есть акт приёмки выполненных работ, подписанный всеми инстанциями! Да вот же он! В этой самой папке! Илья, ты же сам его копию принёс!

Председатель торжествующе ткнул пальцем в копию сметы, к которой, как он помнил, был приколот заветный акт.