Чтение онлайн

В.М.Фалин, В.В.Загладин, О.Н.Хлестов, А.Е.Бовин. По воспоминаниям Бовина,

«собирались у Семенова, смотрели, как это было у немцев, вызвали стено-

графисток, пару дней работали, не больше, но дальше философских разгово-

ров дело не пошло» 9.

Местом создания нового правительства должно было стать советское

посольство в Праге, но что в те дни там происходило, запомнил А.Н.Яковлев,

заместитель заведующего отделом пропаганды ЦК КПСС, прилетевший из

Москвы:

«Удар по мозгам я получил, добравшись до посольства. Вокруг полный

беспорядок, непонятно, кто что делает, к кому ни обратись, никто ничего не

знает. Нас разместили на третьем этаже, всюду ютились чехи, много чехов.

Во всех кабинетах койки. Начальник генерального штаба был с дочкой. Чеш-

ские генералы в форме.

У советника-посланника Удальцова жили Павловский и Швестка.

Нашедшие там приют “здоровые силы” производили жалкое впечатление.

Бегали в коридор, там телефон стоял, потные, пьяные, куда-то звонили. Не

все, конечно. Биляк вел себя достаточно мужественно. Он отправил семью на

Украину, в посольстве не ночевал, уходил домой. Ленарта я ни разу не видел

пьяным, мы как-то стояли в коридоре, часа три разговаривали, было впечат-

ление, что происходящее в городе его никак не касалось. Он размышлял о

том, как дальше двигаться стране. Все жили слухами, которые приходили с

улиц и площадей. Я говорю Швестке, главному редактору “Руде право” – да-

вай, выпускай газету. “Не могу идти в редакцию, меня там убьют!” Елки-

палки, думаю, ты больше пяти лет возглавлял коллектив и теперь боишься

показаться ему на глаза? Ну, ребята, вы доруководились!

В посольство приходили какие-то рабочие, предлагали устроить в Пра-

ге демонстрацию, но им советовали воздержаться, боялись кровопролития.

Я разыскал Мазурова. “Вы привезли листовки?”, – спрашивает. Нет, от-

вечаю, нам с собой ничего не дали. “А, – говорит, – это все у военных.. ” Ока-

зывается, в Москве напечатали и уже доставили в Прагу огромное количе-

ство листовок “революционного рабоче-крестьянского правительства”, под-

писанных как бы уже назначенным председателем А.Индрой, который в те

дни прятался в квартире советника-посланника И.Удальцова. Эти обращения

к народу должны были сбрасывать с военных самолетов. Но президент

Л.Свобода создавать новое правительство не согласился, и вечером в посоль-

стве обсуждали, как уговорить старика через дочь и зятя, но к утру стало яс-

но, что ничего не выйдет. Во дворе, на зеленом газоне, наши полковники

бросали листовки, мешок за мешком, в большой костер» 10.

Всю ночь в небо над Прагой с территории посольства восходили дымы,

и это было все, что оставалось от кремлевского замысла, предназначенного

для Чехословакии, от затерянного в истории среди других мифов «рабоче-

крестьянского правительства».

Когда 23 августа в здании ЦК на Старой площади в Москве доставлен-

ный с аэродрома Дубчек впервые после ввода войск встретился с Брежне-

вым, они оба были уже не те, какими выглядели в Чиерне-над-Тисой и в Бра-

тиславе. Они стояли друг против друга, одинокий нервный пленник и хозяин

положения, не желающий смириться с провалом. Тому и другому надо было

держать себя в руках, искать выход из ситуации, проигрышной для всех. Но

пока Брежнев и его окружение могут покуражиться над выбитым из колеи и

насильно доставленным сюда «Сашей».

Брежнев не знал, что в аэропорту Рузине, перед посадкой в советский

самолет командир 7-й воздушно-десантной дивизии Л.Н.Горелов уговаривал

Дубчека оставить обращение к народу, но Дубчек упрямился и вообще не хо-

тел подниматься в самолет. «Не я, так другой…», – убеждал полковник. И

вдруг с Дубчеком что-то случилось, он понял, что упрямство бессмысленно, и

словно уже увидел себя в холодной России, среди таежных костров и сторо-

жевых собак, и к полной неожиданности полковника и других офицеров

спросил: «У вас нет водки?» Один из офицеров достал из кармана четвертин-

ку. Дубчек сделал пару глотков и стал подниматься в самолет 11.

И вот Дубчек в Кремле.

«Брежнев. Как чувствует себя т. Черник?

Дубчек. Плохо, как и все.

Подгорный. Здоровье плохое или настроение?

Дубчек. Тяжело.

Брежнев… Конечно, мы не можем сказать, что у вас веселое настроение. Но дело

не в настроении. Надо благоразумно и трезво вести беседу в направлении поисков ре-

шения» 12.

Несколько минут спустя:

« Дубчек. У меня тяжелое состояние – солдаты, все время под ружьем, 7 часов не

мог из машины выйти, с двух сторон с автоматами, бронемашины. Вы думаете легко это?

Брежнев. Имелась в виду безопасность.

Косыгин… Я приехал в Карловы Вары, и вы мне дали пять человек охраны. Я не

волновался. Наоборот, я был им благодарен.

Дубчек. Тов. Косыгин, это сравнивать нельзя. Вас охраняли добровольно, а здесь

насильно. Но давайте это не затрагивать…» 13

Еще фрагмент разговора:

« Брежнев… Может быть, пригласить т. Черника?

Дубчек. По-моему, лучше было бы, если бы привезли Смрковского и устроили где-

нибудь здесь.

Брежнев. Кригеля не нужно?» 14

Вот мгновенье, когда выдержка впервые оставляет Брежнева. Он пода-

ет реплику, оценить которую могли только стоявшие рядом соратники. Для

Кремля Смрковский, Кригель, Гольдштюккер, Шик как красные тряпки для