Чтение онлайн

Все взгляды обратились на Шиалу.

— Я уже говорила госпоже, что не знаю, почему так вышло, — сказала она.

— От тебя ответ мы и не требуем, — успокоил Геон Дал.

— Старейшина Йанис знал о существовании машины, в которой побывала Шиала, — произнёс Эрик. — На Брионе такую не нашли, но в свитках из архивов о ней упоминалось. Изменения, которые она вносит в живое тело, считались у маулов чрезвычайно почётными. К ним допускались члены общества, получившие особое одобрение совета жрецов, а сама наносеть якобы имела связь не только с телом, но и с душой.

— О душах мне известно мало, зато о телах достаточно, — проговорил доктор Манталь. — Делай я выводы, основанные исключительно на известной мне науке, то решил бы, что тело рабыни имеет генетическую предрасположенность, которая позволила принять, а не отторгнуть симбиоз с наносетью.

— Может, и так, — согласился Геон Дал. — При этом Шиала установила связь с кубом раньше, чем маульские устройства стали активными.

— И в тот момент внутри него уже шёл некий процесс, — вставил Эрик. — Настройка завершилась вчера, но когда она началась? Вряд ли очень давно. Не верится, что настройка шла веками и закончилась ровно в тот момент, когда люди обнаружили куб и принялись его изучать. Я пытался понять, что послужило сигналом, запустившим её. Не появление ли рядом кораблей Коалиции?

— Версия неплохая, — согласился Геон Дал. — Мне она тоже приходила в голову.

— Тогда получается, что в прошлом антаракт нанёс удар по планете халамитов, после чего сразу или спустя какое-то время погрузился в стазис. Когда в окружающем пространстве вновь возникла чужая активность, куб пробудился и установил связь с другими маульскими механизмами. Он был создан для этого. Такое наверняка случалось и раньше, ещё во времена существования маульской цивилизации. Как и написано на гранях куба, маулы вверили ему власть над единством созидаемого и силой разрушения. Самые влиятельные касты оставили на антаракте наставления и благословения. Но дело в том, что маулы никогда не почитали таким образом бездушные машины. Их технологии поражают воображение, однако столь значимые слова могли быть обращены только к сородичам.

— Или к тем, кто когда-нибудь наткнётся на куб, — предположила я.

— Мне кажется, Эрик ведёт нас к мысли, что маулы не вложили бы в антаракт бесконтрольную программу глобальной синхронизации. Деяние подобного масштаба требовало надзора со стороны лиц, наделённых особыми полномочиями. Да-да, тут точно есть смысл! Почему мы не подумали об этом раньше? Слишком невероятное предположение… но не более чем другие сегодняшние открытия!

— Хотите сказать, что кубом кто-то осознанно управляет? Как насчёт искусственного интеллекта?

Эрик решительно помотал головой:

— Маулы максимально ограничивали его развитие и возможности. Живое сознание и душа имели для них первостепенную значимость и не могли сравниться с неживым. Да, они доверяли одним машинам часть контроля над другими. Без этого сложно построить высокотехнологичную цивилизацию. Но судя по тому, что мы наблюдаем сейчас, куб даёт такую власть, которая могла находиться только в руках у самих маулов.

— Перед лицом уничтожения они могли сделать исключение, — заметил доктор Манталь.

— Не исключено, но версия Эрика больше соответствует их логике и правилам, — сказал Геон Дал. — Нужно донести её до командования. Я свяжусь с кем смогу. Возможно, придётся лететь обратно на базу.

Я глянула на часы. Время приближалось к полуночи. За последние сутки случилось так много, а я спала так мало, что еле держалась на ногах. Доктор Манталь это заметил.

— Вам нужен отдых, госпожа. Настоятельно рекомендую отправиться в постель, — произнёс он.

— Да-да, идите спать. Необходимости в вашем участии пока нет, — поддержал Геон Дал. — Пускай при мне останется Эрик. Если позволите, я возьму его с собой, а потом вернусь в ваш дом.

— Хорошо. Предупрежу охрану, чтобы впускала вас в любое время, — согласилась я. — И напоминаю на всякий случай. Никто не должен знать о Шиале. Она под моей защитой.

— Вы можете доверять мне, Ирина. С Шиалой и о Шиале я буду разговаривать только здесь.

Перед моим уходом мы с Эриком коротко обнялись. Потом я связалась с охраной и отдала распоряжения по поводу Геон Дала.

За дверью кабинета ожидал Тадиус, тоже обеспокоенный моим состоянием.

— Как вы, госпожа? Вчерашняя ночь была тяжёлой, и вы весь день в делах.

— Да, мне точно пора в постель, — я прислонилась к нему. — Проводишь в спальню?

Вместо ответа Тадиус так ловко подхватил меня на руки, что я опомниться не успела, только рассмеялась, обнаружив, что уже не стою на полу.

— Ты бесподобен! Счастье иметь такого заботливого мужчину!

Окажись спальня немного дальше, я бы, наверное, заснула — так аккуратно Тадиус нёс меня наверх. Но пришлось всё-таки слезать с его рук, раздеваться и ложиться на разобранную Лейлой кровать.

С тех пор как я оказалась здесь, ни разу не занималась даже элементарными домашними делами. К хорошему быстро привыкаешь.

Ко всему хорошему.

— Иди сюда, — позвала я Тадиуса.

Он быстро стянул рубашку и штаны и оказался вместе со мной под одеялом. На секс меня бы сейчас точно не хватило, но и лёжа рядом с ним, я чувствовала нашу близость. Тадиус был таким родным, таким особенным и важным.

Странно было думать, что я могла никогда не узнать его. И Эрика. И Нортона. Мне пришлось умереть, чтобы найти самых лучших мужчин во Вселенной.

— Не уходи на пол сегодня. Останься рядом до утра, — попросила я, прижимаясь к Тадиусу.

— Не уйду, — неожиданно легко, без заминки согласился он.

В чувственном порыве я поцеловала его в плечо.

— Хотела тебе сказать…

— Госпожа, я хотел сказать…

Мы заговорили в один голос и так же вместе запнулись.

— Ого, — со смешком прокомментировала я. — Кажется, у нас обоих на уме что-то важное. Давай ты будешь первым.

— Простите, что перебил вас, — смешался Тадиус. — Это… наверное, сейчас не время…

— Нет уж, говори. И я скажу. Больше не буду откладывать, потому что уверена наверняка, но сперва послушаю тебя.

Ещё одна пауза. Я терпеливо переждала её, и Тадиус, не иначе как собравшись с духом, выпалил:

— Я люблю вас, госпожа. Не думайте, что не понимаю, о чём говорю. Это не то чувство, которое раб может испытывать к хозяину. Не то, которое было у меня к Сабрине. Оно больше, лучше, светлее. Наверное, я не имею права на него, но оно пришло и не уйдёт никогда. И я хотел, чтобы вы знали о нём, потому что только так я могу объяснить, как много вы для меня значите.

Тадиус так разволновался, что даже сел. Удивительно, как сошлись наши мысли.