Я на тебе (никогда не) женюсь
Шрифт:
Бал в самом разгаре — уходит несколько секунд, прежде чем удается покинуть залу.
— Генерал Сарс... какое счастье... — раздается со всех сторон. Напряжение только усиливается. Плотная горловина белого парадного мундира не дает дышать, и я ее ослабляю. Ускоряю шаг.
Лестница, коридоры, снова лестница, поворот. В королевском крыле подозрительно темно и тихо. Принюхиваюсь, бесшумно продвигаясь вперед. Пытаюсь уловить хоть какие-то звуки.
Все тело напрягается, когда замечаю, что охраны нет. Дохожу до двери Аллисандры и беззвучно пытаюсь открыть. Заперто. Только снизу дует ветер, точно в комнате гуляет сквозняк.
Сомнения улетучиваются. Одним ударом выбиваю замок и врываюсь внутрь.
Комната освещена лишь луной. Сразу замечаю движение на кровати. Аллисандра лежит на спине, а над ней нависает…
Ярость ударяет в голову — мощная, разрушительная. Зрение будто смазывается.
Перед глазами встают отдельные картинки происходящего. Адриан вскидывает голову и ловит мой взгляд. Кидается к окну, но я перехватываю быстрее. С силой кидаю на пол. Наваливаюсь сверху.
Он пытается сопротивляться, только распаляя мой гнев. Удар. Кулак с силой врезается в его лицо. Слышу хруст, приглушенный вскрик. Чувствую запах крови.
Трясет.
Убить хочется.
Снова удар. И снова. Из горла вырывается рык. Дыхание злое, хриплое. Нутро горит, мысли рассыпаются, как пепел, оставляя лишь желание крушить, ломать, уничтожать врага. Пока от него ничего не останется.
— Я сдаюсь — хрипло кричит он. Кровь булькает в горле.
Но мне мало. Снова заношу кулак.
И слышу всхлип. Пробивается сквозь затмевающую разум пелену, заставляя замереть на месте. Поворачиваю голову к кровати. Аллисандра все еще лежит там.
Не шевелится. Не хочет? Или не может?
Медленно встаю.
На секунду кажется, что плачет она по нему — любовнику, что пустила в свою постель. Добровольно. Мысль обжигает, но я почти сразу отметаю. Сам себя ненавижу за нее. Пытаюсь взять себя в руки, усмирить гнев.
— Аллисандра, — хрипло зову ее. Не отвечает. Всхлипы становятся громче.
Делаю шаг ближе и тут же прикрываю глаза. Желание убить драконьего принца становится просто невыносимым.
Он снимал с нее ночную рубашку.
— Я не смотрю, — с трудом выталкиваю из своего горла, приближаясь к кровати.
Заворачиваю ее в одеяло, поднимаю на руки. И лишь потом открываю глаза. Ее лицо оказывается совсем близко. Бледное, мокрое от слез.
Глаза смотрят на меня не отрываясь. Так много пытаются сказать. Читаю в них боль, страх. Нутро выкручивают. Молчит, не шевелится. Безвольно лежит в моих руках.
В горле становится тесно. В груди скребет.
Яд? Заклинание?
Меня начинает трясти от осознания, что только что здесь произошло.
— Сейчас я отнесу тебя в безопасное место.
Адриан поднимается на четвереньки, и я с силой наступаю подошвой сапога на его спину. Быстрым шагом выхожу в коридор и громко зову охрану. Прибегают через несколько секунд.
Ошарашенным взглядом смотрят на свою принцессу, завернутую в одеяло. На лицах проступает страх.
— Почему не на посту? — из горла вырывается угрожающее рычание. — В темницу этого. Живо! Как и всю делегацию из Альмерии. Доложить королю о покушении на принцессу. И проводите нас в гостевые покои. Пошлите за служанкой. Исполнять.
Стражи разделяются — часть устремляется в покои Аллисандры. Другие — прочь из королевского крыла. Остается лишь один, что ведет нас в пустые покои.
— Свободен! — отрывисто говорю я, когда оказываемся на месте.
Захлопываю за ним дверь, а затем осторожно сажусь в кресло вместе с драгоценной ношей. Прижимаю Аплисандру к себе. Она дрожит всем телом. Глаза широко раскрыты и смотрят только на меня.
— Ты не можешь шевелиться? И говорить?
Моргает, что я принимаю за согласие.
— Сейчас я прикоснусь к твоей метке, — пытаюсь звучать успокаивающе, но мой голос тоже подрагивает от выкручивающей душу ярости. — Пополню твой резерв.
Что бы это ни было, организм должен справиться сам. Хорошо?
Снова моргает.
Осторожно проникаю ладонью под одеяло и касаюсь ее спины.
55.
Аллисандра
От метки по всему телу распространяется тепло. Кожу покалывает, точно в нее впиваются тысячи мелких иголочек. Путы неизвестной магии ослабевают, и я могу пошевелить рукой. Ногой. всем телом.
Я снова ощущаю, как напрягаются мышцы. Чувствую в них силу, могу дышать полной грудью. Словно выныриваю из кошмара — липкого, густого. Он тянется за мной, пытаясь удержать, но тепло все растет, заполняет меня. Превращается в жар.
Мое тело трясется, из глаз бесконтрольно текут слезы, и я чувствую их соленый вкус на губах. Никак не могу поверить, что все закончилось.
Мой разум был в клетке парализованного тела. И все, что я могла делать —наблюдать за тем, как Адриан перетащил меня на кровать и принялся раздевать.
Воспоминания только хуже делают. Истерично всхлипываю, и зажмурившись до ярких пятен перед глазами.
— Аллисандра, ты как? — голос Дэлмара доносится как сквозь толщу воды, но я никогда в жизни не была так рада его слышать.
Он пришел. Спас меня. Еще бы несколько минут…
— Спасибо, спасибо, спасибо, — хрипло бормочу я, уже почти не сдерживая истерику. Прижимаюсь к его плечу изо всех сил, вытаскиваю руку и закидываю за его шею. Обнимаю. Мне отчаянно необходимо ощутить его — запах, тепло, силу.
Словно без этого я умру.
Рыдаю, утыкаясь лицом в его мундир, на котором виднеются пятна свежей крови.
Чувствую его ладонь на голове. Успокаивающе гладит, но в нем самом ни капли спокойствия. шумно дышит через нос, все тело напряжено.
— Я убью его, — говорит таким тоном, что я сразу верю. Сдвигается с места, и, мне кажется, хочет уйти, чтобы закончить начатое.
Новая волна страха накрывает меня. Если он убьет Адриана, то снова будет война.
Снова смерти, страдания, голод.