Я не была твоим врагом
Шрифт:
– Поздно, уходим.
– Почему? Что там, Бойд? – едва слышно прошептала, не обращая внимания на боль в запястье – так сильно его сжал мужчина, быстро ведя меня к замку.
– Тавиш – предатель. Они убили стражу у ворот. И оцепили подход к ним, – рвано проговорил побратим моего мужа, буквально волоком втаскивая меня в замок, и не останавливаясь устремился к лестнице, – Эйли в своей комнате?
– Да, я приказала ее не выпускать.
– Хорошо. Сейчас я не знаю, кому можно доверять в этом замке. Только Лерсу, он пойдет с вами. Я выведу вас к тайному ходу, идите прямо и не сворачивайте, – проговорил мужчина, тут же с горькой усмешкой добавив, – а я постараюсь вывести воинов из замка, тех, кто захочет уйти со мной.
– А если они тебя… – недоговорила, боясь даже подумать о таком.
– Значит, так отмерила мне Нисан, – бесшабашно улыбнулся Бойд, к этому времени мы уже достигли второго этажа и практически бежали к комнате Эйли.
Быстрые сборы, испуганный взгляд и жалобные расспросы девочки, мои попытки успокоить ребенка, причитания Лилис и отрывистые приказы лорда Бойда – все это смешалось в жуткую какофонию. Я смутно помню, как мы бежали по коридору, как спускались по лестнице и ворвались в замковую часовню, прошли узкий и мрачный ход, скрывающийся за гобеленом…
– Лерс, дальше ещё один коридор, затем небольшая пещера и снова ход, он узкий, но всего метра три длиной. Выведи их из замка, я вас встречу у свода Нисан.
– Сделаю, Бойд, – коротко ответил главный страж, тут же обращаясь ко мне, – идемте, леди Таллия, нам не стоит здесь задерживаться.
Отвечать не было необходимости, и мы продолжили свой бег. Запинаясь о торчащие камни в полу, сдирая кожу плеч в местах, слишком узких даже для меня. Мы упрямо продвигались вперед, и никто из нас больше не проронил не звука. Даже Эйли молчала, послушно следуя за мной и не выпуская мою ладонь даже на секунду.
Выход в пещеру появился внезапно, глаза тотчас больно резануло светом, на мгновение ослепляя, а знакомый голос, раздавшийся под сводами мрачного зала, казался оглушающим:
– Прости, Лерс, но я не дам тебе их увести.
– Эдна, как ты смеешь! – рявкнул Лерс, обнажая свой меч. Трое моих стражей слаженно прикрыли меня и Эйли своими спинами. Но тех, кто нас ждал в пещере, было намного больше.
– Ты предала милорда?!
– Он околдован подстилкой церковников Илантры! Наш милорд умер в тот день, когда взял в жены эту тварь. Ты знаешь, что они сотворили с моим мальчиком! Приспешники церковников должны понести наказание за все, что они сделали, – вдруг истошно закричала экономка, ее тело сотрясало от злости, а взгляд, обращенный в мою сторону, был полон жгучей ненависти.
– А Эйли? Эдна, опомнись, она ещё ребенок. Ей почти столько же, сколько было твоему сыну.
– Она рождена во грехе. Ее сила опасна. Нисан не нужны такие.
– Что ты несешь, ты спятила?! – потрясенно воскликнул Лерс, вдруг с диким ревом бросаясь на первого воина-предателя, двое моих стражей кинулись за ним следом. Раздался звон металла, грозные выкрики, проклятия…
Первым пал Кондор, он был самым молодым и улыбчивым из моих стражей. Эдан, оставшийся нас прикрывать, с тихим стоном рухнул у моих ног следующим. Дилсан, убив двух предателей, проклиная Эдну, свалился третьим.
– Простите… – булькая кровью, прошептал Лерс. Лезвие чужого меча перехватило артерию, кровь тотчас брызнула тугой струей, окрашивая пыль в алый цвет. Главный страж пал последним, рухнув лицом вниз на каменный пол.
– Ты за все ответишь, – сквозь слезы процедила, ненавидящим взглядом взирая на безумную Эдну. Я мысленно не прекращала взывать к Нисан, умоляя ее даровать мне силу, чтобы я могла уничтожить тех, кто посмел нас предать.
– Знаю, госпожа, – неожиданно спокойно произнесла женщина, с горькой ухмылкой добавив, – когда придет мое время встретиться с моим мальчиком, я отвечу Нисан за все. Но вы, леди Таллия, предстанете пред ее очи раньше меня.
– Не спеши радоваться, – зло бросила, прижимая к себе всхлипывающую Эйли.
– Возвращайтесь в замок, леди Таллия, – насмешливо приказала Эдна, несколько копий тотчас ощетинились в мою сторону, и мне ничего не оставалось, как подчиниться.
Большой зал был полон незнакомых мне людей, и лишь двое выделялись своими яркими нарядами в этой черной безликой толпе. Один из них, завидев наше появление, с ласковой улыбкой тотчас направился к нам; и когда до нас оставалось всего лишь два широких шага, мужчина лет сорока на вид, остановился и заговорил:
– Леди Таллия, рад вас видеть. Понимаю, вы растеряны, и знаю, как вам трудно пришлось находиться в этом замке, среди нечестивых. Но все закончилось: Ангус Второй мертв, его цепные псы казнены.
– Простите, как я могу к вам обратиться? – прохрипела, действительно не понимая, что происходит, и рассеянно оглядела замерших в зале людей. Периодически мой взор цеплялся за знакомые лица, но задержался на самодовольно скалящейся морде лорда Иннеса Догерти.
– Эдвин, леди Таллия, – представился мужчина, галантно шаркнув ногой и сейчас же продолжив нести бред, – знаю, вам не терпится вернуться в графство Девон, но мне потребуется чуть больше времени, чем я предполагал. Мне необходимо разобраться с отступниками. Лиас, проводи леди Таллию и девочку в ее покои и поставь стражу, я не хочу, чтобы они пострадали.
– Как прикажете, господин, – неслышно возник за моей спиной очередной страж, и мне снова пришлось подчиниться. Не отпуская руки Эйли, я, гордо вскинув подбородок и расправив плечи, медленно прошествовала к лестнице. Но на середине пути, не выдержав сверлящего мою спину взгляда, резко обернулась. Внимательно осмотрела толпу, пока не наткнулась на Бойда, стоящего на коленях у камина со скрученными за спиной руками. Его потрясенный, неверящий взор был обращен на меня…
Глава 42
– Я хотела, чтобы Огонек их всех сжег, но она спряталась и не выходила, – прошептала девочка, едва нас только заперли в покоях.
– Знаю, детка, знаю, – гладила ребенка по вздрагивающим плечикам, пытаясь успокоить кроху. А мои мысли тем временем лихорадочно метались, ища выход из этого кошмара. Броситься на предателей, на самодовольно скалящегося Иннеса, на безумную Эдну нестерпимо хотелось. Но я обещала Алану, что его дочь будет счастлива, и не могла подвергнуть ее опасности. Я ненавидела себя из-за своего бессилия и проклинала дар, который не отзывался моим призывам…
– Они испугались и не хотят даже сейчас выходить, – всхлипнула Эйли, ещё сильнее вдавливаясь в мой живот, – а папа скоро вернется?
– Не знаю, малышка, – пробормотала, чуть отстраняя от себя плачущую девочку, я преувеличенно бодрым голосом проговорила, – мы сейчас распорядимся подать нам обед, а после я расскажу тебе одну очень интересную историю.
– Я не хочу есть.
– И я, но так надо, – ободряюще улыбнулась, поцеловав Эйли в мокрую щечку, я направилась к двери и несколько раз громко по ней стукнула. Та через секунду распахнулась, и на меня уставились три пары глаз, – передайте моей горничной Лилис, чтобы она немедленно принесла для нас обед.