Чтение онлайн

Адреналин ударил в кровь. Особенно когда демон крепче сжал меня, притянул к себе, уткнувшись в шею, и не давая отстраниться.

— Мамочки…

Надо было что-то придумать. Срочно. И главное — никто мне помогать не собирался.

Лица вокруг стали серьёзными, даже… одобрительными. Именно это меня добило.

— Пусти меня! Пусти!!! — я начала вырываться, тянуть его за волосы, только усугубляя своё положение — острые зубы ещё сильнее царапали кожу.

В огромном помещении нарастал гул. Хвосты били по полу, отдаваясь лёгкой вибрацией под ногами. Я изо всех сил впилась ногтями в его кожу — отчаянно, почти до боли.

И… он замурлыкал. Меня пробрало холодом. Чем больше я сопротивлялась — тем сильнее его это заводило.

Когда он рыкнул, тело само замерло. Инстинкт. Почувствовав это, он довольно зарычал и развернул меня лицом к себе.

Я зажмурилась. Не хочу смотреть. Про остальных я уже вообще забыла.

— Посмотри на меня.

Голос — низкий, глухой, пробирающий до костей. Я замотала головой.

— Посмотри.

На этот раз выбора не было. И так заигралась… Я открыла глаза.

— Умница… — тихо.

Он схватил меня за волосы и притянул к своей шее.

— Кусай.

Я опешила. «Что?..» Такая резкая смена выбила из колеи. И… я послушалась. Укусила — туда, где под кожей пульсировала жилка.

— Сильнее… — недовольно.

— До крови.

Последнее слово он почти прорычал. И вот тут во мне что-то щёлкнуло. «Серьёзно?» Ну хорошо.

Я сжала челюсти сильнее. И тут же почувствовала вкус — солоноватый, с металлической ноткой…

Он застонал и опрокинул меня на стол, предварительно скинув с него посуду. Пришлось отпустить его шею и удивлённо на него уставиться.

Я даже не успела испугаться, что мои опасения сейчас подтвердятся, как он резко поднял голову и свирепо рявкнул на подчинённых:

— Вон!!!

Затем снова посмотрел на меня, задержав взгляд на моих губах… и в следующую секунду накрыл их своими.

Я снова ожидала боли. Но нет. На этот раз он был… осторожен. И я в который раз удивилась, как ему удаётся не задевать мои губы клыками.

Я лежала тихо, принимая поцелуй, всё ещё ожидая резкости. Но её не было.

Он целовал — медленно, настойчиво, оттягивая мою нижнюю губу, втягивая её в себя… снова и снова.

Переходил к скулам, легко прикусывал мочку уха… и каждый раз возвращался к губам.

Это длилось долго. Слишком долго. Словно он не торопился, не давил… а уговаривал.

Просил. Наши тела соприкасались лишь в нескольких точках — губами и бёдрами. Я отчётливо ощущала его напряжение — близко, слишком близко.

Руки его упирались по обе стороны от моей головы, не давая отстраниться, но и не удерживая насильно. Когда ему надоело моё бездействие, он углубил поцелуй, осторожно раздвинув мои губы своими.

Его язык коснулся моего — мягко, но настойчиво. И это неожиданно отозвалось внутри. Теплом. Слишком ярким.

Я не понимала, как это возможно… Но было горячо. Безумно. А он продолжал — медленно, терпеливо, будто действительно не спешил никуда дальше.

Будто ему достаточно этого. Будто он получал удовольствие именно от этого — от касания, от отклика. И именно этой неторопливостью… сломал моё сопротивление.

Я ответила. Осторожно, сначала почти неуверенно… а потом уже осознанно включилась в эту игру. Обвила его бёдра ногами, не давая отстраниться.

Притянула ближе за волосы. Хотелось… ближе. Сильнее. На что получила недовольный рык:

— Симаи…

Я открыла глаза. Его взгляд пылал — голодный, напряжённый. И я не сразу поняла… Почему он остановился.

Я не успела толком об этом подумать. Мои руки оказались подняты над головой и прижаты его ладонью.

Свободной рукой он коснулся моей шеи, слегка сжал — не больно, но достаточно, чтобы я замерла. Предупреждение. И снова — по кругу.

Медленные поцелуи, от которых сбивалось дыхание. Он будто нарочно тянул время, снова и снова возвращаясь к губам, скулам, уху…

Это начинало сводить с ума. Мне уже было мало. Я сильнее сжала его бёдра, давая понять — этого недостаточно. И на этот раз он не стал тянуть.

Рука соскользнула с моей шеи ниже… Я почувствовала, как он медленно, почти нарочито, ослабляет застёжки.

И в этот момент у меня сорвался короткий, едва слышный вдох. Слишком остро. Слишком… нужно. Его ладонь легла на обнажённую кожу — тяжёлая, тёплая. И это ощущение оказалось неожиданно сильнее всего, что было до этого. Я не сдержалась. Звук сорвался сам — тихий, срывающийся, предательский.

Он услышал. Я это почувствовала по тому, как изменилось его дыхание. Тепло, которое, казалось, уже начало стихать, вспыхнуло снова — сильнее, глубже, неуправляемо.

Почему он медлит? Почему останавливается на грани? Мне этого уже было мало. Слишком мало. Я тянулась к нему, всем телом, не скрывая этого.

И он это знал. И… будто нарочно удерживал. Растягивал каждую секунду. Каждое прикосновение. Словно наслаждался не самим действием — а тем, как я постепенно теряю контроль.

Я не говорила ни слова. Но в этом уже не было необходимости. Тело выдавало меня с головой. Каждое движение, каждый вдох. Я почти задыхалась от ожидания.

И когда казалось — ещё немного, и я просто сорвусь…

Он изменился. Резко. Без предупреждения. И в этот момент мир будто сместился. Тело откликнулось мгновенно — без разрешения, без контроля.

Всё внутри сжалось, вспыхнуло, разлилось волной, от которой невозможно было укрыться.

Я перестала думать. Перестала сопротивляться. Осталось только ощущение. Яркое и полное. И в какой-то момент всё просто… оборвалось.

Как струна, натянутая до предела. И после — тишина. Пустота. И странное, почти оглушающее спокойствие.

***

Как же приятно было просыпаться…

Ощущение неги никак не хотело отпускать. Мне было лень открывать глаза — казалось, весь мир может подождать, пока её высочество, то есть я, соизволит проснуться.

Я тихо, почти лениво рассмеялась, не открывая глаз.

— Я рад, миасе, что ты очнулась в таком хорошем расположении духа, — ворвался в мои мысли хрипловатый со сна голос. — И ещё приятнее осознание того, что тому причина — я.

Я резко распахнула глаза и уставилась на соседнюю подушку, на которой покоилась голова Амадана.