Чтение онлайн

– Но..!

– Семерка треф, отбивайся.

Я огляделась в поисках кирпича, желательно потяжелее, чтобы метнуть его в оборзевшего Балдурина. Он сейчас опять выиграет, а мне целовать этого наглеца?! "Но ты же влюблена в него, целовать же в кайф его", - съехидничал кто-то внутри. Полагаю, что мое второе "я". "Заткнись, пожалуйста", - посоветовала я, - "я не в настроении парировать твои колкости". Ага, отлично, разговариваю сама с собой, а ведь на улице не осень!

Партия продвигалась с переменным успехом: то я собирала карты, то Федор оставался "сидеть". Под конец достаточно напряженной партии мы остались каждый с двумя картами. Козырной туз и король вышли еще в начале, где-то в середине слилась дама, и вот у кого-то сидел козырный валет, точнее, он был у меня. Правда, вторая карта была хуже, паршивая девятка треф, и если Балдурин мне не подмастит, то я опять буду играть в "рабу любви". Тьфу, блин!

– Мой ход, - задумчиво возвестил сидящий напротив ботаник. Он почесал затылок, и кинул мне восьмерку треф. Я постаралась удержать на лице "pockerface", но чуется, радость так и перла из меня из всевозможных щелей.

– Вторую кидать будешь?
– я едва мыльные пузыри не пускала, когда девятка треф аккуратно легла поверх карты Балдурина.

– Не-а, теперь твой ход.

– Валет буби! Ты проиграл!
– я швырнула карту на пол, и изобразила "кукарачу". Делать пришлось все тихо и шепотом, поэтому получилось не так эпично, ка должно было. Но будить "лихо" в виде Наташки не хотелось.

– Засада, а я-то уже и цель для поцелуя придумал. Ну ладно, давай, куда тебя целовать?

– Э.., - моя "кукарача" застыла на месте. Блин, я хоть и выиграла, но условия никто не отменял. И о чем я думала перед игрой, надо было придумать что-нибудь попроще, хотя бы тех же "петухов на балконе у соседей".

– Ммм, так куда же?
– может мне и показалось, но у Федьки на лице играла хитрая улыбочка.

– В щеку, - другого безопасного места я сразу придумать не смогла. На самом деле все лезли какие-то пошлые: шея, плечо, грудь... Нельзя!!!

– В щеку?
– кажется, я смогла его удивить. Но затем настал мой черед удивляться. Федька придвинулся ко мне вплотную, притянул к себе за плечи и положил к себе на колени спиной.

– Не поняла?!
– я смотрела на Федьку снизу вверх, и помимо воли потянулась к его очкам.
– Сними, а? Ты без них куда симпатичнее.

– Без них я могу и промазать.

– Не промажешь, я тебе пальцем потыкаю место для поцелуя, - я сняла его очки, и, не удержавшись, разлохматила прическу. Волосы на самом деле оказались мягкими и волнистыми. А еще длинными, и сейчас они волнами струились вдоль щек Федора.

– Красиво. А почему ты никогда их не распускаешь?
– я провела рукой по волосам парня.

– Не мой стиль, - пожал плечами Федька.
– Так, мы отвлеклись. Внимание, смертельный номер. "Поцелуй в щеку"!!

– Дурак, - но я даже не успела обидеться, как Федор прижался губами к моей щеке. Его растрепанные волосы мягко скользнули по моему лицу, и я вдохнула приятный аромат мужского шампуня. Обожаю, когда волосы парня пахнут чистотой и неназойливым шампунем.

Федька слегка отстранился от меня, одной рукой убрал часть волос назад и заглянул мне в глаза. Крышу мне сорвало окончательно. Теперь на мне можно было крупными красными буквами писать "Она предала свой диплом" и "Влюбилась в ботаника". Но я лишь отмахнулась от этих незначительных слов, потому что они были ничто по сравнению с тем, как смотрел на меня Федор. В его взгляде не было ни похоти, ни желания, а какое-то непередаваемое чувство, которое можно увидеть только в глазах человека, который тебя любит. Мля! Откуда я знаю такие вещи!!! Что это? Женская интуиция? Федор тоже в меня влюблен? Мы теперь как два розовых идиота? Что делать...

– Федька, почему ты так смотришь на меня?
– смогла я выдавить из себя, и облизала пересохшие губы.

– Не знаю. А как я на тебя смотрю?
– Федор погладил меня по щеке.

– Как-то странно. На меня так еще никто не смотрел.
– Я попыталась отвернуться, но не смогла. Мне хотелось видеть его взгляд, чувствовать, как он "гладит" меня, мои волосы, руки.

– Я - первый?
– полу утвердительно-полувопросительно сказал Федор, и его палец скользнул по моим губам.
– Ты нравишься мне, Лиль, может, поэтому я так на тебя смотрю?

– Черт, Федька, - я закусила губу и таки отвернулась. Палец парня продолжал гладить мое лицо.
– Ты ставишь меня в непонятное положение своим признанием! Это ведь означает, что мне надо дать тебе ответ. Мы так не договаривались!

– Я не могу пойти против своей природы. Она решила, что ты нужна ей - и я только изъявляю ее волю, - пожал плечами Федор, но я видела, что он ждет. Ждет ответа, "да или нет".

– Ты - противный нахал! У нас уговор! Нельзя влюбляться!

– Лиля, с этим сложно что-то сделать, оно приходит само по себе. Ты извини, если напрягаю, я просто хотел, чтобы ты знала.

– Отпусти меня, - я отодвинула руку Феди и поднялась с его колен. Как некстати все это! Было так здорово без этих эмоций, можно было дурачиться и не заморачиваться. Просто быть друзьями, просто встречаться и весело проводить время. Ну да, друзья не целуются, но мы и не совсем друзья. Ой, что-то худо мне, что же делать?!

– Ты..ты тоже мне нравишься, - тихо прошептала я и обняла себя за плечи. Почему-то показалось, что сейчас эти слова нам обоим нужнее, чем все остальные мои терзания по поводу возникновения чувств между нами.

Сзади нахлынула волна тепла, и Федька обнял меня. Он ничего не говорил, просто обнимал меня и дышал в ямку на шее.

– Что теперь?
– глухо спросила я, когда молчание уж слишком затянулось. Не люблю я вот такие моменты признания, мне всегда казалось, что после них наступает какая-то неловкость, между людьми словно вырастает стена. Она вроде тонкая, хрупкая, но никто из двоих не решается ее проткнуть пальцем. И так можно жить долго, разрушая те чувства, что еще тоньше, чем возникшая стена "неловкости".