Чтение онлайн

Я прижался к гриве Булата. От его шерсти пахло дымом и морозом. Конь чуть повернул ухо, прислушиваясь.

Онегин. Сильный менталист, если не сильнейший, наравне с начальником ОМЗ. Один из воинов Кузнецова и по совместительству наставник Павла Романова. Именно он мне был нужен больше всех. И именно его забрали.

— Он находился на военной базе, Михаил, — продолжил Петр. — Три кольца охраны. Артефактная защита по периметру. Рота боевых магов на этаже. Этой твари было плевать на все.

— Я знаю, — ответил я. — Толстого забрали из его собственной кузницы. Чехова с Есениным забрали средь бела дня с трассы. Фанерова вырвали при Валере, и тот не успел помешать. Этим существам наши стены, армии и артефакты все равно, что в магазин сходить.

— Я так понимаю, что могут прийти и за мной? — спросил Петр.

— Я не исключаю этого варианта.

Петр хмыкнул и спросил:

— Кто еще на свободе из двадцатки?

Я не стал переспрашивать у Лоры, потому что и так помнил. Этот список прокручивался в голове каждые полчаса и с каждым разом становился короче.

— Люся на Сахалине. Роза в Японии. Исаак у меня в подвале, в саркофаге.

— Трое, — повторил Петр тихо.

— Надо стягивать всех на Сахалин. Люся уже там, а Розу я попрошу отправить на ближайшем дирижабле. Есть подозрение, что и Кутузова с Нахимовым могут забрать. И вам лично, Петр Петрович, нужна усиленная охрана. Серьезно усиленная.

— Я не беспомощен, Михаил.

— Конечно, нет. Но ваш отец тоже не был беспомощен. И когда Нечто добрался до вас в лазарете, Петр Первый остановил его ценой собственной жизни. Я не хочу, чтобы это повторилось.

Я знал, что бью по больному. Но сейчас не время для деликатности.

Петр молчал. Долго, секунд пять или шесть, и я слышал, как он барабанит пальцами по столу. Привычка, которую он перенял от отца.

— Хорошо, — наконец произнес он. — Усилю охрану. Артефактную защиту Кремля подниму на максимум. Павел уже едет ко мне.

— Спасибо. И еще одна просьба. Странная, но важная.

— Какая?

— Петр Первый делал заказы у французов, в Северной Империи, Японии и Корее. Не могли бы вы поискать другие заказы, если такие есть?

— Посмотрю, — ответил Петр. — Удачи.

Связь оборвалась. Я выпрямился на спине Булата и посмотрел вперед. Степь тянулась до самого горизонта — однотонная, коричневая, с белыми полосами снега в ложбинах. Вдалеке возвышались горы, а в горах нас ждал портальный камень.

— Лора.

— Тут, — она сидела позади меня, вцепившись в куртку обеими руками. На ней были лыжные очки и пуховик размера на два больше, чем нужно. — Обновила список и разослала оповещения. Надя подтвердила. Эль ответил, цитирую: «Принял. Вашу мать». Трофим — «Сделаю». Я иногда думаю, что у этого человека в словарном запасе ровно четыре слова.

— Пять. Он еще умеет говорить «выполняю».

— Верно, пять. Мой промах.

Булат набрал высоту, и холодный воздух резанул по щекам. Пришлось усилить энергетическую защиту. Внизу блеснула замерзшая река, потом еще одна. Горы приближались.

— Миша, — Лора убрала очки на лоб. — У меня вопрос. Не тактический, а так, на подумать.

— Давай.

— Онегина забрали с военной базы из-под носа у целой армии. Толстого из личной кузницы с рунной защитой. Чехова и Есенина поймали посреди дороги. Каждый раз одна и та же схема: дождаться момента и быстро телепортировать. Но не убивать.

— К чему ты клонишь?

— К тому, что если их похищают для того, чтобы выкачать всю энергию, то как будто где-то должен быть очень сильный энергетический фон. Скопление такого количества сильных магов не должно остаться незамеченным. И меня смущает еще кое-что…

— Быстрое перемещение?

— Ага. Лермонтова забрали вместе с монолитом быстрее, чем Валера успел ударить. Вспомни, что он мог открыть даже только что закрытый портал. А тут ничего. Думаю, он и сам это понимает. Может, дело не в том, что мы слабые. Может, в том, что эти перемещения нельзя предотвратить физически. Это как телепортация, но с чужой стороны. Они открывают дверь прямо внутри комнаты, хватают цель и закрывают. И с нашей стороны просто нет ручки.

Я обдумал ее слова.

— Тогда защищаться бесполезно?

— Защищаться традиционными способами бесполезно. Но если мы поймем, как работает эта дверь, мы сможем либо заблокировать ее, либо открыть свою и войти с другой стороны. Для этого нам нужны портальные камни.

— Владимир это понял триста лет назад.

— Именно. И теперь я понимаю, почему он их прятал по всему миру. Не просто для удобного перемещения. А как ключи к системе, которая может противостоять божественному транспорту.

Булат резко ушел вниз, и у меня привычно екнуло в животе. Конь целился в узкую долину между двух скалистых хребтов.

— Подлетаем! Держись крепче, тут ветер дурной.

Девять из двенадцати камней. Еще три. Может быть, когда сеть будет собрана, я пойму, как ею пользоваться. Или не пойму, и придется, как обычно, импровизировать. Импровизация мой конек.

Степь кончилась и начались горы. Где-то внизу, в промерзшей расщелине, нас ждал камень, спрятанный человеком, который предвидел все это задолго до моего рождения.

А телефон в кармане молчал. И это почему-то пугало больше, чем когда он действовал мне на нервы.

Горный массив.

Монголия.

14:50 (местное).

Булат приземлился на узком каменном карнизе, который выступал из скалы, как нижняя челюсть. Под нами была пропасть метров на триста, над ней нависала серая порода, покрытая наледью. Ветер тут был такой, что я с трудом удержался на ногах, пока слезал с коня.

— Вон там, — Булат мотнул головой.

В метрах двадцати под нами красовалась едва заметная щель в скале.

— Владимир заложил камень в глубине, — сказал конь. — Я сам туда не залезу, но ты пройдешь.

Щель выглядела сомнительно. Слишком узкая, и там пришлось бы двигаться только боком. Еще и темно так, что без фонарика не обойдешься.

— Лора, сканирование, — распорядился я, чуть подумал и добавил: — Включи мне глазки.

— Секунду. — Она возникла рядом в утепленном комбинезоне. Несколько деталек соскочили с запястья и нырнули в расщелину. — Пещера уходит вглубь метров на сорок, потом расширяется. Живых объектов… Миша!