Чтение онлайн

И все равно ждал. Не уехал из клиники. Даже от реанимации не отходил.

Тогда же мне в голову пришла новая идея. Картинка вырисовывалась что надо. Никакой мишуры, лишних телодвижений, насилия и еще хрен знает чего, что мне уже порядком надоело.

Все должны быть четко и слаженно, не топорно, как в этот раз. С ней так нельзя. Теперь знаю наверняка.

Если хочу держать ее при себе, надо действовать по-другому. Силой я правды не добьюсь. А в том, что девчонка притворяется сомнений нет. Включила идиотку, дабы избежать наказание. Чтобы пожалел и трогал. Не выйдет!

Беру в руки телефон и набираю своего безопасника и близкого друга в одном лице.

Рустам отвечает сразу же.

— Найди дока, он чуть не убил мне девчонку, — велю без предисловий. — Надо бы проучить. И еще. Что с моим заданием? Когда будете готовы?

— Уже делается, — доносится с той стороны. — К утру легенда будет готова. Несколько фотографий уже отвезли к ней на квартиру. Остальное доставят в твой дом.

— А как на счет халупы? Узнал, что за клоповник, где она жила?

Все это время, пока мои люди вели за Смирновой наблюдение — она ни разу не выехала за пределы этого мухосранска. Почему? Надеялась, что в этой дыре я ее не найду? Опрометчиво.

— Обыскали. Ничего необычного. Много старья, пара семейных альбомов. В основном там жизнь до Москвы. Серая, унылая, правильная до тошноты.

Значит, снова мимо. Молодец девка, подсуетилась. Замела следы. Не знай я, кто она на самом деле, поверил бы в легенду о провинциальной простушке. Но ничего. Тем приятнее ее разочаровывать.

— Московскую квартиру тоже гляньте. Мне сюрпризы не нужны.

— Считай уже сделали. Обставим так, что вы уже несколько лет вместе. Не переживай.

Отлично. Теперь дело за мной.

Заканчиваю разговор как раз в тот момент, когда из-за двери слышится голос дока. Мой выход на сцену.

Захожу в палату и замираю, увидев Смирнову, сидящую на кровати. Взгляд затравленный, глаза огромные от шока. Она тяжело сглатывает и нехотя поворачивает голову ко мне.

На один короткий миг в груди все-таки загорается и тут же гаснет что-то похожее на жалость, но я не даю этому чувству пробиться. Пропускаю врача на выход и подхожу ближе, попутно рассматривая свою теперь уже «невесту». Ее длинные карамельные волосы так и тянут пропустить их сквозь пальцы. Потрескавшиеся губы мелко дрожат, на скуле виднеется гематома, оставшаяся после падения в подвале. Кожа все такая же бледная, но на щеках уже виднеется легкий румянец. Хороший знак.

Арина тоже меня изучает. Пальчиками цепляется за кровать, сжимает от волнения. Эта игра в невинную овечку уже порядком надоела, нарушать правила я не хочу.

Опускаюсь перед ней на корточки и, переборов себя, беру ее за руки.

— Наконец-то я тебя нашел. Ну же, Олененок, скажи хоть что-нибудь. Я так соскучился по твоему голосу.

Не могу поверить, что говорю это вслух.

Кому? Дешевой подстилке, к которой даже прикасаться противно.

Арина качает головой и буквально сжимается на глазах. Осторожно высвобождает свои крохотные руки и снова с явным отчаянием хватается за несчастную простыню. Сжимает так, что пальцы становятся цвета ткани.

— Простите, но я вас не помню, — шепчет она сухими губами. — Думаю, вы ошиблись. Видимо приняли меня за другую…

— Арина, — произношу с нажимом. — Ошибки нет. Ты — моя невеста. Месяц назад мы сильно поссорились, ты приревновала меня к моей секретарше, собрала вещи и уехала к себе. Мне надо было в Европу по делам, поэтому я не смог за тобой поехать. А когда вернулся, узнал, что ты пропала. Я чуть с ума не сошел, пока искал тебя.

Пересказываю часть легенды, а сам слежу за ее реакцией. Правда ничего не помнит или только притворяется, чтобы избежать моей мести? Не выйдет. Она совершила фатальную ошибку, появившись в жизни Марка. Не отпущу, пока не узнаю всю правду. Кому и зачем понадобился мой брат? Я все выясню, Арина. Все.

— Нет, — бормочет она и сглатывает, когда голос срывается. — Это невозможно. Я не помню…

Испуганно скользит по моему лице и кажется сейчас такой ранимой, потерянной вконец. В любой другой ситуации меня бы это тронуло.

— Знаю. Я говорил с доктором. Это временно. Посттравматический синдром. Последствия той ужасной аварии. Скоро ты меня вспомнишь. Я все для этого сделаю.

На этой фразе девчонка вдруг сжимается, видимо чувствуют скрытый подвох. Или все знает, но продолжает ломать комедию. Это мы тоже выясним.

Поднимаюсь и сажусь на кровать рядом с ней, затем снова беру ее за руку, и на этот раз, несмотря на инстинкты, она ее не отнимает.

— Меня зовут Мирон. Я твой жених, Арина. Завтра, как только тебе станет лучше, я отвезу тебя домой. Возможно, там твоя память быстрее восстановится?

Она в панике облизывает губы.

— Домой?

— Да, — киваю. — Домой.

— Мне кажется, я помню свой дом. Я жила там после аварии…

— Нет, Арина, ты ошибаешься, — объясняю терпеливо. — Та квартира — дом твоего отца. Я же говорю про твой дом. Пожалуйста, не пытайся сейчас ничего вспомнить. Я вижу, как тебе страшно. Но не торопи события. Врачи уверяют, что постепенно память к тебе вернется. А пока, — достаю из кармана запасной телефон и протягиваю ей. — Там есть наши фотографии. Немного конечно, но это, чтобы ты не смотрела на меня, как на чужака.

Арина осторожно берет в руки смартфон и внимательно рассматривает заставку. На ней мы счастливые стоим на смотровой площадке. Внизу раскинулась ночная Москва, а на пальце моей невесты красуется кольцо с огромным бриллиантом. В тот день я сделал ей предложение…

Я вижу, как расширяются ее зрачки. Она протяжно вздыхает. Руки мелко дрожат.

Мир потерял великую актрису. Жаль, сука, выбрала не тут профессию.

— Боже…

Хмыкаю, потому что этот цирк мне уже порядком надоел.

— Хватит, Арин. Посмотри на меня, — беру ее за подбородок и заставляю поднять взгляд. — Какой смысл мне тебе врать?

Девчонка безвольно пожимает плечами.

— Именно. Смысла нет. Но, если ты хочешь, мы можем начать сначала. Познакомимся заново, пока снова ко мне не привыкнешь.

В карих глазах загорается слабая надежда, и она тут же кивает.

Ну конечно, тоже наметила план действий. Я уже чуть было не поверил в эту свистопляску с амнезией. Такие, как она приучены ко лжи. Сейчас ей выгодна роль жертвы. Завтра она оклемается и снова станет собой. Знаем, проходили.

— А… вы расскажете мне о моей жизни? До аварии… пожалуйста.

— У нас будет много времени на разговоры, но сначала обещай, что перестанешь мне «выкать». Это странно, — скрипя сердцем, провожу пальцами по ее скуле, заправляю за ухо карамельную прядь. Черт, она на ощупь именно такая, как я представлял. Невесомая и очень нежная. Что же будет, когда наконец искупается, смоет с себя все больничные запахи… — Теперь ложись. Тебе надо отдохнуть, а я пойду, еще раз поговорю с твоим врачом. Договорились?