Чтение онлайн

Засунувшийся в микроавтобус пограничник получил от водителя пачку паспортов пассажиров, после чего исчез. Следующий фрагмент видео начинался, если судить по времени в углу экрана, спустя пару минут, когда вернувшийся погранец, сначала что-то долго требовал от Фархада (запись была без звука), а потом, схватив за руку, принялся вытаскивать беднягу из маршрутки.

В следующую секунду упирающийся Фархад открыл свой баул, явив миру что-то совершенно непредставимое – кузнечика, скрещенного с перекати полем? С уверенностью можно было сказать, только что это было живым и зеленым. Выбравшись из баула существо плавно перетекло к пограничнику, обвило его усиками и без видимых усилий выкинуло его из окна микроавтобуса.

Повозившись с планшетом, профессор запустил запись с десятикратным замедлением и собравшиеся, наконец-то, смогли детально рассмотреть происходящее. Наблюдая, как из кадра в кадр, от движения – к движению, выбравшаяся из баула тварь эта насекомоподобная мерзость, состоявшая, казалось, из одних ножек и щупалец, опутанных суставчатыми усиками, увеличивается в размерах, Степанович не мог отделаться от впечатления, что смотрит тряпичную копию какого-то голливудского боевика.

– Что это было? – Степанович выдавил из себя волнующий всех вопрос.

– Эээ… подозреваю, что фикус – бодро отрапортовал профессор.

– Фикус?

– Фикус, – скорбно подтвердил Корочун, – исследование оставленных на полу листков показывает наличие растительной ДНК.

На следующих кадрах было видно, как пакость выкатилась из машины, помогая себе четырьмя ручками и бодро покатилась в сторону погранзаставы. Выскочившие на шум погранцы начали поливать тварь огнем из всех имеющихся стволов – без особого, впрочем успеха. Было видно, как трассирующие пули проходят через клубок ветвей и щупалец, не причиняя твари никакого вреда.

Через пару секунд нечто покинуло кадр и запись прервалась. В наступившей после просмотра видео потрясенной тишине можно было расслышать тиканье механических часов на руке у Степановича.

– Пока состав погранзаставы в полном составе боролся с растением, на манер Лаокоона с сыновьями, напуганные перестрелкой гражданские бросились на казахскую сторону границы, где их всех поместили в отстойник до выяснения обстоятельств. Только Фархада среди них не было. И мы не знаем, смылся ли он во время суматохи или сидит сейчас в КНБешных подвалах. Мы озадачили агентуру – может быть они что-то узнают по своим каналам. Может быть нет. Восток – дело тонкое. А сильно надавить мы не можем – в случае чего Казахстан попросит о помощи Китай.

– А с фикусом что стало? Уничтожили? – осторожно спросил оперативный дежурный.

– Увы, нет. Сначала казалось что да: фикус после долгой борьбы сумели придавить столом, на который затащили сейф, но когда пирамиду разобрали, выяснилось, что фикус проел дыру в полу и скрылся в неизвестном направлении, – Корочун развел руками, – и на этой, оптимистичной ноте, я завершаю доклад о текущих событиях. О покупателях двух оставшихся яиц, нам известно крайне мало – сейчас мы работаем над построением их социального грифа, на основании данных о сотовых звонках и контактах, но это работа не одного дня.

– А я кажись, понял – прервал молчание, наступившее после слов Корочуна один из офицеров дежурной смены, чью фамилию Степанович быстро вспомнить не смог. – Эти яйца, они подстраиваются под хотелки покупателя. Не в лоб, конечно, но связь есть. Вот глядите: Старик – что под старую жопу увлекается сплетнями – получил телескоп. Затурканный женой программист – летающее блюдце, чтоб улететь от неё подальше. Толстяк – получил молодую подругу. Хрен с мотоциклом – врата туда, где на нём можно погонять. Узбек агроном – штуку чтоб растения переделывать. Девица, эта, Ексель Моксель…

– Никсель Пиксель, – поправил его Корочун.

– Не важно. В общем, она ведь неспроста ведь в феминистки пошла? Он не лезба, не страшная. Так чего она на мужчин вызверилась? Может по тому, что она летать мечтала. А летчики у нас, все мужики, как не крути. Вот яйцо и стало для неё самолётом.

В словах, в общем-то, была определенная логика – про себя подумал Степанович, – и вывод этот, в общем-то, лежит на поверхности – он сам, размышлял о чем-то подобном, лишь немного не успев додумать мысль до того, как услышал тот же вывод от майора.

Так почему же Корочун и профессор Венедад не упомянули эту столь важную особенность? Какой, связанный с ней подводный камень они решили утаить? Итак, что мы знаем: яйца получили три большие группы – русские, украинцы и инородцы. Русские, в большинстве своем, реализовали свои личные мечты – захотели убраться подальше от властей, жить и летать свободно, без запретов.

Про инородцев, конечно, рано судить по одному случаю, но живущий среди пустыни агроном не даром получил средство изменять живую природу, а не творить зло. В конце концов, не убил же он стрелявших в него пограничников. Так что Степанович не удивился, бы, узнав, что мечта Фархада превратить свою нищую страну в дивный сад.

Кто остается? Украинцы. О чем они мечтают? Чего они желают больше другого? И тут на Степановича снизошло осознание. Все элементы пазла в долю секунды встали на свои места, собравшись в огромный кукиш.

– БЛЯТЬ!!!! Блять, блять, блять. Украинцы! – Степанович вскочил с кресла, направив палец на Корочуна. – Что за предметы получили украинцы?

– Ну, мы еще не получили данных по линии Яровой….

– ГОВОРИ! – Степанович добавил стали в голос. – Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ!

Ситуацию разрядил один из Корочуновых дуболомов, до этого момента охранявший хрустальный гроб с останками сракопаука. Он встал и, не говоря не слова, протянул Корочуну планшет.

– О, – немного наигранно сказал Корочун. – А вот и требуемые данные подоспели. Украинцы получили… так, так… так… так… Джип, Атомную Бомбу, Годзиллу и Золотой Шар.

– Нам пиздец, – выразил общее мнение кто-то из офицеров.

Последующий за этим заявлением гвалт можно спокойно опустить. Присутствующие на совещании армейские офицеры, возмущенные коварством ФСБешников, подсунувших им тухлое яйцо – руководство в уже проваленной операции, выражали своё неудовольствие. Шумно и образно. ФСБе, в лице Корочуна, успешно отгавкивалось, обвиняя офицеров в нежелании защищать родину.

Все это время Степанович сидел, обхватив голову руками, размышляя, как перевалить ответственность за грядущий провал обратно на ФСБ. В том, что провал случится с неизбежностью восхода, уже можно было не сомневаться. Как и в том, что новый министр обороны, оправдывая провал, должен будет принести главкому чьи-то с мясом оторванные погоны. На блюде.

Чьи эти погоны будут – тоже сомнений не было. Степанович с тоской вспомнил не столь далекие времена, когда военные России, впервые за долгое время управляли армией сами, без навязчивого внимания со стороны Кремля. Времена Табуреткина. Возможно, лучшие времена для армии за последние полвека.