Чтение онлайн

И заковылял к мотоциклу, чувствуя спиной, как мумия ворочается в своём узилище, устраиваясь поудобней. В памяти, как у меня часто бывает, вспыхнула иллюстрация из детской сказки про Машу и медведя, и я удивился потрясающе глубокой мысли, почерпнутой из детской сказки: «Не садись на пенек, не ешь пирожок» – учила медведя девочка, – «если с такой тяжестью на плечах сесть, то потом можно и не встать».

Не сумевший попасть по нам с первого раза, дрон молчал, видимо экономя патроны. Потом оператор – или управляющий скрипт дрона решил уточнить грани разумного – проверить границы поражения зудой. Которые, вот незадача, внезапно оказались шире, чем он рассчитывал – добравшись до мотоцикла я энергично потряс зудой, перемешивая электролит. И подняв устройство вверх, на манер павиана из короля-льва, окирпичил излишне самоуверенный дрон.

Дождавшись момента, когда потерявший ориентацию дрон, треща лопастями, влетел в склон ближайшего холма, я перевалил шар на пассажирское сидение мотоцикла, усевшись, в свою очередь, на водительское место. Вышло далеко не так плохо, как можно было ожидать – мумия вцепилась мне в плечи, просунув тощие руки между прутьями.

Ноги в отверстия в клетке, к сожалению, просунуть не получилось, но и так вышло неплохо, подумал я, переключая скорости. В зеркало заднего вида были видны два висящих в удалении дрона.

– Боитесь меня? Правильно делаете! – пробурчал я, выезжая с площадки.

В следующую секунду время словно замерло – один из дронов внезапно понесся в нашу сторону, явно собираясь атаковать. Он не стрелял и я, холодея, понял почему – висящая под дроном труба не могла быть ничем иным, как реактивной пусковой установкой с закрепленной на ней ракетой. Атакующий дрон несся вперед, явно рассчитывая произвести залп до момента утраты связи.

«Почему он не стреляет с безопасной дистанции? Почему идет на риск сближения? Почему не атаковал раньше, пока я возился с клеткой? – мелькали вопросы, – оператор не идиот, его действия должны подчиняться логике».

Перебрав модели земных реактивных снарядов, я нашел подходящий вариант – если атакующий дрон вооружен ракетой класса «воздух-воздух» с инфракрасной головкой самонаведения, способной, в теории, навестись на работающий двигатель мотоцикла, всё обретало смысл. Дистанция, время атаки, всё, всё, всё.

Пазл сложился.

«И сложится не только пазл, – стиснув зубы подумал я, – самонаводящаяся головка земных ракет является сложным, но всё же электромеханическим устройством, неподвластным, к сожалению, влиянию зуды. Оператор всё рассчитал правильно – ракета наведется на горячий двигатель мотоцикла и уничтожит его.

И тут меня оценило!

У меня, чисто случайно, оказался козырь в рукаве. Счастливо улыбаясь, я повернулся к сумке, и вытащив положенную на всякий случай жуть, нажал на кнопку спуска. Жуть задрожала в руке и я без сожаления швырнул её на дорогу, обеспечивая самонаводящуюся головку столь любимым ей источником инфракрасных лучей.

В эту же секунду видимый в зеркале заднего вида дрон окутался белым облаком дыма и из него, молнией скользнула атакующая ракета. Я правда, этого не видел, так как несся вперед, стараясь уехать подальше от лежащей на обочине жути.

Именно поэтому, взрыв я не услышал – а скорее ощутил спиной.

В зеркало заднего вида было видно огромное пылевое облако, поднявшееся над шоссе. Но мне уже было не до него – я увидел как передо мной, прямо на проезжую часть выбегают люди. С большого расстояния были видны только силуэты, но мне показалось, что в автобусе ехали семьи – более крупные силуэты мужчин и женщин были окружены силуэтами детей.

И вот эти крупные силуэты, увидев меня, начали собираться в живую цепь – хватаясь за руки и расходясь по дороге. Мне сразу вспомнилась истерика московских автомобилистов, машины которых полицаи использовали для устройства заслона против несущегося по шоссе лихача.

Тут в заслон собирались живые люди. Фашисты, что с них взять.

Я живо представил, как направляю на эту живую цепь мотоцикл и тот, сбивает человека с ног, ломая кости и разбрызгивая кровь. Интересно на что надеются эти идиоты? На то, что я сверну с дороги, завязнув в грязи, просто потому, что не хочу убивать?

– Один ноль в вашу пользу, – крикнул я, сворачивая на обочину, – лень от вас мотоцикл отмывать!

И тут же об этом пожалел. Обнаженные кости гор, по которым мне предстояло ехать, несмотря на сухую погоду, были покрыты непросыхающей грязью. Я ехал, словно впав в транс – не думая переключал передачи, лавировал между валунами, проскальзывая по грязи, разгоняясь, там где считал нужным. И тормозя, когда понимал, что не впишусь.

В ушах свистел ветер, мотор нездорово ревел, сообщая что в него неплохо бы подлить масла, но я не отвлекался на подобные мелочи, целиком погруженный в гонку. Больше всего я боялся задуматься, о том, что я веду мотоцикл в первый раз. Потому что после этого, я как та сороконожка, не смогу даже завестись.

Стоило мне подумать об этом, и я тут же, словно проснувшись, вылетел из транса. Несколько раз вильнув, только чудом удерживаясь от того, чтоб уронить болтающийся за спиной шар, после чего переключился на более низкую передачу и огляделся.

Большая часть пути была позади. На чем позитивный новости заканчивались – последний оставшийся дрон, видимо, воспринял моё снижение скорости как знак – бодро начав сокращать расстояние. Видимо, рассчитывая, что я, занятный дорогой, не замечу его атаки и не активирую следующую инфракрасную ловушку.

И даже не прогадал – увлеченный лавированием между валунами, я не заметил опасности. До тех пор, пока высунувшаяся из за плеча сухая рука не ткнула в пальцем в зеркало дальнего вида. Глянув в которое, я увидел стремительно атакующий дрон.

После чего просто пожал плечами. Второй жути у меня не было.

В голове сразу всплыл непрошенный план – мотоцикл придется бросить. Клетку тоже – я опережал бросившихся за мной в погоню людей из автобуса всего на несколько сотен метров. Но без клетки я смогу двигаться только немногим тише бегунов. И успею добежать до портала.

«И это не будет трусостью, – прошептал в ухо здравый смысл, – зачем погибать вдвоем?».

Сжав зубы, я отбросил эту идею. Скорее из упрямства и гордости, чем из гуманитарных соображений. Мне безумно, до зубовного скрежета хотелось выиграть. Победить, в этом первом в моей жизни настоящем бою. Вместе с идеей сбежать я отбросил и утихающую зуду.

В надежде, что двигающийся за мной дрон не заметит моего жеста и влетит в зону поражения. Увы, не фортануло – химический источник тока был быстр как на подъем, так и на спад. Понял я это после того, как дрон спокойно, не испытывая никаких проблем пролетел над выброшенной мной зудой – словно её и не было.

Других идей у меня не было.

Я ехал, с трудом сохраняя равновесие, искреннее надеясь что успею въехать в портал раньше, чем дрон решит стрелять. У меня было небольшое преимущество перед оператором, который не знал, что его время истекает и что скоро я скроюсь в портале. Поэтому он будет медлить, выбирая оптимальный угол стрельбы.