ЖАНРЫ

Я уничтожил Америку. Назад в СССР
Шрифт:

— Вас подвезти до гостиницы? — спросила Мила.

— Да нет, не нужно. Я лучше пройдусь по утренней свежести. Давно не выходил так рано на улицу. Хочу прогуляться. Не беспокойся, никто меня не тронет. Табельное оружие со мной. Спасибо за то, что моё пребывание оставили в тайне. Если бы по городу прошёл слух, что приехал Семичастный, то маньяк мог бы и затаиться, — улыбнулся генерал-полковник.

— Ну, а хотя бы можно составить вам компанию? — проговорила женщина.

— Только если вы будете молчать и ни о чём не спрашивать. Мне ещё многое обдумать нужно, товарищ Кимакова.

— Так точно, товарищ генерал-полковник. Есть молчать и ни о чём не спрашивать! — козырнула Кимакова.

Тем временем две подъехавшие машины тронулись в путь. Вышедший из дома генерал-полковник зацепил взглядом колыхнувшуюся занавеску на соседнем доме. Кто-то из особо любопытных соседей не спал.

На улице только-только начала просыпаться жизнь. Несмело прочищали горло первые птицы, где-то всё-таки залаял излишне бдительный пёс. За заборами огни в домах не загорались, а это значит, что операция по ловле маньяка прошла успешно!

Ещё бы не успешно. Взяли без сучка и задоринки! Этот некрофил даже пёрнуть не успел! Конечно, оперативники, играющие чету Маломановых здорово рисковали, но всё сыграно как по нотам!

От полученного адреналина начинало потряхивать в коленях. Задор охотника плескался в жилах. Поймали! Поймали урода, который стал ужасом для местного населения!

И всё благодаря загадочному письму, отправленному анонимно на имя Гранта Григорьяна. В этом письме описывалось то, где и как можно взять куйбышевского маньяка, а также все его преступления чуть ли не вплоть до поминутного действия. После этого шло предложение взять его силами «ОКОДовцев» под управлением Владимира Ефимовича Семичастного.

Оперативный Комсомольский Отряд Дружинников по задумке автора письма мог стать дополнительным элементом в деле защиты безопасности граждан. Единственно, что действовать нужно было быстро. Иначе случится страшное…

Почему Григорьян поверил автору письма и вызвонил Семичастного? Почему не отправил на рассмотрение во внутренние органы или в КГБ? Ведь если это анонимка касается преступлений такого масштаба, то следует в первую очередь известить милицию, но… Грант не сделал этого, а позвонил сразу же товарищу по группе. Почему?

Потому что автор предупредил товарища Григорьяна, что совсем скоро грядут глобальные перемены, касающиеся конкретно его. А именно — ему предложат должность заместителя советского торгпреда в Западной Германии. По сути, это будет всего лишь роль свадебного генерала, лишь бы убрать последнего из шелепинской команды подальше…

А так как товарищ Григорьян был человеком не глупым, то он решил по этому поводу сначала поговорить с Шелепиным. И каково же было удивление Гранта, когда он узнал, что Шелепину пришло похожее письмо от неизвестного доброжелателя. Только на этот раз информация касалась пока ещё члена Политбюро.

Неизвестный благодарил Александра Николаевича за его работу в верхушке власти, а также просил вернуться к управлению страны и быть готовым подобрать выпавшее из ослабевших рук лидера знамя. Со своей стороны, неизвестный обещал сделать всё возможное и невозможное для скорейшего водворения на кресле Генерального Секретаря ЦК КПСС.

Оба адресата получили письма практически синхронно, причем содержание писем совпадало по смыслу и стилю изложения. Более того, очевидно, что отправитель прекрасно осведомлен о положении дел внутри высших эшелонов власти, а значит, вполне вероятно, сам принадлежал к узкому кругу посвященных лиц. Автор предупреждал каждого из руководителей о надвигающихся изменениях.

Разумеется, Грант понимал всю важность полученной информации и хотел обсудить ситуацию непосредственно с Семичастным. Вместо того чтобы передавать письмо обычным способом, Григорьян принял решение срочно вызвонить своего бывшего коллегу и попытаться выяснить сложившуюся обстановку.

Семичастный, выслушав подробный рассказ, проявил интерес и подтвердил наличие аналогичного послания, полученного ранее самим Александром Николаевичем. Оба собеседника пришли к выводу, что ситуация требует немедленного реагирования.

И даже если это была какая-то ловушка, то… Попытка поймать маньяка могла пойти в зачёт как организации Шелепина, так и ОКОДовцам.

Сейчас же комсомольцы поймали того, кого не смогла поймать милиция. Кого не смогли вычислить долгое время.

Семичастный мерно поглощал ногами расстояние и думал о том, кто вписался в игру? Кто захотел сдуть пыль с мерно убираемых Брежневым фигур Шелепина? И кто сам захотел вызвать из забвения Александра Николаевича?

Григорьян и Шелепин в один голос утверждали, что слова были написаны печатными буквами, а письма направлены с разных концов Москвы. Это наверняка было сделано не просто так. Кто же это начал вести свою партию?

— Какую партию, Владимир Ефимович? — подала голос Мила.

— Что? О чём вы? — нахмурился Семичастный.

— Вы только что сказали, что кто-то начал вести свою партию. Вы про шахматы? Я тоже немного умею играть…

Во как! Уже начал вслух говорить. Дожили… Так и до маразма можно дотянуть!

— Да? Шахматы — это хорошо. Игрой в шахматы неплохо мозг развивается, — задумчиво проговорил генерал-полковник.

— Я тоже об этом слышала. А разрешите вопрос, товарищ Семичастный? — спросила Мила, стараясь казаться солидной и серьёзной.

Генерал-полковник видел, что её сейчас разбирает любопытство, и она готова прыгать вокруг него восторженной собачкой, к которой вернулся хозяин после долгой отлучки. Молодая, задорная, полная сил… С надеждой смотрящая в будущее и отчаянно верящая в то, что всё будет хорошо!

Когда-то и он таким был… Пока не погряз в кабинетных дрязгах и паутине политических игр!

— Ну, спрашивай, Мила, — со вздохом произнёс он. — На что смогу — отвечу!

— Скажите, а вы же видели Брежнева? Какой он? Ну, я имею ввиду в жизни…

«Хитрый, расчётливый, скользкий!» — подумал Семичастный, а вслух произнёс:

— Какой он? Внешне спокойный, уравновешенный, немногословный. Но стоило посмотреть внимательнее — видишь умную хитринку в глазах, скрытую уверенность в себе. Всегда знает, чего хочет, хотя иногда трудно было понять, зачем ему именно это надо… Но если честно, — он добавил с лёгкой улыбкой, помедлив секунду, — с ним работать интересно. Настоящий политик старой школы, твёрдый характер имеет.

Помолчал чуть-чуть, посмотрел внимательно на девушку, заметил искорку интереса в её взгляде.

Поделиться с друзьями: