Чтение онлайн

После пары передач мяч оказался у меня. Ещё один уход от защитника и…

Наступила моя очередь действовать. Движением головы указал на свободное пространство слева, призывающе взглянув на Ледоимцева. Получив одобрение, рванул туда, стараясь сбить защитников с толку неожиданным движением. Пара мощных дриблингов, и я стремительно несусь вперед, стремясь протолкнуть мяч к штрафной площадке.

Осторожничают конкуренты. Закрывают возможные варианты передачи, стараются помешать развитию атаки. Приходится проявлять хитрость и коварство. Обманный финтом отправляю мяч в сторону Васнецова, заставляя оппонентов растянуться и потерять позицию.

Наш защитник перехватывает мяч, передавая пас среднему полузащитнику. Противник в растерянности от неожиданной передачи. Мы пользуемся моментом, начав новую комбинацию.

Удар! Удар! Пас! Ещё пас!

Мяч у меня! Я подпрыгиваю, чуть ли не делая сальто. Чего там орут? Да идите в жопу, оруны хреновы! Я играю! И даже боль в мышцах отступает…

Вперёд уходит Ледоимцев, а я ухожу от ещё одного полузащитника и накидываю точно на ногу.

Игра в одно касание и…

— Го-о-ол! — кричу я и вскидываю руки к небу.

Ледоимцев не подкачал. Всё сделал чётко и устроил мяч точно в «девятку». Вратарь только кончиками перчаток коснулся мяча.

— Го-о-о-ол! — закричали на трибунах.

Ледоимцев произвёл небольшую победную пробежку с поднятыми руками. Ему свистели. Я даже увидел, как он послал воздушный поцелуй, а сидящая на трибуне Маринка его перехватила.

И ведь никакого укола ревности!

Даже чуточку порадовался за них. Может быть сегодня Ледоимцеву даже что-то обломится…

Новый розыгрыш и новая атака. Один из наших катится по земле, зажав колено, но потом с трудом встаёт. Свист с трибун режет уши, но вот свистка судьи не слышно. Как будто отвернулся в этот момент.

Зараза!

Что же, чего-то подобного мы и ожидали, поэтому решили биться дальше. Снова перехват. Пас! Пас! Удар вдаль и вот уже мы с Ледоимцевым мчимся за мячом.

Боль в теле отошла на второй план. Впереди мяч. Впереди ворота. Вижу цель, не вижу препятствий.

Полузащитники и защитники пытаются нас остановить, но куда там. С таким же успехом можно остановить несущийся на всех парах «Зил».

Ледоимцев добежал до мяча первым. Тут же передал мне. Я обыграл защитника, второго. Передал пас обратно и рванул к воротам. Остается надеяться, что Ледоимцев поймёт мою задумку.

И он понял. Убежал от защитника и сделал отличный навес!

Правда, я разогнался и не успевал затормозить, но… Да плевать!

Я взвился в воздух, сделал полуоборот и, оказавшись спиной к воротам, ударил через себя!

Упал спиной так, что вышибло дыхание.

Стук сердца, ещё стук и…

— Го-о-о-ол! — взревели трибуны.

— Го-о-ол! — подскочил ко мне Ледоимцев. — Го-о-ол!

Я пытался вдохнуть, но получалось слабо.

— Ты как? — протянул руководитель мне руку.

— Нормально, — просипел я в ответ и поднялся при помощи капитана команды. — Главное, что сейчас два-два!

— Да! Молодчага! Красиво заколотил! — восторженно улыбался Ледоимцев.

Я не стал никому посылать воздушные поцелуи, а просто пробежался до места розыгрыша.

Третий гол на исходе второго тайма заколотил уже Васнецов. Он подхватил мяч на нашей половине поля и промчался, как вихрь по полю. Все ждали передачи мне или Ледоимцеву и нас блокировали, но… Васнецов оказался хитрее. Он обыграл полузащитника и сделал вид, что подает пас мне.

Защитники перекрыли меня, а в это время Васнецов рванул к воротам мимо растерянного таким поворотом событий защитника. Вышел один на один и…

— Го-о-о-ол! — вскинула руки вся команда сборочного цеха.

Мы кинулись поздравлять друг друга, а вскоре прозвучал финальный свисток. Мы победили!

Уже направляясь к раздевалке, я дерзко взглянул в сторону сидящих десятерых. Меня ожёг злым взглядом Шота, а вот мужчина с сединой в волосах поднял руки и несколько раз хлопнул одной ладонью о другую.

Поаплодировал…

Я криво ухмыльнулся в ответ.

В раздевалке творилось веселье. Ребята поздравляли друг друга, как будто не футбольный матч выиграли, а по меньшей мере Суперкубок взяли. Прыгали, бесились, хлопали друг друга по плечам, обнимались.

Мне тоже досталось этих «ласк». Ну и я не остался в стороне, чего уж скрывать. Тоже обнимался, орал со всеми, выплёскивал накопившиеся эмоции.

В общем шуме мы не слышали, как открылась дверь и на пороге появился мужчина кавказской наружности. Обратили внимание после того, как тот громко окрикнул:

— Граждане, кто из вас Пётр Жигулёв? С ним хочет поговорить товарищ Кантария!

Коллеги на меня оглянулись. Отчасти встревоженно, отчасти с недоумением. Все знали, кто был такой Мелитон Кантария. Но никто из них не знал, чем занимался его племянник. Я знал. И вот из-за этого знания меня сейчас и пригласили на частное собеседование.

Вряд ли оно мне сулило что-то хорошее. Скорее всего снова начнут давить, напирать, уговаривать. Я вздохнул:

— Сейчас быстро в душ и потом выйду. Скажите товарищу Кантария, что я скоро буду.

— Я подожду, — мужчина кивнул и закрыл дверь.

— Пётр, а что это было? Почему Кантария тебя спрашивает?

— Наверное из-за той луковицы на рынке, — широко улыбнулся я. — Вряд ли из-за чего другого.

— Опять шутишь? — нахмурился Ледоимцев. — Вроде бы нормально общаться начали, а ты…

— Да всё нормально, — махнул я рукой. — Ну откуда же я знаю, что от меня нужно товарищу Кантарии? Вот узнаю — обязательно скажу. Вы где победу праздновать будете? В какой столовой вас искать?

— Да мы… — замялся было Васнецов.

Я сразу же нахмурился:

— Не пьянки ради, а чисто формально прополоскать горло пивом. Вон, ребята, в «Пельменной» на Восточной можно будет и поесть, и попить. Я скоро к вам присоединюсь! Возражения не принимаются! Мне двойную порцию и сметаны побольше!

После этого помчался в душ. Надо же было смыть с себя пот и грязь. Поваляться пришлось немало, так что пах я сейчас не очень. Чтобы избавиться от запаха, воспользовался «Земляничным» мылом, что продавалось за двенадцать копеек. По выходу пах гораздо лучше. Тело хоть ещё и ломило, но уже меньше, чем утром. По крайней мере, я мог ходить без кривящейся рожи.