Чтение онлайн

– Насовсем, что ли? – нахмурилась Яга.

– На год после того, как утопла. Коли буду справно служить, сосватает меня домовому. А коли осерчает, быть мне супружницей водяного, а тогда век в болоте мокнуть.

– А служить хорошо – это как? – вдруг спросил Баюн. – Вы, бабы, лясы вечно точить можете, а кот у вас тут того и гляди с голодухи подохнет. Может, сметанка найдётся?

Яга ухмыльнулась, а кикимора испугалась было, а потом рот ладошкой прикрыла да захихикала.

– Это не ты ли тот кот, что мышь у княжны на постели ловил? – спросила она.

– А может, и не надо сметанки… – задумчиво протянул Баюн.

– Да не серчай, ты ж один во всём царстве говорящий. Ой! Кощей за тебя мешок золотых обещал, скучно ему, говорит, а тут хоть какое развлечение. Ты уж помалкивай при нём. А сметанку добуду.

Счастливая Любава выскочила в свою крошечную дверь. Яга, не теряя времени, тоже в эту дверцу заглянула, да следом не пошла, головой лишь дёрнула.

– Оберегов-то навешал, ирод костлявый! Да чтоб ему вовек злато его считать, не пересчитать! Чтоб сидел, от скуки чах, да угомониться не мог!

– Эк ты разошлась, – восхищённо сказал Баюн. – Не пролезем?

– Ну коли не прочь на свою шкуру проклятий да отравы схлопотать, ступай. Снять не смогу, не я вешала, не подпустит.

– А кикимора как ходит? – удивился кот.

– Так она неживая, что ей сделается? Жалко мне её, такому супостату служить…

Баюн не ответил, сметану ждал. Как Любаву с блюдцем увидал, манерность свою отбросил да бросился к сметане мурлыкая.

– А все-таки кот – он и есть кот, даром что говорящий, – покачала головой Яга. – Помани сметаной, продастся с потрохами. А скажи мне, Любава, есть тут домовые-то?

Про домовых Яга сразу разузнать решила, как только кикимора про сватовство сказала. Кто ж лучше них все ходы и выходы замка ведает? Да только не станут они ради ведьмы стараться. А ради зазнобы своей…

– Есть, конечно, – кивнула кикимора.

– Чай и не вредные есть? Такие, чтоб душевные?

– Один, – покраснела Любава. – Антипкой звать. Красавец писаный, каких свет не видывал! Нос у него, точно репа крупная, глаза как два блюдца, только серые. Да волосы цвета осенней соломы.

– Тебе бы летописи слагать, – фыркнул Баюн.

– Ты там за сметаной смотри, чтоб не убежала, – осадила его Яга. – Так что там Антипка-то? Жениться хочет?

Любава опустила глаза в пол и тяжко вздохнула.

– Стал быть, не хочет, – догадалась Яга. – Ну это дело наживное, сколько тебе ещё служить осталось?

– Три седмицы, в самый раз до Иванова дня.

– Успеется, – улыбнулась ведьма. – Я тут столько сидеть не желаю.

– Да разве ж Кощей спросит, – покачала головой кикимора. – Туточки в кажной башне такой по царевне, а то и две. Всё поначалу бушевали, убечь пытались.

– Не получилось? – уточнил Баюн облизываясь.

– Сметану ешь, паскудник, – фыркнула Яга. – Коли не ты, вовек бы тут не оказались!

– Так ты и сама пойти не прочь была! – напомнил кот. – Нечего теперь на меня собак спускать!

– И то верно, – вздохнула ведьма, усаживаясь на кушетку и поглаживая ладонью бархат. Даже глаза блаженно прикрыла, всё ж девица и есть девица, даже коли она ведьма пленная. – Так не убег никто, говоришь?

– Никто, – шмыгнула носом Любава. – Всех волки назад приволокли.

Призадумалась Яга. С волками и договориться можно, а вот с Бессмертным что делать? Царевны-то к батюшкам, небось, побежали бы, да женихов- защитников сыскали. А ей-то как быть? Лес для двух колдунов невелик и тесен, от Кощея не скроешься. А уж коли сыщет, тут одной башней не отделаешься. Значит, надо, чтобы сам отпустил, да вернуть не желал.

– Скажи-ка, Любава, а девиц столько Кощею для чего? – поинтересовалась ведьма.

– Да… Эт самое… Уж и сказать-то не знаю как… Срам один!

– Для срама значит, – прищурилась Яга.

– А так слух ходит, что невесту ищет, – шёпотом, испуганно поглядывая на дверь, добавила кикимора. – Да всё не найдет никак.

– Чего ж не найдёт? – подивилась Яга. – Собой хорош, богат, замок вон царский. Неужто ни одной невесты не подошло?

– Боятся они его люто, – вздохнула Любава. – Как завидят, так в угол забьются и сидят тихонько. А ему такая нужна, чтобы ух, кровь кипела, – кикимора смутилась. – Сам говорил, когда Серому Волку царевну отдавал.

– Так а Волку они зачем? – не поняла Яга.

– А мне почем знать? – пожала плечами Любава. – Ой, слышишь, сам идёт! Коли нужна буду, зови.

Кикимора испуганной кошкой бросилась к своей дверце. Миг – и Яга осталась в комнате вдвоём с Баюном.

– Не нравится мне всё это, – протянул кот.

– Мне тоже не по нраву, – согласилась Яга. – Главное – молчи теперь, не то поймёт Кощей, что ты не просто так приблудился.

– Обижаешь, – прошипел Баюн, запрыгнул прямехонько на кровать, да свернулся калачиком.

– Метлы на тебя нет, – фыркнула Яга, но прогонять не стала. Не до того было, в дверь стучали. Вздохнула ведьма, да пошла отпирать.

Подивившись, что дверь не заперта, Яга широко её распахнула. Перед ней во всей красе возвышался сам Кощей.

– Чегой-то ты дверь не запер, высочество? Али доверяешь?

– Так ты ведьма, – пожал плечами Кощей. – Замок колдовством отопрешь. А тут смотри, слуги мои тебя поджидают.

Яга высунула голову из комнаты и увидела тех самых скелетов, что её в башню тащили. Один из них даже зубами клацнул для устрашения. Ведьма охнула от неожиданности и обратно в комнату ринулась.