Чтение онлайн

За три года до переворота политолог Дмитрий Выдрин так оправдывал вхождение Украины в Таможенный союз. «Есть скрытые мотивы, которые пока не поднимает ни сама Россия, ни Украина. Речь идет о неявных преимуществах от Таможенного союза. Я на прошлой неделе был в Харькове на «Турбоатоме». Я был поражен размерами и масштабами производства. 95 % рынка «Турбоатома» – российский рынок. Но меня поразило даже не то, что мы держим российский рынок, меня поразило то, что этот завод самовоспроизводит кадры. У него есть два собственных института, своя учебная база. На мой взгляд, там воспитывают специалистов, достойных XXI века», – подчеркнул Дмитрий Выдрин.

«Мне бы хотелось, чтобы таких предприятий было больше. И потому мне кажется, что Россия и Украина сегодня должны сражаться не за лишние доллары, а за принципиально высшее качество работника», – сказал политолог.

«Так вот, я думаю, что те люди, которые делают свинину, при всем уважении, немного уступают тем людям, которые делают элементы атомной энергетики. Мне бы хотелось, чтобы наша страна была не страной свинопасов, а страной атомщиков, специалистов в области космической техники, авиации и так далее… В обсуждении ТС ошибка России и Украины в том, что мы обсуждаем миллиарды долларов, а не главное свое преимущество: создание работников нового качества», – добавил он. «Я сам всегда был горячим приверженцем европейского выбора, но мне хотелось бы, чтобы в Европу нас пускали не только с салом, но и с машинами, сложными конструкциями и так далее. Европа должна сказать, какие технологически рынки она готова для нас открыть, иначе возникает много вопросов», – заключил Дмитрий Выдрин.

Выдрин попал в точку. После прихода к власти лидеров «евромайдана» и подписания соглашения об ассоциации с ЕС украинские промышленные предприятия стали закрываться одно за другим. РИА-Новости Украина в апреле 2017 года констатировало, что 14 крупнейших предприятий страны прекратили работу. Среди них – Кременчугский автосборочный завод, Днепровский меткомбинат, Запорожский электровозоремонтный завод, «Карпатынефтехим», Аккумуляторный завод «Веста-Днепр» и другие.

Комментируя новые требования МВФ к Украине, политолог и публицист Дмитрий Куликов отмечал, что Запад готовит Украину к деиндустриализации и приватизации. По его мнению, после того, как Киев ввел полную экономическую блокаду Донбасса, судьба индустриального комплекса Украины предрешена: он будет уничтожен. «Металлургия Украины не сможет работать вне тесной кооперации Донбасс – Кривбасс. Металлургические предприятия республик ДНР и ЛНР испытают серьезные трудности, но выживут за счёт новых кооперативных связей с Россией и ее прямой помощи. А украинским металлургам помощи ждать неоткуда, их оставили умирать. Машиностроение Украины бессмысленно без кооперации с машиностроением России. Авиационный завод им. Антонова прекратил свое существование. «Южмаш» и космос почти не дышат, на очереди – «МоторСич» из Запорожья», – заявил Куликов.

Однажды в кабинете премьер-министра обсуждали очередные расчеты по выгодам движения в сторону ТС. Николай Азаров лишь развел руками: «Я уже устал доказывать Виктору все преимущества российского рынка. Он в этих цифрах ничего не хочет понимать. Сразу скучнеет и уходит от разговора». Позиция Януковича была понятна: сотрудничество с Западом было для него приоритетным. Он считал, что Россия и так никуда не денется. Его политические расчеты превалировали над экономической целесообразностью. Многочисленные сторонники европейской интеграции, сгруппировавшиеся как в администрации президента, так и в части руководства Партии регионов, определяли погоду. А тут еще оппозиция вела активную пропаганду против вступления в ТС, обвиняя сторонников этого решения в желании лишить Украину независимости и отдать под управление Москвы. Своим сторонникам они обещали, что подписание договора о вхождении в ЗСТ является необходимым условием для вхождения страны в ЕС, которое неизбежно состоится и приведет к росту доходов украинцев до европейского уровня. Никого в оппозиции не волновало, что на самом деле все будет не так, как они обещали. Искусственно подогревались фантазии обывателей, что стоит только подписать ЗСТ – и Украина сразу заживет как европейская страна с высокими зарплатами. Избиратели в большинстве своем охотно верили в эти сказки о светлом европейском будущем.

Стремление украинцев стать частью Запада активно поощрялось многочисленными западными фондами, выделявшими гранты для местных общественных организаций и средств массовой информации.

Сейчас принято говорить, что Киев был европейски ориентированным, а юго-восток Украины больше тяготел к России – и к этому есть основания.

Социально-экономическая ситуация в стране с 90-х годов складывалась таким образом, что центр Украины, прежде всего – Киев, стал притягивать к себе молодое активное население из экономически депрессивных западных регионов. Если Донецк, Харьков, Одесса, могли предложить молодежи и хорошие вузы, и работающие предприятия, то молодежи куда менее развитой «западенщины» оставалось только ехать осваивать столицу. Массовое переселение управленцев из западных регионов состоялось при президенте Викторе Ющенко.

Монополизация управленческой и гуманитарной сфер западниками была настолько мощной, что уже к моменту «оранжевой революции» 2004 года немалая часть молодежи даже в «восточных» областях оказалась «перевербована» в националистическом «западенском» духе. И не только молодежи: активные и влиятельные группы идеологических «анти-российских незалежников» сформировались и в силовых, дипломатических, научно-образовательных, культурных элитах Украины. Засилье западенского чиновничества било в глаза. Одновременно с ним в Киев пришли и западные фонды, что создало благоприятные условия для работы американских спецслужб. Неудивительно, что со времени прихода к власти Ющенко за 10 лет они лишь укрепили свое влияние, что открыто признавали представители власти.

Даже Служба безопасности Украины обратила внимание на ненормальность этой ситуации. Экс-глава СБУ Александр Якименко рассказал нам, что американские спецслужбы грамотно играли на антирусских настроениях этой части населения. Но когда он доложил Януковичу, что население Киева никогда не поддержит кандидатов в депутаты разных уровней от Партии регионов, так как относится к ней крайне враждебно, и пришла пора что-то делать с засильем представителей западных регионов в административном аппарате, президент его выгнал из кабинета, заявив, что он «нагнетает и не там копает». Замаячила угроза отставки. Пришлось Якименко со своими выкладками обратиться к премьеру Азарову, чтобы тот утихомирил президента, решившего было избавиться от своего главы СБУ.

А ведь Александр Якименко был прав: за годы независимости многочисленные американские фонды создали разветвленную сеть своей агентуры влияния, способную продавить западный вектор движения. В информационном пространстве страны велась настоящая война против любых сторонников единения Украины и России. Зрителям и читателям рассказывались страшилки об устроенном Москвой голодоморе и москалях-угнетателях, их пугали имперскими амбициями Кремля, рекламировали выгоды европейского выбора… Ну, а сам Янукович то и дело слушал рассказы своего окружения о санкциях со стороны США и ЕС в случае движения в сторону России и о протестном движении прозападной части населения.

Сторонники курса интеграции в ЕС обрели себе надежных союзников в лице украинских олигархов из Донбасса, традиционно связанных с «Партией регионов». В случае вхождения в ТС они опасались лишиться господдержки, без которой не смогли бы конкурировать с российским капиталом. Поэтому Янукович с первых дней своего президентства дал команду проводить курс на евроинтеграцию, тем самым пытаясь выбить козыри из рук оппозиции, но при этом продолжал торговаться с Москвой, выбивая из Кремля скидку на газ.

Невооруженным глазом было видно, что отношения России и Украины заходят в тупик и крутятся, по сути, вокруг одного единственного «газового вопроса».

Скоро на неадекватную позицию Газпрома стали обращать внимание даже эксперты в России. Становилось понятно: затягивание спора вокруг «трубы» грозит перерасти в серьезный межгосударственный конфликт.

О том, что амбиции Газпрома могут обернуться геополитической катастрофой, предупреждали многие дальновидные политики и аналитики. Первыми забили тревогу военные эксперты и политики, написав в 2011 году обращение к президенту России Дмитрию Медведеву. Стоит привести его полностью. Ведь сегодня их слова выглядят пророческими.

Открытое письмо президенту России Дмитрию Медведеву

«Мы глубоко обеспокоены нарастающим ухудшением российско-украинских отношений из-за споров вокруг цены на природный газ. Совершенно очевидно, что за этим конфликтом неизбежно возникнут и уже возникают другие экономические, политические, а за ними – и геополитические расхождения. Нетрудно спрогнозировать, что последствия этих расхождений дестабилизируют внутриполитическую ситуацию на Украине, и к власти в стране снова придут ультранационалистические антироссийские силы.