Чтение онлайн

В этой ситуации только «Осака маинити симбун» и «Кокумин симбун» публиковали более-менее независимые данные из Америки, что пробуждало исключительный интерес у публики. До того «Осака маинити симбун» удивила другие газеты специальным репортажем из Вашингтона, свидетельствующим о желании президента Рузвельта взять на себя роль посредника между двумя враждующими сторонами. Сведения исходили от Кала О'Лофлина, журналиста из Вашингтона, который работал специальным корреспондентом «Осака маинити симбун» с тех пор, как закончилась Китайско-японская война. Он был близко знаком с некоторыми влиятельными людьми в американской политике, включая Рузвельта, и также был хорошо знаком с Витте. Поэтому от «Осака маинити симбун» ожидали особенно подробного освещения Портсмутской конференции.

«Кокумин симбун», неофициальный орган кабинета Кацуры, во время мирных переговоров, разумеется, пользовался особым расположением правительства. Выгодные позиции «Осака маинити симбун» и «Кокумин симбун» привели к тому, что газеты объединились для отправки дополнительного специального корреспондента в Портсмут. Таким образом, «Осака маинити симбун» получала отобранную информацию, пользуясь особым положением «Кокумин симбун», а последняя получала от О'Лофлина информацию о позициях России и Америки. Это соглашение между двумя газетами, однако, было заключено только ради выгоды. Пользуясь преимуществом данной ситуации, «Осака маинити симбун» продолжала оставался в оппозиции к кабинету Кацуры и проводить строгую политику по отношению к мирным переговорам.

У других газет нарастала зависть к «Осака маинити симбун» и «Кокумин симбун». Антиправительственная позиция большинства японских газет была в немалой степени спровоцирована именно этим.

Кроме больших затруднений в сборе новостей, у японских газет была еще одна проблема. На протяжении всего периода переговоров правительственный контроль за прессой стремительно ужесточался. Столкнувшись со столь строгим контролем, газеты использовали разные пути, чтобы защитить донесения своих корреспондентов в Портсмуте от перехвата правительством, что было почти безуспешно. Это явилось одной из причин, по которой газеты свирепо напали на решение конференции о секретности переговоров, а также причиной их безжалостного отношения к затруднительному положению, в котором оказалось правительство.

Первые отчеты о конференции, которые попали в Японию, показали, какие большие трудности предстоят, и оправдали пессимистические взгляды, которых придерживалось большинство населения Японии. Заголовок выпуска «Токио асахи симбун» от 12 августа, докладывающий о первом заседании 9 августа, гласил: «Процесс русско-японских мирных переговоров. Неожиданно твердая позиция России предвещает бурю на переговорах». К этому прилагалась фотография представителей, сидящих друг напротив друга по разные стороны стола, а статья начиналась так: «Россия не согласна уступить остров Сахалин и заплатить компенсацию за войну по военным и промышленным причинам и для сохранения достоинства нации. Русские считают, что уступка Сахалина Японии приведет к тому, что Япония сможет не допускать российский флот на Дальний Восток».

«Кокумин симбун», являясь неофициальным правительственным органом, осторожно выразила свою собственную, более оптимистическую оценку ситуации. 8 августа, на фоне шумной критики в японской прессе, она высказала мнение, что внешняя позиция России не отражала ее настоящих намерений. Скорее всего, настоящее положение дел в России понуждало ее заключить этот мир, так что заявления русских были просто демонстрацией перед лицом подавляющих фактов.

13 августа «Токио асахи симбун» и другие газеты опубликовали «Требования Японии», спецвыпуск от 11 августа со сведениями из Вашингтона. Оно произвело сенсацию среди жителей Японии, так как тогда же стало известно, что условия мира, на которых настаивала Япония, были переданы прессе русским уполномоченным, который хотел занять выгодную позицию в общественном мнении, проигнорировав договор о неразглашении этой информации. Японская общественность быстро пришла к выводу, что у страны, которая прибегает к таким мерам, нет искреннего желания заключать мир.

Кроме того, японские требования, как их представил Витте, казались японцам слишком скромными, и его заявление, что требования были «неразумными», усилило враждебность прессы по отношению как к России, так и к конференции. 14 августа «Дзидзи симпо» заявила, что Япония должна потребовать просто ответить «да» или «нет» на свои требования в условленный срок и побыстрее закончить конференцию. «Токио нити-нити симбун» в тот же день констатировала: «Россия должна чем-то заплатить за мир, если она хочет его. Цена, которой требует Япония, очень мала; наши условия отличаются умеренностью и мирным характером». А «Токио асахи» прокомментировала: «Требования Японии оказались еще скромнее, чем одобрил бы весь мир. Она даже постаралась выбрать условия, наиболее приемлемые для врага. Если Россия не примет этих условий, пусть ощутит на себе последствия». «Токио асахи симбун» и другие газеты предсказывали быстрый разрыв мирных переговоров. Они распространяли идею о том, что Японии следует не заключать неудовлетворительный мир, а установить вечный мир, проведя войну еще два или три года и окончательно победив врага. Однако некоторые газеты, несмотря на свои утверждения о скромности притязаний Японии, были не против мира, заключенного на этих условиях. В то же время все газеты констатировали, что мир, который потребует уменьшения требований, будет абсолютно неприемлем для страны. «Осака маинити симбун» заявила, что Комура будет осужден народом, если допустит хоть малейшую уступку.

Из Портсмута продолжали приходить донесения с известиями о сложностях в переговорах и давлении, которое оказывали искусные действия Витте на японских делегатов. 30 августа в номере «Токио асахи симбун» содержалось донесение из Портсмута, которое говорило о том, что конференция вот-вот прервется.

Мнение, выраженное «Токио асахи симбун», «Нихоном», «Дзидзи симпо» и «Нихондзинаи», о том, что прекращение переговоров и продолжение войны является выгодным для Японии, отражало в прессе общественное мнение. На каком основании они ратовали за продолжение войны? В основном это объяснялось тем, что пресса очень высоко оценивала военный потенциал Японии и считала, что, продолжив войну, Япония может добиться полной победы. Англоязычная газета «Japan Daily Herald» заявила 15 августа: «Все факты говорят о том, что Япония готова возобновить военные действия, и что она уже сейчас делает попытки нанести своему врагу сильный удар, и что процесс переговоров не является препятствием ее активности… Она готова, если не жаждет, продолжить войну, но следующие переговоры не будут проводиться в Соединенных Штатах». Они считали, что твердая позиция, занятая Россией, и недостаток компетентности японских представителей на конференции станут помехой для осуществления важных требований Японии.

В то же время они заключили, что международное положение Японии было более выгодным, чем у России. Стало известно, что России не удалось осуществить новые займы на парижской бирже, из чего делали заключение, что российское международное положение настолько ухудшилась, что она не могла более получать поддержку своих союзников. «Нихондзин», изначально предъявлявший большие требования, утверждал, что мировые державы были недовольны продвижением России в Маньчжурию, так как это затрагивало их собственные интересы в этом регионе. С другой стороны, вторжение Японии не будет запрещено, даже если оно вызовет беспокойство, потому что Япония не нарушила прав и интересов мировых держав в этом районе. Журнал призывал к тому, чтобы Япония добивалась выполнения своих требований и не смущалась неопределенными догадками, на чьей стороне сочувствие других государств. После того как требования Японии были опубликованы, «Нихондзин» заявил, что, если переговоры прекратятся из-за непреклонности России, Япония просто получит больше поддержки от третьих стран и, следовательно, будет в более выгодном положении.

«Тое кэйзаи симпо», предполагавший, что Россия с самого начала не стремилась к переговорам, смотрел на конференцию с большим пессимизмом. Он утверждал, что, если наступит мир, это будет чрезвычайно невыгодно для Японии, потому что Япония не сможет тогда получить ни территории, ни компенсации. Заключенный мир оставит нетронутой российскую угрозу в Маньчжурии, и Япония будет вынуждена усилить свое присутствие в Маньчжурии и Корее, что повлечет за собой увеличение тяжелой ноши, которая лежит на японском народе. Если переговоры прервутся, сохранится ситуация вооруженного мира до тех пор, пока Япония будет поддерживать свою воинственную позицию на линии Телина и в этом случае будет иметь возможность занять Владивосток. Журнал делал заключение, что прекращение переговоров будет для Японии более выгодным, чем мир с уступками.

Несколько газет и журналов выражали какую-то надежду и оптимизм по поводу заключения мира на тех условиях, которые будут гарантировать достижение японских военных целей. «Токио кэизаи засси» полагал, что последствия зависели от мастерства японской дипломатии. Этот журнал, а также «Токио нити-нити симбун» утверждали, что отношение и решение японского народа сильно повлияют на результаты переговоров. Эти оптимистично настроенные газеты и журналы, считая японские требования «терпимыми, скромными и деликатными» и заявляя, что они не потерпят заключения мира на меньших условиях, сообщали, что, ввиду необычайно сложной внутренней ситуации России, ее твердая позиция была просто блефом. Они провозглашали, что вопрос успеха или провала зависел от проявления решительности Японии.

15 августа, когда пришли известия об отказе России от уступок территорий и компенсации, пессимистически настроенная пресса стала требовать немедленного прекращения переговоров и продолжения войны. «Дзидзи симпо» заявил, что, если Япония не сможет добиться возмещения, она должна компенсировать это своими силами, захватив земли на материке. Оптимистически настроенная пресса убеждала правительство занять твердую позицию, все больше усиливая аргументы. «Токио нити-нити симбун», принадлежащая Като Такааки, лидер среди оптимистической прессы, неоднократно публиковала статьи, которые должны были будоражить общественное мнение. Они советовали правительству оправдать надежды народа и прислушаться к общественному мнению, а не управлять им. 16 августа газета опубликовала статью, названную «Не будьте большими пессимистами. Не будьте большими оптимистами». Указывая на уловки российской дипломатии, она требовала, чтобы японские представители всегда стремились к превосходству.