Чтение онлайн

По модели слова самодержавие образовались и другие неузуальные производные: секретародержавие, единодержавие, троедержавие (власть «тройки»: Сталина, Зиновьева, Каменева). Ср. также сталиномания, содержащее в качестве второго компонента иноязычную часть – мания – «болезненное, навязчивое состояние»; слово встретилось в монархической газете.

Характеризующими наименованиями являются сложные слова, называющие государственно-политическое устройство страны (России): Триэсерия, Святорусье. Первое производное образовано по типу сращения (три) с окказионализмом эсерия, содержащим «географический» суффикс – ия (-иja), этот псевдотопоним имеет пейоративную окраску. Второе наименование возникло из словосочетания святая Русь – книжно-риторического обозначения прежней России.

б) Технические производные также встречаются на страницах эмигрантских газет, они обозначают те реалии, с которыми эмигрантам приходилось иметь дело в повседневной жизни. Несомненным лидером является элемент радио-, служащий для производства обширного словообразовательного ряда: радио (как автономная, самостоятельная лексема), радиоконцерт, радиостанция, радиоклуб, радиотелеграфия, радиофон, радиофония, радиомагазин, радиопрограмма, радиоаппарат, радиоигла, радиоиндустрия, радиоотправитель (ср. радиопередатчик), радиоприемник.

Этому словообразующему элементу заметно уступают другие, встретившиеся в эмигрантских газетах (часть из них – старые, дореволюционные производные): кино– (кинокомедия, киноздание, кинооператор, кинопредприниматель, кинорежиссер, кинофестиваль), кило– (киловатт, килоцикл), почто– (почтограмма), авто– (автотранспорт, автомобиль, автограф).

Таким образом, сложные существительные выступают как активный в словообразовательном отношении разряд слов. Разграничение производных на две обширные группы: одушевленные существительные (имена лиц, деятелей) и неодушевленные существительные – позволяет увидеть наиболее рельефно те семантические зоны, которые находились в эмигрантской прессе в центре внимания.

В конце XIX – начале XX вв. в русский язык вошло небольшое количество составных наименований, которые семантически можно разделить на такие сферы: 1) спортивные, музыкальные термины, понятия: джиу-джитсу, лаун-теннис, ту-степ – «американский бальный танец»; 2) социально-политические понятия: агент-провокатор, баши-бузук, социал-демократ, тред-юнион; 3) технические, производственные термины: светинг-система – «потогонная система», театр-кинематограф [Лексика 1981]. Социальная терминология оказалась в центре языковой стилистики газет социал-демократического лагеря: «во время разногласий в среде социалистических организаций, преимущественно в период мировой войны, возник ряд названий иронического значения, – названий с социал-, которыми пользовались коммунисты по адресу своих противников, – социал-патриот, социал-пацифист, социал-шовинист, социал-изменник, социал-предатель, социал-соглашатель, социал-лакей, социал-саботант, социал-премьер. Последние два образования возникли в первое время после революции, в 1917–18 гг. Социал-премьер – это Керенский» [Селищев 1928: 169]. В 20-е гг. XX в. в русском советском языке появляется множество производных иного номинативного и стилистического качества – для именования фактов нового социального строя. Все они концентрируются в двух сферах.

1. обозначение новых реалий (редко): изба-читальня, концерт-митинг, школа-передвижка;

2. наименования лица (значительно чаще): допризывник-выдвиженец, комсомолец-активист, комсомолец-выдвиженец, комсомолец-переменник, крестьянин-выдвиженец, крестьяне-единоличники, крестьянин-массовик, крестьянин-самоед, массовик-корреспондент, мужик-лаптевик, партиец-подпольник, подпольщик-боевик, портной-квартирник, рабочий-массовик, рядовик-коммунист, угнетатели-империалисты, читатель-массовик [Селищев 1928: 170–171]. Слова-уточнители позволяли рассматривать явления с двух сторон: собственно номинативной и характеризующей (эта характеристика могла быть или нейтральной, назывной, отражающей те или иные свойства денотата, или оценочной, прагматически маркированной).

Составные наименования также довольно часто встречаются на страницах эмигрантских газет. Имена лиц, несомненно, преобладают над неодушевленными существительными. Имена лиц распадаются на две неравные (в количественном отношении) группы: нейтральные наименования и характеризующие. Нейтральные (собственно номинативные) производные обычно обозначают какую-либо профессию и немногочисленны: министр-президент, министр-маршал, премьер-министр, женщина-сыщик, специалист-грузчик, дама-кельнерша.

Составные наименования деятеля, лица с характеризующей функцией распадаются, в свою очередь, на две группы.

1. Названия, в которых конкретизируется политическая, идеологическая позиция лица, его принадлежность какой-либо группе. Словообразовательные отношения между ними построены на сочинительных синтаксических связях, когда оба элемента сложного слова тематически равноправны и правый и левый компоненты легко допускают взаимозамену без ущерба для смысла. Отсюда вариативность слов: анархист-индивидуалист = анархо-индивидуалист, анархист-синдикалист = анархо-синдикалист, коммунист-большевик = большевик-коммунист, сионист-ревизионист = ревизионист-сионист, еврей-ревизионист = ревизионист-еврей, пропагандист-безбожник = безбожник-пропагандист, фашист-диссидент = диссидент-фашист (итал. fascista dissidente – «член группы фашистов-диссидентов» [104] ) и под. Очень много таких сложных слов, способных, подобно шахматной рокировке, легко взаимозаменяться, содержат анархические тексты. Встречаются такие сложные слова также в изданиях военно-террористической направленности.