Чтение онлайн

Гибель мира. Подумать только. Воплощённое Зло, Гибель Мира, одно за другим сбывающиеся предсказания, остаётся пройти дождю из рыб и жаб...

— А ещё Небесная Императрица кладёт Печать на мои уста... и на твои уста... — едва слышно прошелестела Звёздная Императрица.

Зелёное пламя её глаз бросало блики на стены просторной пещеры, затмевало собой светильники в читальном зале подземной библиотеки, да они и сами собой один за другим гасли.

Крошечный изумрудный огонёк в кольце сложным образом переплетённых пальцев искрил и вытягивался сияющими нитями в разные стороны. Нити сплетались сложным пульсирующим узором, изменяющимся в каждом подрагивании.

Учитель видел такое не первый раз: Нефритовая Богиня всегда бережно относилось к красавицам, пропускающим сквозь себя её силу, ограничивалась искрами в глазах, но когда брала клятвы, позволяла себе более сложные проявления.

— Принимаю Печать, — опустился Учитель на колени в глубоком поклоне.

— Принимаю Печать, — эхом отозвалась Императрица, и, если б не многолетний опыт, Учитель не успел бы подхватить на руки её оседающее на пол тело.

Звёздная Императрица не подавала признаков жизни, и Учитель с силой вдувал воздух в её лёгкие, резкими нажатиями на грудь помогал замершему сердцу проталкивать по жилам кровь — одно из рёбер с глухим щелчком разломилось, — пока ресницы красавицы не дрогнули, распахивая чёрные-чёрные, без единой искры зелени глаза.

— Я... жива... — наверное, всё же спросила красавица, просто сил у неё было так мало!

— Жива, — погладил Учитель тыльной стороной ладони нежную щёку. — Я сломал тебе ребро... надо наложить повязку, пока никто не видит...

— Печать... — напомнила Императрица.

— Печать, — согласился Учитель. — Мы оба её приняли, потому и говорю: буду лечить так, чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов. Мы же просто читали и обсуждали трактаты Цяна Личао...

Губы красавицы тронула невесомая улыбка:

— Цян такой молодец... Можно всю жизнь проклинать темноту, а можно зажечь маленькую свечку.1

— Три пути ведут к знанию: путь размышления — это путь самый благородный, — подхватил Учитель, — путь подражания — это путь самый легкий, и путь опыта — это путь самый горький2. Я бы хотел пройти путём размышлений, но...

Закончила за него Императрица, в глазах которой вновь замерцали блёклые зелёные огоньки:

— Но нам придётся пройти самый сложный, самый горький путь.

Отряды воинов и огненных магов вступили в бой с хэнгами на равных: человеческий разум против демонической жажды убивать любой ценой, мечи, кнуты, копья и огонь против ядовитых когтей, ведь достаточно крохотной царапины, и выжить человеку поможет только чудо...

Учитель сам выходил в рейды вместе с учениками, причём не всегда это были старшие по возрасту. Также не всегда в бой отправлялись лишь юноши и мужчины: умение обращаться с огнём повело на борьбу с хэнгами и красавиц клана: двух прачек, одну мастера татуировок, трёх вышивальщиц...

Алая Лента клана Нефритовой Богини досрочно сложила с себя полномочия, передав их преемнице, Вэнлинг, потому что мало кого так же слушался огонь, как её:

— Мне не хватит времени связывать воедино живущих в клане, слушать Небесную Императрицу и выжигать гнёзда хэнгов! Что случится со мной — знают лишь писари Небесной Канцелярии, поэтому отныне и до последнего моего вдоха я — Нуорэдэ!3Это имя мне дали в тот день, когда я вступила во взрослую жизнь, под ним я и пойду в бой.

Сложно было оспорить это решение, но пара дряхлеющих красавиц, помогающих детворе советами с уборкой, всё же обратилась к Учителю:

— Скажи, Вэнлинг4так молода, разве справится она с задачами Алой Ленты?..

Учитель шёл пообщаться с младшими учениками, едва успел отмыть с лица сажу и привести себя в порядок после похода. Он удивился:

— Не могу понять, о чём вы... При чём тут Вэнлинг и её молодость? Алая Лента связывает всех, живущих в клане... вслушивается в слова Небесной Императрицы... поддерживает связь со Звёздной Императрицей... не переживайте так, может быть, вам побольше отдыхать, раз у вас хватает сил только на разговоры?..

Красавицы смутились. Поняли: Учитель упрекнул их в пустословии.

А он продолжил свой путь к яслям. Его там ждало Воплощённое Зло, ясноглазый Йи Дэй.

О, Печать на устах!.. Ни Учитель, ни сама Звёздная Императрица не имели теперь права ни даже словом предостеречь окружающих о том, что Гибель Мира смотрит на них внимательными умными глазами малыша Йи.

1

из Конфуция

2

из Конфуция

3

huore de — огненная

4

Вэнлинг — очищенный нефрит

Раз в сезон Учитель выбирался в столицу.

Весной вывозил в Оружейную Палату становящихся юношами.

В начале лета показывал Императорский Дворец девушкам.

Осенью провожал выходящих из клана учёных мужей.

В начале зимы вёз малышей клана праздновать день детей: клан Нефритовой Богини единственный из четырёх сторожевых обладал этой привилегией.

Разумеется, с малышами отправлялись и их матери, а в столичных павильонах, специально построенных для приёма большого числа гостей, их ждали и отменно украшенные залы для развлечений, и обильная еда в обеденных залах, и удобные комнаты для отдыха.

Достигших семилетнего возраста прекращали называть малышами и малышками и переставали возить в Циньдар на праздник: мальчиков и девочек привлекали к организации дня детей на территории клана.

Эта зима, третья для Йи, стала уже десятой для Лю.

В прошлом осталась война с хэнгами: мудрецы знали, что, сколько бы гнёзд ни было уничтожено, где-то затаилось хотя бы одно, от которого служащие Потусторонней Конторы отвели взгляд людей, но всё равно этот зимний праздник обещал стать особенно светлым и чистым.

Будущим палачам поручили изготовить из яркой бумаги шары для украшения арок вокруг праздничной поляны, и пятеро мальчиков в возрасте от семи до двенадцати лет дружно взялись за дело. Трое малышей, пока их ещё не увезли в столицу, приходили смотреть. Йи, самый младший, а глядя на него и двое оставшихся, выпрашивали ножницы: нет ничего сложного в том, чтобы вырезать по намеченным линиям необходимые фигуры, а когда так ловко орудуют старшие, так и хочется попробовать самим. Ведь бумажных фрагментов нужно так много, пойдёт любая помощь.

Лю с радостью отдал свои ножницы Йи, а вместе с ними и толстую стопу листов:

— Вот молодец! На, дарю! Режь быстрее, и смотри мне, только попробуй что испортить!

Йи сцапал «подаренное» и уселся поближе к светильнику — начинало вечереть. Лю пристроился рядышком. Судя по суровой решимости в его глазах, он пытался повторить виденный в исполнении Йогоаи фокус: поджечь бумагу силой желания.

— Полудемонам огонь не подчиняется, — поднял взгляд от работы Йи.

— Ты-то почём знаешь? — почти испугался Лю.