Чтение онлайн

А Сью-Дзен — одна из давних и лучших подруг Индры. Она похожа на девушек, с которыми я когда-то занималась африканскими танцами. Короткие, взъерошенные светлые волосы, татуировки с индейскими символами на копчике и лодыжках. Но те девушки носили на плечах домотканые сумки из Гватемалы и Непала, а у Сью-Дзен была специальная сумка для йоги за несколько сотен баксов — точно такая была у Кристи Терлингтон в журнале, который я видела у Лары. Из нее она достала подходящий по цвету коврик для йоги. Мы не сводили с нее глаз, когда она развернула свой дизайнерский коврик и начала прыскать его специальным антибактериальным спреем для ковриков с ароматерапией. Ароматы чайного дерева и эвкалипта разнеслись по вантилану, смешиваясь с запахом лаванды, которой была наполнена ее ароматизированная подушечка для шавасаны. У Сью-Дзен и Марианн были роскошные полотенца, пледы и еще куча всяких йоговских примочек, которыми они обложили свои коврики со всех сторон.

Мы с Джейсоном переглянулись. Я обратила внимание, что Лара тоже вскинула брови при виде всех этих йогических прибамбасов. Но только Барбель осмелилась высказаться вслух.

— Кажется, вы не поленились привезти с собой на Бали целый игрушечный магазин, — заметила она и улыбнулась, заиграв ямочками на щеках. — Вот уж не знала, что может быть столько прибамбасов для йоги!

В сравнении с Сью-Дзен и Марианн я и мои товарищи выглядели довольно потрепанно. Вот уже в течение нескольких недель мы эксплуатировали наши коврики по восемь часов в день, и теперь они изрядно засалились, покрывшись пятнами пота и грязи и царапинами. Мы стирали нашу одежду для йоги вручную, поэтому вид у нее был тот еще, да и, в любом случае, никто из нас не мог похвастаться йоговскими нарядами, как у Сью-Дзен и Марианн. Их одежда кричала об одном: «Мы в деньгах купаемся».

Я вспомнила о птицах с нижней и верхней ветки, о том, что Индра говорила по поводу потворства прихотям, приносящим удовольствие, вроде молочных коктейлей. Мол, за каждое удовольствие придется испытать столько же боли и отвращения. Я было всерьез задумалась, сколько боли готова испытать в обмен на брючки для йоги, как у Марианн. Но тут мы начали петь Ом.

Ужинаем в «Каса Луна» с Джесс, Джейсоном и Ларой. Придумываем свои бренды йоги. Мы должны их как-то назвать — как угодно, можно даже придумать название, — а потом образно охарактеризовать и описать в нескольких словах.

Сью-Дзен сегодня заявила, что всем нам стоит подумать о том, чтобы создать собственное направление йоги. Например, по ее словам, сейчас очень популярен бренд, который называется дога, йога для дога (ну, то есть для собаки). Еще она утверждает, что со временем будет появляться все больше и больше брендов и в конце концов любой сможет найти вид йоги для себя, чем бы ему ни захотелось заняться. Поэтому, чем раньше мы отхватим себе какое-нибудь направление, тем лучше.

За ужином было много разговоров про эту догу. Лара пришла в ярость и, кажется, возненавидела Сью-Дзен за то, что та подняла эту тему.

— Знаете, это уж слишком, — фыркнула она. — Уверена, она — замечательный человек, но именно из-за таких, как Сью-Дзен, сама суть йоги извращается! Дога? Что за бред? Вот именно этим все в Лондоне и занимаются — водят своих породистых собачек в дорогущие дога-студии, как будто им нужна йога. Что дальше? Йога для попугайчиков? По-пога?

Джейсон уставился в тарелку, подбирая остатки риса кусочком хлеба.

— А мне кажется, нет ничего плохого в том, чтобы твоя собачка занималась йогой.

— Все зависит от того, что ты понимаешь под словом «плохо», — сказала я.

— Джейсон, люди делают это только для того, чтобы срубить бабла!

— Да, но что, если маленьким собачкам нравится заниматься йогой?

Лара покачала головой и достала блокнот.

Теперь мы сидим и пишем про наши занятия. Я решила назвать свой бренд «Йога для обретения целостности». Это йога, которая помогает обрести целостность. Ведь все мы ощущаем, что чего-то не хватает, потому что живем вдали от друзей и родных или просто давно утратили способность чувствовать, что тело и душа — это одно и то же. Вот в чем моя идея. Итак, йога для обретения целостности.

Как описать это направление? Это йога единства. Неразделимости. Завершенности.

А образ… Хм… Даже не знаю. Что-нибудь цельное.

Может, я сама буду символом своей йоги? Я в позе горы. Ведь это очень целостная поза. На мне длинные узкие черные брючки. Они очень стройнят. Красивые черные кожаные туфли с острыми носами. И черная рубашка с накрахмаленным воротником. А под мышкой, чтобы разбавить эту картину небольшим цветовым пятном, — фисташково-зеленая сумка «Прада», настоящая. Никаких поддельных сумок в моей йогической картине мира! Да, именно этого не хватало моему образу. Теперь он выглядит абсолютно целостным! Поняли? Вот она — йога для обретения целостности.

Только что поделилась со всеми своими мыслями, и ребята подтвердили — моя идея очень оригинальна. Но… может быть, не стоит рассказывать о ней завтра в классе?

— Хотя Сью-Дзен она, безусловно, понравится, — добавила Лара. — Если только она еще не запатентовала собственный бренд йоги — йога с сумкой «Прада». Нет, дога с сумкой «Прада».

А знаете, я, конечно, Ларе возражать не стала, но сама не вижу ничего плохого в том, чтобы собаки занимались йогой. Вот, к примеру, этим бешеным собакам с Бали точно не помешало бы немного йогического спокойствия. Но главное, что, согласно йоговским законам, мы должны заботиться о братьях наших меньших, ведь всех нас в следующей жизни ждет перерождение. Никто, конечно, точно не знает, ждет или не ждет, но допустим, это так. И о собаках нужно заботиться как следует, потому что в один прекрасный день… ну, понимаете… сами можем стать собаками.

Так что дога, в общем-то, довольно эгоистическое занятие. Эгоистическое занятие для стремящихся к просветлению.

Сегодня Индра пришла на занятие совершенно преобразившейся. Ее светлые волосы заплели во множество крошечных французских косичек, и на конце каждой — бусинка. Эти бусинки побрякивают каждый раз, когда она мотает головой. А между косами видна белая кожа.

Теперь, когда она приходит в вантилан, то сразу направляется к Марианн и Сью-Дзен, здоровается с ними, а потом они болтают. Остальные тем временем двигают инструменты и раскладывают коврики кружком для приветствия.

Мы, конечно, перемываем косточки Марианн и Сью-Дзен. Но по-йоговски. Потому что они сами виноваты: как сказала Марси, они — «расстроенная струна в нашем слаженном оркестре». А все дело в том, как они поют Ом.

Видите ли, наша группа нашла свое звучание Ом. Нет, серьезно: мы поем этот Ом, как хор мальчиков-зайчиков. Вот уже несколько недель каждое занятие начинается и заканчивается троекратным повторением Ом. За это время мы научились слушать друг друга и подстраиваться под общее пение так, что наша раскатистая и звучная мантра взлетает под потолок, словно голос самой Неразделимой Истины. Наш Ом так вибрирует, что способен произвести на свет новую вселенную. Это действительно звук, с которого все началось.

Причем никто ни о чем не договаривался — просто однажды у нас родился этот прекрасный звук. А потом явились Марианн со Сью-Дзен. Как верно заметила Марси сегодня за обедом, «кажется, они ничего не понимают. Не хочу строить из себя великого йога, ведь каждый поет Ом по-своему, но эти две, похоже, вообще не в теме корневых звуков».

Я сама не в теме корневых звуков, но Ом Сью-Дзен и Марианн звучит так, будто они пытаются петь и одновременно сморкаются. Этот очень резкий, гнусавый звук мы теперь слышим дважды в день, в начале и конце занятия. Марси утверждает, что они слишком утрированно произносят корневые звуки. Корневые звуки — это три звука в составе Ом. Если медленно проговорить «Ом», можно заметить, что мантра состоит из А, которое медленно переходит в У, а У постепенно переходит в М. Марси говорит, что именно поэтому некоторые пишут этот звук как АУМ.