Чтение онлайн

– Володинька, ты должен был сделать это по крайней мере год назад! Я жду, жду, а ты тянешь! Девушка из хорошей семьи, ты питаешь к ней чувства. Мне, почему-то, кажется, что у тебя к Марине серьёзные намерения, а ты её прячешь от меня.

– Замечательно, тётушка!
– Владимир вскочил из-за рояля и поцеловал её в щёку. - Спасибо,

33

тётушка!
– ещё раз поцеловал.

– Всё разрешилось очень быстро и просто! А он так переживал.
– Обрадовался юноша, и на душе у него стало хорошо и спокойно.

– Тогда мы можем вместе с Мариной приехать к вам на обед в будущую субботу?
– Спросил Владимир.

– Конечно же, Володинька! Конечно!
– улыбнулась Анастасия Михайловна и вышла из гостиной.

– Чувства? А какие чувства я питаю к Марине? Люблю? Может быть... Но только это не любовь, о которой писали Бальзак и Мопассан! Нет у меня сжигающей страсти к Марине. Нет любовных страданий. Всё спокойно, без лишних переживаний. Ну а намерения, о которых говорит Анастасия Михайловна, я о них и не думал, потому что их просто нет, - начал размышлять Владимир, пытаясь разобраться в своих чувствах к Марине.

В субботу Головинский, как всегда, приехал к Игнатьевым с большим букетом цветов.

– Марина, собирайся! Нас ждут!
– с ходу сообщил он девушке.

– Кто ждёт?
– не поняла она.

– Моя тётушка. Она желает познакомиться с тобой! Я получил от Анастасии Михайловны

безумное количество упрёков за то, что скрываю тебя от неё.

Марина застыла на месте. На её лице выражалась растерянность и страх.

– Володя, а может быть в другой раз?
– спросила она нерешительно.

– Какой другой раз, Марина?
– моя тётушка нас ждёт сегодня к обеду.

– Володя, я боюсь! Очень боюсь!
– призналась Марина.

– Кого?

– Её! Анастасию Михайловну! Она у тебя такая... такая..

– Какая такая? Вампир, что-ли?
– начал злиться Владимир.

– Нет не вампир! Она же фабрикантша! Я слышала, что о Дерюгиной говорят "Крепче стали и холоднее льда".

– Марина, я не знаю от кого ты слышала подобные глупости! Едем! Нас ждут!
– почти приказал ей Головинский.

– Поехали.
– Тяжело вздохнула девушка.

Анастасия Михайловна приняла их радушно. Одета она была очень просто, без дорогих украшений.

– Какая вы миленькая, Мариночка! Я теперь понимаю моего племянника. Вы сразу же его покорили!
– с доброй улыбкой сказала Анастасия Михайловна после того, как они сели за стол накрытый на три персоны.

Марина густо покраснела и опустила глаза.

– Точно так же произошло и Алексеем Ивановичем Дерюгиным. Когда он увидел меня, то сразу же влюбился без памяти. А я смотрела на него и ничего особого не замечала.

34

Мужчина обыкновенный, внешность непримечательная, но когда Дерюгин заговорил со мной... Боже мой, я была околдована им! Какой блестящий ум! Какой прекрасный собеседник! Человек с глубокими познаниями в литературе, изобразительном искусстве, металлургии, судоходстве... Через несколько дней после нашего знакомства он предложил мне руку и сердце. Я, не задумываясь, приняла его предложение. Любила его безумно!

Марина уже с восторгом смотрела на Анастасию Михайловну. Её откровенность и простота в общении мгновенно покорили девушку.

Владимир тоже сидел с открытым ртом.

– Сколько лет близко знаю тётушку, а она мне никогда этого не рассказывала!
– размышлял он.

– Вы, Мариночка, учитесь на Бестужевских курсах?
– спросила Анастасия Михайловна.

– Да. Мне очень нравится, но, честно сказать, пока науки даются не очень легко.
– Призналась девушка.

– Это ничего! Для этого они есть науки, чтобы их "грызть"!
– пошутила тётушка, - самое главное, что вам, Мариночка, нравится.

– А вы, Анастасия Михайловна, где учились?
– спросила осмелевшая Марина,

– Алексей Иванович, нанимал для меня лучших педагогов по истории, литературе, иностранным языкам, философии. Мне, тоже, нравилось учиться.

– А как же вы управляете своими заводами? Для этого же недостаточно знать историю и философию.
– Марина была очарована своей собеседницей.

– Когда Алексей Иванович тяжело заболел, он сказал мне : "Настюша, если я умру, то мои конкуренты украдут дело всей моей жизни. Обидно будет.. Ты должна быть готова, чтобы его продолжить. Я прошу тебя об этом!" Я согласилась. Два года, до самой своей смерти, Алексей Иванович учил меня как управлять его делами. Со мной занимались экономисты, бухгалтеры, инженеры- судостроители, инженеры металлурги. Его смерть была самым сильным ударом для меня. Я думала, что не выдержу. Думала, что сойду с ума. Нет! Выдержала! Выдержала и утёрла нос всем моим конкурентам, - спокойно рассказывала Анастасия Михайловна.

– Ох и тётушка! Надо же! Я и не знал!
– не переставал удивляться Владимир, слушая её.

После обеда, когда они прощались, Марина поцеловала Анастасию Михайловну в щёку и прошептала ей на ухо:

– Я восхищена вами! Я, честное слово, влюбилась в вас! Я тоже хочу стать такой независимой и сильной личностью, как вы, Анастасия Михайловна!

Часть своего летнего отпуска Владимир провёл в родительском доме, а другую - на даче Игнатьевых в Паланге.

Какое это было замечательное время! Они с Мариной гуляли по красивым песчаным

35

пляжам, катались на лодке, любовались невероятно красивыми закатами солнца и целовались под луной.

Тридцатого августа 1913 года Головинский поднимался по левой (корнетской!) лестнице в расположение эскадрона.

– Как быстро закончился отпуск! Быстро и, как всегда, неожиданно,- размышлял Владимир.

Вдруг с площадки правой ( для младшекурсников) лестницы до него донёсся знакомый голос Бориса Манвелова:

– Молодой, стоять! Прэдставиться!

– Кому представиться?
– раздалось удивлённо.

Головинский поставил свои вещи на пол и незаметно высунулся из-за колонны.

На лестничной площадке перед Манвеловым стоял щуплый ушастый юноша в форме Московского кадетского корпуса.

– Как кому?
– "Подкова" сделал возмущённо-обиженное лицо, - мне - "благородному корнэту"!

– Так ты не корнет, а юнкер второго курса!
– упорствовал ушастый.

– Я - "благородный корнэт"! А ты - "звэрь"! "Скиф"! "Сармат"!
– уже всерьёз рассердился Манвелов.
– Повторить, "звэрь"!