Чтение онлайн

Девочка закусила нижнюю губу. А затем произнесла:

— Я вижу людей не так, как многие. Я словно вижу их души. Поэтому матушка и не хотела, чтобы я это говорила. В такое трудно поверить, и кажется, что…

Я воровато осмотрелся по сторонам, а затем повернулся к воспитаннице и, понизив голос, произнес:

— В этом нет ничего страшного или ненормального. Я тоже могу видеть души людей.

Девочка неуверенно улыбнулась:

— Я знаю. Вы светлый человек, и пытаетесь наставлять людей, которые сбились с пути.

Боковым зрением я заметил, как сидевшая за рулем Виктория словно бы съежилась, пытаясь показаться меньше.

— Но я вижу людей не так, как вы, — с грустью покачала головой Анечка. — Их словно окружает сила. Светлая или темная. Эти «идеальные» люди были темными. Такими…

Она замялась, а затем пояснила:

— Словно бы вязкими. Хотя пытались казаться открытыми и расположить к себе. Поэтому я не поверила, что они слуги Высшего. И что Высший помог им стать совершенными. Внутри они были словно сама тьма. Я говорила про это Саше, но он мне не верил. Считал, что я просто завидую, что ему позволяют стать частью этого общества. А меня они посчитали недостойной.

— Он ошибался. Это печально.

Девочка вздохнула:

— А еще, иногда мне чудится, что я слышу голоса умерших. Матушка говорит, что это дар, которым меня наделила святая Катерина. Но я считаю это наказанием, которое дал мне Высший за грехи.

— Слышишь мертвых? — поразился я, и девочка кивнула:

— Шепотки. Едва слышные, неразборчивые. А если помолиться святой Катерине, то можно послушать нужного тебе человека.

— Вот оно что, — протянул я и осторожно коснулся плетения «мастера-анатома». Но к моему удивлению мозг девочки был чист. Без пятен, которые бы указывали на поражения. Выходило, что девочка говорила правду. А вот «астрального двойника» у Анечки не было. И от этого я впал в ступор. Потому что такое на моей практике было впервые. Пришлось даже активировать плетение спокойствия, чтобы продолжить разговор.

— И что этот голос тебе поведал о «Теплом слове»? — уточнил я, когда отошел от шока.

— Что они плохие люди. Сектанты, которые развращены и поклоняются покровительнице удовольствий. А еще, что он погубил свою душу, поверив лжи проповедников.

— Бойтесь лжепророков, ибо они волки в овечьих шкурах, — протянул я. — Он назвал кого-нибудь, кто был в этом «Теплом Слове»? Того, кого можно допросить?

— Я знаю, что наставником у них был какой-то жрец Синода, — ответила Анечка. — Саша звал его мастер Иаков. Но он не самый главный в их храме. Организацией управляют совсем другие люди.

— Какие? — осторожно уточнил я.

Девочка покачала головой:

— Этого он не знал. Он сказал, что в «Теплое Слово» входят очень большие люди. Но руководит всем кто-то чужой. Из самой Европы.

— Вот как, — пробормотал я и задумчиво потер ладонью подбородок. А затем произнес:

— Спасибо. Ты очень нам помогла.

— Я очень надеюсь, что я ошиблась и Саша жив, — горячо произнесла Анечка. — Но…

— С ним все будет хорошо, — постарался успокоить я девочку, прекрасно понимая, что эта чудная воспитанница приюта, сидевшая на заднем сиденье машины, совершенно права по поводу Серова.

Аня с грустью улыбнулась:

— Вы сами в это не верите, — произнесла она. — Вы знаете, что Саша умер. Теперь и я это знаю наверняка. И умоляю вас: найдите этих сектантов быстрее. Пока они не убили тела и души еще множества людей.

Она открыла дверь, вышла из машины и направилась к стене храма, оставив нас с Викторией обдумывать услышанное.

— Интересные таланты у этой Анечки, — произнёс я, как только воспитанница скрылась из виду.

— Очень уж чудно и неубедительно это все звучит, — с сомнением произнесла Муромцева, но я покачал головой:

— Я душеправ, Виктория Ильинична. И проверил девочку способностью. Ее мозг не поражен болезнью. И она не лжет.

Муромцева удивленно подняла брови и повернулась ко мне:

— Вы хотите сказать, что она реально слышит мертвых? Буквально? Это не галлюцинации и не ее фантазии?

— Считаете такое невозможным? — уточнил я, вспоминая про наш недавний разговор с Беловым.

К моему удивлению, секретарь покачала головой:

— Как я уже говорила, мне довелось повидать много всякого, что сложно объяснить. Поэтому верю, что в теории такое может существовать. Но на практике… Мне сложно принимать всерьез сказки девчушки, которая не видела мира и лишь изредка выходила из приюта. Не удивлюсь, если она придумала эти самые голоса и в них поверила.

— Вы рациональный человек, Виктория Ильинична, — не стал спорить я.

Муромцева замолчала. Завела двигатель и буднично уточнила:

— Куда едем?

— Домой, — ответил я, откинувшись на спинку сиденья. И авто выехало на дорогу.

Я смотрел в окно, раздумывая, стоит ли делиться с Викторией информацией про то, что у Анечки нет астрального двойника? Братство может придумать, как использовать эту уникальную особенность воспитанницы. Поэтому немного поразмыслив, я решил Анечку не подставлять. Неспроста мать-настоятельница не выдает талантов девочки. Наверное, тоже понимает, что прознай про то жрецы, то не поверят в ее дар и бедняжку заберут в дом скудоумия. А куда хуже будет, если поверят. И решат испытать девчонку на ересь. Не все взрослые переживают такие обвинения. Что уж говорить о ребенке. Я покосился на сидящую за рулем девушку, радуясь, что она не может читать мои мысли.

— Выходит, один из ключевых постов в этой секте занимает жрец Синода?

Голос Муромцевой вырвал меня из раздумий. И я ответил:

— Скорее всего, так и есть. И нам нужно его найти. Потому что это единственный, кто может привести нас к отступникам.

В кармане зазвонил телефон. Взглянул на экран, на котором высвечивался номер Круглова.

— Здравы будьте, Василий Михайлович, — послышался из динамика голос Виктора. — Мы проверили квартиру, адрес которой мне передала Муромцева.

— Удалось что-нибудь найти? — с надеждой уточнил я.

— В квартире никто не живет. Она заброшена уже некоторое время. За ней несколько дней понаблюдают. Но правда, я не думаю, что это что-то даст. Но версия хорошая.

Стало грустно от мысли, что Круглов пытается меня подбодрить. Но на самом деле силы организации были потрачены впустую. И добытая информация ничего не стоила.

— Подростка ищут?

— Ищут, мастер Юсупов, — заверил меня Круглов. — Но…

Он не договорил, но и без слов было понятно, что пропавшего воспитанника вряд ли найдут. Поэтому произнес: