Чтение онлайн

— Да, было бы немного странно, если бы народ сбегался на пристань посмотреть на очередную кистепёрую рыбу или «длинношеюю Бетти».

Кстати, «длинношеяя Бетти» — это прозвище местной хищной твари. Точнее, — ящера, который водится в прибрежных водах. Я таких встречал ещё десять лет назад, когда ходил в экспедицию с Джеком Чамберсом. Довелось видеть, как эти твари охотятся на тюленей. Правда, последние два года, ящеры встречаются всё реже и реже. Видимо каким-то разумом эти твари всё-же обладают и понимают, что с этими двуногими лучше не связываться. Моряки с транспортников рассказывали, что их часто видят к западу от форта Ли. Вид у этих тварей, — как бы помягче выразиться, — соответствующий. Длинная шея, увенчанная маленькой треугольной головой. Острые зубы. Мощная тушка, размером до десяти метров. Задние плавники, похожи на тюленьи ласты. Передние — мясистые плавники треугольной формы. Как у старосветской акулы. Всё тело покрыто толстой, шершавой кожей, стального цвета. Очень толстая шкура. Даже кинжалом не пробить. Кстати, один раз в год, эти ящеры сбрасывают часть своей кожи. Да, как змеи. Их обрывки часто выбрасывает на берег.

— Именно так, Карим. Как будто мы мало их съели. И знаешь, что эти поселенцы мне заявили перед уходом?

— Что они надеялись на мир полный приключений, а получили сухую и пыльную землю. В общем, — ребята посмотрели на Новый мир и разочаровались.

— Да, нечто похожее.

— Они не первые и не последние, — усмехнулся я, — кто приходит в этот мир, как в игру.

Да, это на самом деле так! Мне иногда кажется, что новички перебравшись в Новый мир, надеются на какую-то неизведанную и сказочную страну. Где золото валяется прямо под ногами, а загорелые красавицы (с пышным бюстом и осиной талией), гроздьями вешаются мужикам на шею. И работать совсем не надо, и потом здесь не воняет. Этим грешат все, даже взрослые мужчины. Особенно, когда узнают про денежные премии за убитых бандитов, то многим сносит голову. Каждый второй переселенец, у которого в багаже больше одного дробовика, считает себя круче вареного яйца и твёрже грецкого ореха. Просто Малыш Джонни [2] в миниатюре! Я серьёзно! Иногда смешно наблюдать, как взрослый мужик строит из себя супер-героя, ожидая любовных романов, перестрелок, трофеев и толстых пачек экю. Вместо этого, он получает жару, закипевший радиатор в машине, красную пыль, местных ползучих гадов и в худшем случае — пулю в живот. И ползает, вот такой «герой» рядом со своим джипом, оставляя на земле пятна крови, над которыми собираются кровососущие насекомые. Потом он тихо умирает, с удивлённым и обиженным выражением на лице. Как же так?! Ведь это я?! Я должен убивать всех этих бандитов! Я должен собирать трофеи! Дьявольщина… Если бы каждый переселенец убивал хотя бы двух местных головорезов, то уже через неделю, ни одного бандита не осталось.

— Помню, что один охотник, который в Старом свете охотился на уток, пришёл в Новый мир. Осмотрелся, выпил кружку пива и ему, совершенно неожиданно, пришла в голову идея. Он даже решил, что это «гениальная» идея, — продолжил я. — Наверное солнцем напекло.

— Что он сделал?

— Ничего, что можно назвать «умным решением». Он решил стать, — я сделал небольшую паузу и даже палец поднял. С назидательным видом и серьёзным выражением на лице, — Он решил стать… Охотником за головами!

— Даже так? — Васкес кивнул, не переставая считать деньги. — И чем дело закончилось? Как обычно бывает с такими парнями? Его пристрелили?

— Можно сказать, что ему повезло. В первой же переделке прострелили ногу. Потом он долго болтался в госпитале и сокрушался, что в него «посмели» выстрелить. Видимо, он ожидал безобидной охоты на двуногих. Теперь он работает в порту на погрузчике. Ничего не поделаешь, Васкес. Люди приходят в этот мир, но не понимают, что он ничем не отличается от Африки или Гвианы. Или портовых трущоб где-нибудь на побережье Средиземного моря. Или ещё какой-нибудь задницы старого мира. Ладно, это всё мелочи. Меня никто не искал?

— Да, искал. Сестра и этот гринго. Тот самый, который приходил утром.

— Что сестра искала, это понятно. Что американец? Он не сказал где его найти?

— Обещал, что сам заглянет. Если, — как он выразился — мистер Карим опять не ускачет за очередной юбкой. Видимо он хорошо тебя знает? — подмигнул мне Керро.

— Видимо, он плохо меня знает, — парировал в ответ я. — Между прочим, я стал до ужаса постоянен. И в отличии от вас, сеньор Васкес, не бегаю за каждой юбкой. Даже сам порой удивляюсь. Ничего не поделаешь, — старость не за горами. Видимо этот гринго не знает о настоящих героях Виго! Тех, которые вечно бегают «тут, неподалёку», чтобы «извини, немного задержаться».

Отомстив таким образом Керро, я дождался пока он закроет дневную выручку в сейф и проводил его к выходу. Васкес махнул на прощанье своей, вечно помятой шляпой, немного подумал, раскачиваясь на каблуках и решительно свернул в сторону харчевни. Я даже головой покачал — этот парень неисправим.

Мне надо было сесть и спокойно подумать. Ситуация, что и говорить, не самая весёлая. Жаль, что Майкл куда-то исчез. Было бы неплохо с ним посоветоваться.

— Карим! — на пороге мастерской стояла моя сестра.

Господи! Я чуть за пистолетом не дёрнулся, когда её увидел. Судите сами — в халате, а на лицо нанесена маска. Ну, вы знаете — косметическая. Для кожи. Что-то белое. Не самый лучший вид, для вечернего визита.

— Что случилось?

— Нет, ничего не случилось, — сухо ответила Эльмира и поджала губы, — если не считать моего брата, который стал меня избегать.

— Сестрёнка, — я поморщился.

Меньше всего хотел бы вести эти занудные разговоры, выслушивая её желания и чаяния.

— Что?!

— Давай поговорим завтра, хорошо? Поверь, мне сейчас не до разговоров о семейном счастье, детях и всём прочем.

— Когда у тебя появится время, тебе стукнет пятьдесят.

— Хоть девяносто…

— Кстати, — сестра сдаваться не собиралась, — что ты собираешься делать с Матео?

— А что я с ним должен делать? — удивился я. — Вот выйдет его мать из больницы и парень отправится домой.

— Во-первых, — начала она, — ты поселил его в подсобке.

— И что? Керро сам там ночует. Иногда.

— Когда напивается, как свинья. Ребёнку там не место.

— Согласен.

— Я переселила мальчика наверх. Пусть временно поживет в твоей гостиной. Диван там гораздо удобнее, чем этот продавленный лежак, провонявший перегаром.

— Согласен.

— И перестаньте кормить всякой дрянью из харчевни. Не надо портить ребенку желудок.

— Согласен.

— Пока я здесь, он будет питаться вместе с нами.

— Ради бога. Я не против.

— Ещё бы ты был против, — фыркнула Эльмира. — Кстати, почему ты не познакомил меня с Беатриче?

— Всему свое время

— Боюсь, что твоё время прошло! — Эльмиру было уже не остановить. — Ещё со времён той парижской дамоч… Ой… Извини, Карим! Я не хотела…

Она осеклась. Сразу. Даже голос стал другим. И куда-то только исчезли эти визгливые нотки, которые всегда меня раздражали? Я повернулся и прищурившись посмотрел на неё.

— Пошла наверх, женщина, — тихо сказал я. — И чтобы до утра тебя слышно не было…

— Карим, мне это не нравится.

— Можно подумать, что я обрадовался,

Мы сидели у меня в мастерской и разговаривали. Майкл Беннет объявился через час, после ухода сестры. Он долго стучал в дверь, пока я не услышал и не открыл. Я, даже не раздумывая, вывалил на оружейника всю информацию, которую узнал. Это не тот случай, чтобы мудро отмалчиваться. И ещё — мне надо было с кем-то поделиться возникшей проблемой. Увы, но больше поговорить не с кем. Поль Нардин — далеко. Керро Васкес, несмотря на все его положительные качества — размазня. Сестра? Увольте от этой радости… Беатриче? Да, ей расскажу. Но она женщина и кроме советов (пусть и очень разумных), ничего не дождёшься. А мне нужен не только совет. Нужен человек, который, если возникнет такая нужда, сможет прикрыть близких мне людей, пока я буду разбираться с этой ситуацией. И приезд Майкла Беннета очень кстати.