Чтение онлайн

Как правило, при похищении людей (если обмен без посредников), выкуп забирают как можно ближе к территории базирования банды. В нашем случае, это скорее всего Джохар-юрт. Конечно, так далеко мы не заберёмся, поэтому расчёт, (как мне кажется), будет произведён где-нибудь в районе Новой Одессы, на территории Московского протектората. Указанный в письме Билокси, это так — контрольная точка.

Новая Одесса… Это не очень хорошо. По рассказам Нардина, в этом регионе сложная ситуация. Демидовские отбиваются от мусульман как могут, а их соседи — Московский протекторат, лишь изображает бурную деятельность, потакая политике Ордена и заигрывая с чеченцами. Они в Москве чувствуют себя как дома и наглеют не по дням, а по часам.

— Скоро это закончится, — покачал головой Поль. — Русские медленно запрягают, но очень быстро ездят. Когда им надоест смотреть на этих московских толстосумов, наживающихся на крови, то они выпустят им кишки.

— Совсем как у нас, сэр, — прогудел Майкл, когда мы подъезжали к форту. — Мы говорим с европейцами на одном языке, но никогда не упустим случай насолить друг-другу. Эти придурки играют в опасные игры.

— Тут немного другое, — покачал головой Поль.

— Если начнётся война, то мы не доедем, — сказал я и выругался. — А время поджимает. Скоро сезон дождей и жизнь остановится.

— Вполне может быть. Придётся вспомнить молодость. Помнишь Гвиану? Тропические ливни?

— Ну её к дьяволу, — пробурчал я и выбросил недокуренную сигарету в окно.

Гвиану, чёрт бы её побрал, захочешь не забудешь. Иногда она мне снится, а я не люблю такие сны. Уж лучше Париж. Хотя, нет, Париж тоже не надо. Тогда становится совсем хреново.

Вскоре показался блокпост, прикрывающий западную часть форта и разговор оборвался. Впереди нас показалась ещё одна колонна из десяти, тяжело нагруженных машин. Грузовики шли под усиленной охраной. Кстати, по слухам, которые доносились в нашу провинцию, неподалёку начали возводить исследовательский центр. На острове, который расположился к югу от форта Линкольн. Уже прошло два года, как Орден застолбил эту территорию и объявил остров закрытой зоной. Народ спокойно принял эту новость. Земли здесь много и если Орденские мальчики решили построить отдельную песочницу, для взрослых мальчиков, то в этом нет ничего плохого. Каждый живёт как хочет.

Мы прошли стандартную проверку на блокпосте и обогнав колонну грузовиков, въехали на территорию форта.

— Что это здесь происходит? — удивлённо хмыкнул Майкл.

— Сто лет ничего подобного не видел, — покрутил головой я. — но это похоже на обычную забастовку…

— Докеров, — кивнул Поль. — Но тут немного другое.

— Судя по всему, это подтянулись наши мальчики из Техаса.

— Зачем? — спросил я.

— Чтобы объяснить, местным властям, правила ведения бизнеса.

Вот оно что! Давно назревало. Жители Техаса не дураки и давно разобрались в местной географии. Если чеченцы разобьют Демидовских, то эти «дикие» банды хлынут на земли Конфедератов и Техаса. Сражаться у себя дома, с этими полудикими племенами никому не хотелось. Так как Орден продолжал (это не было большим секретом) торговать с чеченцами, поставляя им оружие и прочие, необходимые для ведения военных действий, товары, то и техасцы внесли свои «поправки» в эту торговлю.

Техас заявил, что «любой груз следующий через их территорию будет досматриваться. Если возникнет подозрение, что товар может нанести вред безопасности, его конфискуют». Это значит, что в лучшем случае, колонну отправят обратно. В худшем — уничтожат.

Конечно, Ордену это не понравилось. Они пытался надавить, но техасцы, (в своих лучших традициях), пожали плечами и сказали, что: «хорошо, пусть идут ваши конвои. Не смеем препятствовать, но предупреждаем, что Техас не будет нести ответственность, за безопасность прохождения колонн…».

Руководство Ордена было недовольно и даже обещали посылать конвои под усиленной охраной военных. Техасцы хмыкнули и милостиво предложили «испробовать». При этом, ненавязчиво «продемонстрировали» свой арсенал, который, даже при большом желании, скромным не назовешь.

Как рассказал Поль, в одной местной газете, даже карикатуру разместили. Орден был изображён в виде дяди Сэма, который грозит техасцу (изображённому в классическом образе деревенщины). Эдакий увалень, с соломой застрявшей в волосах. Правда, эта «деревенщина в широкополой шляпе», демонстративно держит руки на револьверах и при этом довольно ухмыляется: «Места, мол, здесь дикие, всякое в дороге может случиться. Был конвой и вдруг — ба-бах и нет конвоя». Дикие здесь места. Дикие…

Так здесь и случилось. Правда не с сухопутным конвоем, а с грузовым судном, которое бросило якорь для разгрузки-погрузки. Докерам не понравился какой-то груз и они шепнули своим знакомым. Те, в свою очередь, шепнули на телеграф. А потом, совершенно неожиданно, объявились гости с соседней территории, в количестве ста человек и транспорт задержался в порту.

Нет, никакой стрельбы не было. Зачем? Просто вся команда, (кроме двух вахтенных и старшего помощника), сошла на берег, чтобы выпить в местном кабачке и вдруг испарилась. Техасцы, которые встали лагерем на окраине Линкольна, ненавязчиво интересовались адресом доставки подозрительного груза. Начальник порта срывал голос, требуя вернуть команду, но парни только пожимали плечами и ухмылялись. Мол, — где мы и где ваши водоплавающие?! В глаза не видели! Военные, охранявшие порт, предпочитали с ними не связываться и держались подальше.

Таким образом, Линкольн, превратился в растревоженный пчелиный улей. Так как наши интересы находились западнее, мы, не засиживаясь, отправились дальше. Заправились под завязку, переночевали и уехали.

— Никаких машин, где были бы дети, — доложил Беннет, садясь утром в машину, — за последние две недели в Линкольн не приходило. Так утверждает начальником охраны форта.

— Он уверен? — спросил Поль, выруливая на дорогу.

— Да, — подтвердил Майкл. — Они обращают внимания на такие вещи. При малейшем подозрении, завернут всю компанию и посадят под арест, «до выяснения».

— Значит ушли в саванну, — предположил Нардин и вытащил из кармана пачку сигарет. Щелкнула зажигалка. Он глубоко затянулся, поморщился от попавшего в глаза дыма и продолжил. — Или их подобрало какое-нибудь судно на побережье. Их здесь столько ходит, что за каждым бортом не уследишь.

— А машины?

— Машины могли и спрятать. В этих краях много пещер. Бывал я здесь… с Чамберсом.

— Добром это не кончится, — покачал головой Майкл, когда мы покидали Линкольн. Он хмуро проводил взглядом замершее на приколе грузовое судно, потом посмотрел на какую-то, пришвартованную у причала яхту и неожиданно улыбнулся.

— Знакомых увидел? — спросил я.

— Нет, — ответил Беннет, — просто мечтаю. Когда-нибудь, когда мне надоест колесить по этим пыльным дорогам и ловить разную падаль, закрою свой бизнес и переселюсь поближе к морю. Куплю домик на побережье, какую-нибудь парусную посудину и буду коротать дни за ловлей рыбы.

— Демидов, — кивнул Поль, — когда мы с ним познакомились, тоже про лодку мечтал. С па-а-арусом. И ты туда же? Будешь сидеть на яхте и писать мемуары?

— Ничего ты не понимаешь, Поль! Пройдёт лет десять и вы с Каримом тоже устанете от дорог. Будете приезжать ко мне в гости. Представляете, парни, как это будет здорово? Эх, я сам себе завидую, как это будет прекрасно! — Майкл скрестил руки на затылке и даже глаза закрыл от удовольствия. — Дожить бы до этого времени! Представляете? Море, парусная яхта и тишина. Свежий ветер! Ни тебе пыли, ни тебе стрельбы… Знай, сиди и лови рыбу.

— И через два месяца ты умрёшь от скуки, — хмыкнул я. — Начнёшь бурчать и доставать свою жену придирками: «Опять ты мне эту икру поставила?»

— Что? — не понял Майкл. — Какую икру?

— Не обращай внимания, — подал голос Нардин, — наш Карим, это ходячий сборник цитат. Это фраза из одного русского фильма. У него на любую ситуацию найдётся десяток фраз и изречений.

— Хм… Икра, — задумался техасец. — Икра тоже не плохо. Вкусно и полезно.