За гранью Разлома
Шрифт:
— Всё хорошо.
Макс отвернулся.
Громоздким тёмным пятном посреди поселения распласталось двухэтажное сооружение. Первый этаж кирпичный, второй и надстройки на абсолютно плоской крыше — из дерева. Неестественный прямоугольник без окон и видимых дверей, окружённый соснами, казался чернильным пятном на картине, грубой заплаткой на платье из нежной ткани, бурой коровой в стаде белых овец. В небольшом отдалении от сооружения расположились простые домики, маленькие, но стоящие совсем не плотно. Вслед за Мишей направляясь к одному из них, Макс заметил собачью конуру, клетку с курами, парочку крытых теплиц. Поселение на берегу Камы не могло позволить себе содержать животных, здесь же места было достаточно. Оставалось только порадоваться, что Миша выбрал верную тропу: им не пришлось обходить всю эту территорию.
Улицы пустовали.
— Где все люди? — спросил Чтец, и Бессмертный беззаботно пожал плечами.
— Здесь почти все живут ночью.
Окна и ставни домов в большинстве своём были заперты, но дом, к которому подошёл Миша, оказался распахнут навстречу гостям. Несколько раз ударив в стенку кулаком, Бессмертный негромко позвал:
— Ваня! — и почти сразу услышал ворчливый ответ:
— Да иду я, не барабань.
Шаги неизвестного сопровождались тяжёлым деревянным стуком. Макс отступил в сторону, ожидая увидеть пожилого инвалида, но из двери вывалился не искалеченный старик, а самый настоящий пират лет сорока. Деревянная нога в самом деле была ему коротка, а кудрявая рыжая борода торчала в стороны кусками медной проволоки. Левый глаз пирата скрывала чёрная повязка, а правый, голубой и ясный, сиял с насмешливым задором. Сморщенная под повязкой кожа выдавала старый ожёг.
— Что, явился? — Голос бывшего охотника оказался низким и звучным: Максу хотелось бы, чтобы он говорил немного тише. — А это кто? Ты что, всё-таки выкинул ту котяру?
— Мы теперь работаем вместе, — уклончиво отозвался Миша, скидывая со спины рюкзак. — Та котяра передала тебе пирожков.
Он вытащил и передал пирату свёрток. Ваня принял его с большой осторожностью.
— С творогом.
— Спасибо, что ли, — проворчал одноногий. — Что она у тебя, больше не бросается ножами?
Бессмертный помрачнел.
— Ничего не изменилось с прошлого раза. Она почти не выходит.
Пират вздохнул и бережно переложил свёрток в другую руку.
— И чёрт с ней. Ну, проходите, что ли. — Он наконец-таки повернулся к Максу. — А ты не смотри с такой кислой рожей. Как тебя звать-то? Я Ваня.
— Меня зовут Саша.
Единственный глаз Вани сощурился.
— Тоже охотник?
Макс ответил оценивающим взглядом.
— Тоже. Как и ты, насколько я слышал. Можно узнать, кто ты?
Глаз сощурился ещё сильнее.
— Нет.
— Почему?
— Потому что я был настоящей, чтоб её, легендой. Моё имя по радио с придыханием говорили. Я снился Кровавым в кошмарах. А теперь, значит… — Ваня с чувством топнул деревянной ногой о крыльцо.
— Ну, это ты врёшь, — добродушно улыбаясь, пожурил его Миша.
— Не вру, а преувеличиваю, — огрызнулся пират. — Да и неважно. Мало кто из наших, кто не по своей воле завязал, говорит о прошлом. Туда уже не вернуться, и ну его к чертям.
Макс недовольно покачал головой. Он не хотел ввязываться в спор и не хотел думать о том, что стало бы с ним, лишись он надежды вернуть свою книгу навсегда.
— Дело твоё.
— Именно, — охотно согласился Ваня и первым двинулся вглубь дома. — Заходите уже, солнце светит — глазам больно. Глазу.
Втроём они выпили мятного чаю с пирожками Миры. Ваня ел и, не скрывая горечи, ругался на «ту депрессивную кошару, которая готовит так вкусно». Слушая его, Макс вдруг вспомнил фирменные ягодные пирожки Беляевых и прикусил кончик языка.
Ему не нравился маленький неприбранный домик Вани. Не нравился большой шкаф с покосившимися дверцами, не нравилось замечать то и дело снующего по углам домового, не нравилось хорошо различимое из окна тёмное закрытого здания без окон и дверей. Макс разглядывал его, почти не слушая торгующихся на фоне Мишу и Ваню. Пират привередливо разглядывал принесённые Бессмертным векселя, проверяли, выспрашивал, а Чтец с тоской вспоминал, сколько его активов сгинуло в сгоревшей машине.
Разговор закончился, чай тоже.
— Что, пойдём? — Ваня опёрся о стол, собираясь вставать.
— Погоди, — остановил его Макс. — Мне говорили, у вас здесь есть повязанные с нечистью. Я могу встретиться с одним из них?
Пират плюхнулся обратно.
— Кто у нас есть?
— Люди, которые могут понимать нечисть.
Ваня ухмыльнулся.
— А, эти… Да, эти у нас есть. Женька экзорцистом работает, катается по поселениям и помогает разбираться со всяческим. Ну и Танька, она тут всегда, но она ночная, спит, наверное, сейчас.
— Возможно ли её разбудить? Мне нужна консультация подобного человека, но мы не сможем остаться здесь на ночь.
— Консультация, говоришь, — фыркнул пират. — Ну, посмотрим, что скажет Танька, если её разбудить для консультации.
Он всё-таки поднялся из-за стола и решительно направился к выходу. Тяжело западая на протез, Ваня хромал в сторону центра поселения. Они прошли мимо сосен, завернули за угол тёмного строения. Оно оказалось ещё больше, чем показалось изначально — будто торговый центр средних размеров. Тут же нашлась и дверь: широкие ворота с маленькой дверцей в одной из створок. Дверца оказалась не заперта.
— Проходите. — Пират пропустил гостей первыми.
За воротами оказались вторые ворота, такие же, но с дверцей в другой стороне. Следуя примеру Миши, Макс остановился, пропуская Ваню вперёд, а тот, убедившись, что первые ворота плотно закрыты, распахнул дверцу вторых.
— Одна не откроется, пока не закрыта вторая, — поведал Ваня. — На вампирах, конечно, ожоги заживают в момент, но, говорят, им под яркие лучи попасть — как нам руку в костёр сунуть.
Никакой охраны здесь не было. Заходя внутрь, Макс ожидал увидеть длинный коридор с множеством дверей, но неожиданно для самого себя оказался на большой площади. Тусклые красноватые лампы кое-как освещали открытое пространство с несколькими небольшими постройками внутри. Потолка между этажами не оказалось, но на разной высоте от земли виднелись широкие балконы.
Площадь была пуста. Приглядевшись, можно было заметить отдельные человеческие фигуры возле строений, но никто никуда не спешил, никто ничего не делал.
— Где они живут?
— В основном ниже, — Пират махнул рукой в сторону одной из стен: Макс не смог понять, куда он указывал, — тут глубоко.
— А газ?
Ваня остановился и смерил Чтеца настороженным взглядом.
— А об этом посторонним знать нечего.
В тишине они продолжили путь к одной из стен. Там оказались двери: Миша зашёл в одну, пират повёл Макса к другой, скрывающей ведущую вверх лестницу. Поднявшись на два пролёта — казалось, подъём с хромым пиратом занял целую вечность, — они остановились у следующей двери: совсем обычной квартирной двери с номером, звонком, глазком и уютным ковриком.