Чтение онлайн

— Хорошо, Мария, только помоги мне сесть.

Служанка подняла подушки, и Сильвии с огромным трудом удалось принять полулежачее положение. Голова кружилась, перед глазами плавали цветные круги, руки тряслись, как у старухи. «Все-таки, жар еще не прошел, и, наверное, не стоило принимать Д’Арси», — вяло подумала Сильвия. Но отказываться уже поздно. Она устало прикрыла глаза и очнулась только от голоса Д’Арси.

— Добрый вечер, сударыня. Как вы себя чувствуете?

Лицо герцога не выражало ничего, кроме некоторой досады. Похоже, он не ожидал увидеть то жалкое зрелище, что предстало перед его глазами.

— Благодарю вас, ваша светлость, уже лучше. Но не настолько хорошо, чтобы принять вас в кабинете. Простите, что приходится делать это в такой обстановке. Садитесь, прошу вас.

Д’Арси молча опустился в кресло.

— Как Патрик? С ним все в порядке?

— Да, с ним все в порядке, насколько это возможно в данной ситуации. Кстати, он снова начал говорить. Это моему сыну удалось разговорить его, они всегда прекрасно ладили с кузеном. Собственно, я и приехал поговорить о Патрике. Но в вашем состоянии… — он посмотрел на Сильвию с таким сомнением, как будто не был уверен, способна ли она воспринять то, что он собирался ей сказать.

— Говорите, сударь, я вас слушаю, — Сильвии не хотелось сейчас ничего, но она понимала, что Д’Арси не приехал бы, если б разговор не был важен.

— Хорошо, — герцог поднялся, и сейчас Сильвии показалось, что разговор также труден для него, как и для нее.

— Сударыня, вы еще молодая и достаточно привлекательная женщина….

Тут Сильвия даже немного обиделась. Разве можно говорить женщине о возрасте и ставить под сомнение ее привлекательность?

— Полагаю, вы не станете уходить в монастырь, закрываться от света, и еще выйдете счастливо замуж.

— Ваша светлость, как вы можете говорить мне о замужестве! Сейчас, когда не прошло и недели со дня смерти Ричарда, — перебила его Сильвия. Присутствие Д’Арси раздражало ее, а его слова просто выводили из себя. Она даже приподнялась на подушках.

— Простите, сударыня, я не хотел вас оскорбить. Конечно, сейчас вы переживаете потерю любимого мужа, но горе скоро пройдет, и вы не станете всю жизнь убиваться по нему. Вы непременно встретите достойного человека, которому захотите составить партию, и тогда Патрик станет для вас помехой! Зачем вам обуза в виде маленького ребенка, ведь у вас еще будут свои дети. А Патрик будет стеснять вас.

Сильвия просто задохнулась от бешенства!

— Да как вы смеете! Почему вы позволяете себе решать за меня, кто мне нужен, а кто нет? Да, у нас с Патриком поначалу не очень складывались отношения, но он сын моего мужа, а значит, как он может мне помешать?

Д’Арси поморщился как от зубной боли. Ему самому уже был неприятен этот разговор.

— Сударыня, я не договорил. Я хочу забрать Патрика к себе. Насовсем. У меня ему будет лучше. В конце концов, он мой племянник, наши дети дружат, и вместе им будет веселее. Но поскольку Патрик является наследником своего отца — юным графом, ему придется хотя бы формально, но подписывать документы, принимать какие-то решения. Обычно этим занимаются опекуны. Я хочу избавить вас от этих хлопот. Для этого вам будет нужно официально отказаться от пасынка.

— Что?! — В глазах у Сильвии потемнело, ей казалось, что она не улавливает смысла слов, сказанных герцогом.

— Вы сошли с ума, сударь? Как вы можете!! Я не стану… Ее речь стала отрывистой, руки беспокойно сжимали и разжимали края одеяла. На лице выступили капли пота, она беспокойно переводила взгляд с герцога на стену.

— Ричард, Ричард, ты слышишь, что он говорит?… Душно… нельзя так…

«Святая Дева, она бредит! Зачем я вообще начал этот разговор, она же не в себе! Если она сошла с ума, Патрика тем более нужно будет забирать».

— Окно…, как душно, — услышал Д’Арси. Он подошел к окну и отодвинул тяжелые занавеси. Уже вечерело, комната стала наполняться прохладой. Герцог хотел позвать служанку, как вдруг заметил совершенно ясный взгляд Сильвии.

— Вы ведь невзлюбили меня с первого взгляда, — вдруг сказала она отчетливо. — С первой минуты, как только Ричард представил нас друг другу. Вы всегда смотрели на меня даже с какой-то брезгливостью. Как будто я назойливая муха, кружащая вокруг вашего друга, и которую противно даже отогнать. Но за что?

Последние слова женщина уже почти прошептала, и Д’Арси наклонился поближе, чтобы услышать, что она говорит. Наклоняясь, он случайно коснулся ее руки и поразился тому, какая она была горячая. «Да у нее жар» — вдруг догадался герцог. «Она не понимает, что говорит. Она никогда бы не сказала мне этого в лицо, просто не посмела бы». Но эти слова задели его. Сильвия металась по кровати и что-то бормотала, но уже было невозможно разобрать, что она говорит. У постели хлопотала верная Мария, почувствовавшая, что ее хозяйке плохо.

— Ваша светлость, прошу вас, уходите. Госпожа не может теперь с вами говорить. Она только сегодня очнулась, и вот опять. Ей нельзя волноваться, врач сказал, что этот жар от переживаний.

Д’Арси был зол сам на себя. Он стремительно вышел из комнаты и так же стремительно покинул замок.

В себя Сильвия снова пришла лишь через два дня. Ослабевшая от высокой температуры, похудевшая, но все же идущая на поправку, она почти постоянно спала, но этот сон уже не был вызван лихорадкой. А когда женщина просыпалась, она старалась не вспоминать о встрече с Д’Арси.

Спустя пять дней после того разговора Сильвия уже стала потихоньку вставать с постели. Погода стояла замечательная, и она по нескольку часов сидела в саду, укрытая пледом, слушала птиц или просто дремала. Иногда камеристка читала ей вслух. Читать самой сил пока не было, да и желания тоже. Д’Арси больше не появлялся, от него не было никаких известий, и Сильвия даже была рада этому. Если вообще можно было назвать эмоциями, то что она испытывала в те дни. Она отдавала слугам какие-то приказания, отвечала на вопросы, сама чем-то интересовалась, но все это словно через толстую корку льда, которой, как ей казалось, была покрыта она сама.

На седьмой день Сильвия как обычно сидела в саду, но мысли ее были далеко-далеко. Вдруг позади нее раздался голос:

— Добрый день, сударыня. — Сильвия вздрогнула и обернулась. За ее спиной стоял Д’Арси. — Простите, я не хотел вас напугать, — сказал он недовольно.

Сильвия молча сидела, отодвинувшись на краешек кресла, как будто ожидая нападения в любой момент. Этот испуг и настороженность были ему неприятны. В конце концов, он же не разбойник какой-нибудь. Сильвия продолжала молчать.