Чтение онлайн

Долго молчал Драгослав, гладя золотые локоны. Не говорила и Агния.

– Что же дальше делать? – первым нарушил молчание царь.

Агния взяла его за руку:

– Отдавать долг Полозу, - прошептала она. – Иначе заберет Полоз и нашу последнюю надежду, - она посмотрела на мужа. – Злата не должна ему достаться.

Драгослав согласно кивнул и поцеловал Агнию в лоб.

– Ради нашей дочери я соберу самое страшное в мире войско, - твердо пообещал он. – Ради нее открою врата в Светомир. Ради Златы я сделаю все, что угодно, - он умолк. – Теперь я понимаю, почему Полоз позволил тебе вернуть мне память. Понимаю, почему Змий явился Злате, - сказал Драгослав тихо.
– Полоз хотел мне показать, что мое ему служение – это последняя надежда моего заблудшего духа, - Драгослав замолчал и покачал головой. – Нет, - сказал он.
– Наше с тобой служение Полозу – последняя надежда для наших мертвых душ, родная.

На следующий день Драгослав приказал Великому Военачальнику Дружины Ворону отправить гонцов на острова и в княжества для набора рекрутов. Царь распорядился и о том, чтобы воинов лучше кормили, тренировали и платили достойное жалование им и их семьям. Такие поручения Ворон всегда выполнял охотно, а люди охотно шли в дружину за хорошее вознаграждение. Благо, слуги Полоза снабжали царскую казну и жемчугом, и драгоценными камнями со дна морского, и солью, и рыбой, и другими богатствами моря. Военному советнику Здебору царь тоже увеличил жалованье, и Здебор позабыл о своих вопросах, почему же убегают новобранцы и бывалые воины. Военный советник, на радостях, заверил Драгослава о том, что, кажется, побеги прекратились.

Еще девять лет назад, в начале своего правления, Драгослав учредил Палату Князей. По началу, в нее входили все князья прибрежных городов, которые могли заметить неладное на том праздновании Солнцеворота. Но, со временем, в Палату вошли и правители других княжеств, которые были в чем-то не согласны с царем. Все члены Палаты получали высокое жалование от короны и дарственные земли. Палата проводила Соборы в Солнцеграде раз в половину года: пышный, торжественный прием в Царском Тереме. На Соборах Палаты Князей присутствовали царские веденеи, казначеи, военный советник и Великий Волхв. Особо важных вопросов на собраниях не решалось, но все князья чувствовали себя крайне необходимыми царю. Они были приближенными к короне, что не могло не сказаться на их отношении к своему правителю. Даже если разногласия и были, то после царских приемов, даров в виде земельных наделов и алмазов, они быстро забывались. На одном из Соборов Палаты Князей Драгослав сообщил печальную весть о том, что находящийся в ссылке Драгомир погиб. Вместе с Драгомиром решила отправиться к Богам вся его семья, следуя традициям, забытым много веков назад: в Сваргорее они бы остались жить в изгнании, в то время как в Ирии их ждала вечная свобода. Весть не опечалила собравшихся князей и веденеев. Мужи только подивились тому, что Драгослав так сердечно поступил: брата в ссылку отправил, а не на виселицу.

Кудеяра, князя Мореграда, Драгослав назначил Ведающем Князем на первом соборе Палаты. Кудеяр стал главным среди приближенных князей: князь Мореграда ближе всех общался с Драгославом и крайне ценил свое положение. Кудеяр происходил из простого люда, был честным и открытым человеком, которого оказалось легко заворожить. Новое положение открыло в Кудеяре неведомые ему самому качества: гордость и тщеславие, которые Драгослав всеми силами поощрял. Поэтому и сейчас Драгослав не упустил случая еще немного повысить Кудеяру жалование, за счет поднятого с морского дна белоснежного жемчуга.

Обратил свое внимание Драгослав и на флот. Все суда надлежало тщательно подготовить к судоходному сезону; проверить и исправить, в случае надобности, боевые орудия. Морским Витязям царь велел крепче заговорить Полозовы суда, дабы те были готовы к волхвовской битве с таинственными рахманами. Заметил Драгослав, как от этого его приказа еще ярче вспыхнул огонь в глазах морских юношей: Полоз был рад тому, что Драгослав исполняет свое Слово. И, хвала Сварогу, Змий больше не являлся Злате. Видать, не сомневался теперь Полоз, что Драгослав будет служить ему преданно.

Полоз наблюдал за миром из глубины своих вод. Наблюдал с помощью Духа своего Наместника Драгослава; наблюдал через капии свои, кои велел Драгославу вознести над остальными Богами. В течение десяти лет Бог морей являлся во снах волхвам Сваргореи. Являлся в облике прекрасного молодого человека с сияющей кожей и зелеными волосами-водорослями. Тихо шептал Полоз о том, что Боги позабыли Свет. Что покинули своих детей, уйдя в свой, лучший, мир. Что Светомир должен отворить свои врата, что людям надобно к родителям подняться. Тихо, вкрадчиво шептал. Поначалу волхвы не помнили своих снов, только неясные чувства в душе оставались. И мудрые волхвы, сами не зная почему, в своих молитвах к Полозу все чаще обращались. Возвышали его капии сами, и огнивицы с Небесным Огнем подле них зажигали. Сквозь божественный огонь Полоз приходил к волхвам и речи сладкие им молвил. Говорил о прекрасных садах, что цветут в Светомире. О заоблачном рае, где смерти нет, и Птицы в том мире не прилетают. Неужели Боги оставили своих детей на земле, а сами в своем божественном раю отдыхают?

Многое молвил Полоз волхвам, а те, позабыв себя, Богу внимали. И теперь, спустя десять лет речей медовых, славили Полоза люди. Видел Змий, что верят ему сварогины. И думал Полоз о том, что, когда откроются Врата в Светомир, Перун спустится на братскую битву. Полоз обязательно победит его, и его, Полозову силу, признают, наконец, остальные Боги. И повернется к нему Отец Сварог. И весь Свет преклонит перед Полозом колени.

Бог морей ведал и о том, что Драгослав бессмертие у него ради Агнии попросит. И тогда Полоз заключит смерть Драгослава там, где ее никто не найдет; Бог морей заключит смерть царя вместе с его золотым Духом человека. Заключит там же, где хоронится и душа его любимицы Агнии. И обретет, наконец, Агния свое счастье. И будут служить Полозу Драгослав и Агния вечно, а их дочь Злата будет трон мирской держать.

И воцарится во всем Свете Полозова власть, и цари других, неведомых, земель сами Полозу с поклоном явятся.

– -

Малуша, укутавшись в теплую шерстяную шаль, которую набросила поверх кроличьей шубки, вела Сбыню вверх по улице, что поднималась меж высоких каменных домов. День перевалил за половину, и стало смеркаться. Улица была безлюдна, и только фонарщик, стоя на лестнице, зажигал фонари.

– Душа моя, зачем же так торопиться? – с трудом переводя дыхание, говорил Сбыня.

– Мы опаздываем! – воскликнула Малуша и ускорила шаг. – Они уже собрались. Сегодня большой собор – даже сестра из Береса прибыла! Вспоминать будем.

– О, Боги! – сокрушался Сбыня, стараясь поспеть за женой. – Давай лучше к врачевателю сходим, душа моя?

– Ты мне всю душу этим врачевателем измотаешь! – воскликнула Малуша. – Сегодня послушаешь братьев и сестер и сам вспомнишь!

– Хорошо, послушаю, родная. Только потом, как ты мне обещала, к знахарю пойдем! – напомнил Сбыня. – У нас с тобой уговор.

Но Малуша лишь махнула на мужа рукой и повела его в узкий переулок, который поворачивал после небольшого терема, огороженного забором. Переулок петлял между невысокими деревянными домами, пока не привел к крыльцу двухэтажного каменного дома. Ставни окон были плотно закрыты, но сквозь узоры резьбы мерцал теплый свет.

Малуша поднялась по ступеням и три раза постучала в дверь.

– Кто идет? – отозвался из-за двери тихий женский голос.

«Даже дверь не открывают, - подумал удивленно Сбыня. – Боятся? Но кого? Точно юродивые»

– Тот, кто помнит, и тот, кто забыл, но любит того, кто помнит, - ответила Малуша, и Сбыня сокрушенно покачал головой: совсем его Малуша разум потеряла.

Дверь тихонько отворилась, но цепочка осталась висеть. Выглянула женщина в платке: она внимательно посмотрела на Малушу, которая подозвала своего мужа.

– Мой муж со мной, Видана, - проговорила Малуша.

– Твой муж не помнит… как жаль, - пробормотала Видана и стала открывать замок.

– А зачем премудрости эти? – тихо прошептал на ухо жене Сбыня, пока Видана открывала дверь. Малуша удивленно посмотрела на мужа.

– Чтобы тот, кто забвение наслал на людей, не узнал о том, что есть люди, которые помнят!

Сбыня сокрушенно покачал головой:

– Знахарей на вас не хватит в Солнцеграде, - проговорил он и тут же пожалел о своей шутке: Малуша обиженно пожала губы и отвернулась от мужа.