Чтение онлайн

Тут она, долго сдерживавшаяся, заревела в полный голос и, размазывая тушь и румяна по лицу, призналась:

– - Я украла эти деньги в Москве у Фешина, и, если узнают об этом его друзья, меня просто разорвут на куски.

– - Ах вот оно что!
– - от души рассмеялся Карлен, но тут же посерьезнел.
– - Вор у вора дубинку украл, а отвечать не хотите, мечтаете жить в Париже жизнью великосветской дамы: квартира у Булонского леса, "мазерати", муж, известный человек в мире моды. Губа не дура. Сколько же вы украли?

Как бы ни была подавлена, сломлена Наталья, тут она спохватилась и вроде искренне, с раскаянием, без раздумий вымолвила:

– - Ой, много, целых четыре миллиона!
– - хотя хапнула гораздо больше.

– - Немалая сумма. И сколько же вы оставили на жизнь господину Фешину?
– - язвительно уточнил Карлен.

– - Нисколько, я забрала все до копейки...
– - Наталья "в раскаянии" склонила голову.

Тут Карлен не выдержал менторского тона и в сердцах произнес:

– - Вы не только коварная, но и жадная женщина. Но как говорится: жадность фраера сгубила. Одного не пойму: зачем вы это сделали, вы же были его женой, деньги и так принадлежали вам на законных основаниях? Нелогично, мадам Натали. Не-ло-гич-но...

Женщина усмехнулась, в глазах ее промелькнул прежний огонек.

– - Вы так полагаете? А еще утверждали, что знаете обо мне все. Тогда вы должны быть осведомлены о том, что задолго до встречи с Фешиным я была любовницей Робера Платта, и он не раз говорил, что только финансовые возможности не позволяют ему жениться на мне. Вот я и попыталась снять эту проблему...

– - За счет этого самого Фешина? За счет его денег и личной судьбы? Можно ли строить свою жизнь на несчастье других? Мне показалось, этот Тоглар вас тоже любил. Во всяком случае, на вашей свадьбе он выглядел очень счастливым...
– - жестко укорил Татлян.

Наталья смолчала, понимая, каким ничтожеством она выглядит в глазах этого настырного сыщика. Но поговорка о жадности натолкнула ее на отчаянную мысль: пан или пропал. Чувствуя, что влипла всерьез, и еще неизвестно, кто страшнее: братва, государство или этот иноземец, она встала с коленей, отряхнула юбку от несуществующего сора и твердо, совсем по-блатному, сказала:

– - Давай, начальник, разойдемся по-мирному. Ты меня не нашел, я тебя не видела. Идет?

Карлен зашелся в смехе от подобной наглости и, вытирая слезы на глазах, с иронией спросил:

– - И как вы себе это представляете, мадам?

– - Я делюсь с тобой долларами, и ты обо мне забываешь. Ниточку к вашим пропавшим долларам в аэропорту Шереметьево-2 я дала, копайте на здоровье в Москве -- и флаг вам в руки.

– - Но вы забыли, что я не российский милиционер, который за взятку готов на что угодно, я агент секретной службы. Аме-ри-кан-ской, -- четко выговорил Карлен, чтобы до нее дошло.
– - Теперь-то поняли?
– - и на всякий случай, бравируя, протянул ей свое настоящее удостоверение, которое предъявляется только в крайних обстоятельствах, но она даже не взглянула на документ.

– - Все менты одинаковые, не берете только до поры до времени, а я предлагаю серьезную сумму...

– - Серьезную -- это сколько?
– - полюбопытствовал Карлен, откинувшись в кресле и внимательно наблюдая за ее преображением.

– - Чтобы ты снова не обвинил меня в жадности -- половину, и думаю, это будет справедливо: я ведь тоже рисковала.

– - О, ничуть не сомневаюсь в этом, -- усмехнулся Карлен.

– - Ни за что ни про что заполучить сразу два миллиона баксов -- такое выпадает не всякому агенту, даже американскому, -- в свою очередь съехидничала и Наталья, видимо уловив перемену в его настроении.

– - Это предложение надо обдумать, взвесить, -- сказал Карлен уже не так строго и пригласил ее снова к столу -- там было еще что выпить и чем закусить.

Теперь уже Наталья сама разлила коньяк по рюмкам и предложила тост: за милосердие. Карлен молча выпил, испытующе глянул на женщину.

– - Деньги я могу получить прямо сейчас, наличными?

– - Да, минут через сорок. Поедем ко мне домой, и я отдам -- из рук в руки. Жаль, конечно, расставаться с такой суммой, но свобода того стоит. Правда, у меня будет одно условие...

– - Какое?
– - уточнил Карлен. Преображение этой женщины все больше занимало его. Черт побери, ему это даже нравилось.

– - Никогда и нигде ты не должен упоминать, что видел меня в Париже, -жестко отчеканила московская воровка или несостоявшаяся парижская мадам.
– Или -- или...

– - Даю слово офицера, -- искренне и вполне серьезно поклялся Карлен.

Мысль о двух миллионах долларов, которыми он будет располагать через час, уже сейчас грела его душу. Да что там грела -- его душа пела, и он готов был пуститься в пляс: такого расклада событий он даже не предполагал.

– - Что же, придется положиться на слово чести американского офицера.
– Наталья потянулась к сумочке, чтобы привести себя в порядок.

"Тем более что ничего иного вам и не остается, мадам", -- мысленно заключил журналист. 8

Через два часа Карлен вернулся в номер с пластиковым пакетом, где покоились ровно два миллиона долларов. Он тут же пересчитал их -- красавица Натали на этот раз не обманула, отсчитала честно. Прошло всего два дня его пребывания во Франции, а он уже решил все проблемы -- на такой быстрый успех он не рассчитывал. На радостях он позвонил Ольге в Москву, уточнил размер одежды и обуви -- теперь он мог позволить себе любые траты. Вспомнил он и про Криса с Абреком, но звонить им не стал, он и так прекрасно знал их вкусы и привычки и еще раз мысленно поблагодарил их за зеленый дипломатический паспорт -- с ним он беспрепятственно мог ввезти в российскую столицу любую сумму денег. С этим капиталом он мог начать совсем другую жизнь: сыграть богатую свадьбу, купить отличную квартиру на имя жены -- в общем, открывались невероятные перспективы, ведь он вышел наконец на человека по кличке Тоглар, так или иначе связанного с изготовлением или сбытом супербанкнотов.

В тот же вечер он позвонил молочнице Колетт и пригласил ее в ресторан. Как человек суеверный, Карлен считал, что его удачи в Париже начались с нее, да и нравилась она ему -- остроумная, приятная девушка.

В Париже он пробыл еще два дня, потому что невероятно преобразилась погода: потеплело, появилось солнышко, исчезли ветер и облака -- ну прямо бабье лето вернулось во французскую столицу, и грех было уезжать, не погуляв, не побродив по его волнующим улицам. Карлену Париж теперь казался совсем иным: таинственным, привлекательным, сулящим удачу...

Возвращался он ночным рейсом "Эр-Франс", нагруженный подарками. Самолет прилетал в Москву на рассвете, и он не стал беспокоить друзей просьбой, чтобы его встретили. В самолете, наверное из-за хорошего настроения, он даже не вздремнул -- все строил планы. Теперь-то он стоял у цели и оттого время от времени мысленно повторял кличку человека, знавшего тайну фальшивых долларов. "Тоглар... Тоглар..." -- назойливо вертелось в голове, и вдруг ему показалось, что он когда-то уже слышал это имя. Редкая кликуха, не спутаешь. Ничего конкретного связать с этим именем Карлен не мог, но и от навязчивой мысли отделаться не удавалось...