Чтение онлайн

— Они устроят это. Так мы войдем?

— Войдем. У вас, конечно, есть револьвер?

— Да. Но у вас, я надеюсь, есть разрешение на ношение оружия?

Я кивнул и мы вошли в здание.

Внутри располагался слабо освещенный бар и площадка для танцев. В углу, на желтом ковре, расположился оркестр, состоящий из пианиста, виолончелиста, саксофониста и ударника. У бара за прилавком стоял кубинец.

На площадке топталось несколько пар. У мужчин был обычный вид клиентов подобного рода коробок. Девушки танцевали полураздетыми. На них были надеты только лифчики, шелковые трусики, чулки и туфельки на высоких каблуках. Среди них были и довольно красивые.

Атмосфера была удушливой, жаркой и сырой одновременно: смешение запахов пота, духов и алкоголя. Бумажный серпантин свисал с потолка, как лишайник.

Мы протянули свои шляпы груму — китайцу и поискали глазами местечко в зале.

Я посмотрел на часы: было одиннадцать часов десять минут.

— Можете развлекаться в течение двадцати минут. В половине двенадцатого мы начнем работать, — сказал я.

Хоскис внимательно осмотрел высокую блондинку в белье из черного шелка, которая с недовольным видом облокотилась о стойку бара.

— За двадцать минут я не успею наделать глупостей; у меня не хватит времени. Лучше выпьем по стакану.

Блондинка смотрела, как мы приближались к бару.

— Хелло, красотка! — сказал Хоскис.

— Хелло, красавец! — ответила она.

— Что, если мы выпьем по стаканчику, — подмигнул мне Хоскис. — Я имею большой успех у блондинок.

— Не верьте ему, — сказал я девушке. — Этот тип ежедневно на завтрак ест орехи. Вот это, действительно, дает удивительный эффект!

Девушка, очевидно, приняла нас за пьяных и посторонилась. Кубинец, протирая стаканы, спросил, чего бы мы хотели.

— Три порции сухого виски, — сказал Хоскис. — И не суй свой палец в мой стакан. — Потом он обратился к девице:

— Скажи мне, курочка, ты не возражаешь, если я не буду делить тебя с другим? Ты для этого слишком хороша. У тебя нет подружки, которая могла бы заняться моим товарищем, чтобы нам побыть немного наедине?

— Он разве недостаточно взрослый, чтобы выбирать самому? — засмеялась она. — Коробка набита…

— Слышите! — сказал мне Хоскис. — Не охотьтесь на моих землях… Посмотрите вокруг себя…

Я ошалело смотрел на него. Он, безусловно, понимал жизнь. Кубинец поставил перед нами стаканы, и мы заплатили в два раза дороже, чем это стоило.

— Теперь ваша очередь, — Хоскис сделал широкий жест рукой и кивнул кубинцу. — Мой друг нас приглашает, иначе я бы не поехал с ним!

Я сунул кубинцу пять долларов. Девушка прижалась ко мне. Эти пять долларов решили вопрос. Это со мной она будет любезной и милой. Хоскис грустно посмотрел на нее.

. — Ты, милашка, ошиблась в клиенте. Может быть, ты была недостаточно внимательна? — О, брось! Хоскис казался задетым. — А я-то подумал, что ты полюбишь меня бесконечно!

— Пошли его спать, — вздохнула блондинка, посмотрев на меня. — Он нас только расстраивает, — Мадам просит вас отправиться спать, — сказал я с улыбкой Хоскису. — Это возможная вещь? Он допил свой виски и вздохнул.

— Не сейчас. Я не буду портить вам удовольствие. Она ведь здесь не одна, от которой пахнет одеколоном. Я как раз вижу другую, которая подходит с моей стороны.

К нему действительно приблизилась довольно жирная рыжая девица, сильно напудренная, в трусах желтого цвета.

— Тебе нужно подкрепление? — спросила она у блондинки.

— Избавь нас, пожалуйста, от этого нудного человека, — сказала она, указывая пальцем на Хоскиса. — Он лопает только орехи и сидит без гроша.

Рыжая фыркнула.

— Верно, что у тебя нет ни гроша, мой дорогой? — спросила она Хоскиса.

— Я берегу свои деньги для рыжих. Ты попала в самую точку. Хочешь выпить?

— Пойдем потанцуем? — спросила меня блондинка.

— Вот-вот, идите-ка лучше танцевать, — подхватил Хоскис. — Моя подружка будет меня держать в тепле все это время.

Я проглотил виски и отвел блондинку на площадку. Танцевала она прилично.

После двух кругов по площадке я спросил ее:

— А кто держит эту коробку? Ее глаза округлились.

— А что тебе до этого?

— Послушай, к чему же делать из этого тайну?

— Действительно, ни к чему. — Глаза ее вдруг потеряли всякое выражение. — Это мадам. Ты это хотел узнать?

— Мадам? Которая?

— Мадам Дурелли, — вздохнула она. — Ты доволен?

— Я не собираюсь терпеть твое скверное настроение, — тихо проговорил я. — Если ты неспособна быть полюбезнее, я тебя оставлю.

Ее глаза вспыхнули, но она сдержалась.

— Не сердись, дорогой, мне так хотелось провести хороший вечер.

— Мне тоже, — ответил я, устраиваясь так, чтобы приблизиться к Хоскису.

Он посмотрел на нас и очень громко сказал рыжей девушке:

— Довольно странные люди! Этот парень выглядел бы лучше в своей клетке!

Он, казалось, очень забавлялся. Она тоже.

— А что, если мы поднимемся наверх? — спросила блондинка. — Здесь слишком жарко для танцев. — Решено, — ответил я, увлекая ее к двери. Хоскис с упреком посмотрел на меня. С насмешливым видом, прощаясь с ним, я последовал за блондинкой. Она поднялась по лестнице и устремилась по коридору первого этажа.

Я вошел следом за ней в маленькую комнату с диваном, комодом и ковром.

Она остановилась возле дивана и выжидающе посмотрела на меня.

— Надеюсь, ты не слишком скупой, мой милый? Я достал из кармана три билета по пять долларов и повертел возле ее носа.

Глаза ее заблестели, она приветливо заулыбалась. Выражение недоверия исчезло.

— Пойди и скажи мадам Дурелли, что я хочу с ней поговорить. Она широко раскрыла глаза.

— Почему это? — спросила она внезапно изменившимся жестким голосом. — Я что, не нравлюсь тебе, или что?

— Ты что, не способна заработать немного денег без того, чтобы не полаять? Возьми это и поищи мадам. Иди быстро! Она взяла деньги и сунула их в чулок.

— Как только я тебя увидела, так я сразу же решила, что ты весьма забавный тип. Не двигайся, я пойду за ней.

Я присел на край дивана и в ожидании закурил сигарету. В коридоре послышались шаги. Открылась дверь и в комнату вошла крупная женщина среднего возраста, с жестким худым лицом. Она смотрела на меня своими проницательными глазами, опираясь о косяк двери.