Чтение онлайн

– Да Луйф и научил, – ничуть не смутилась Сюльри. – Он хоть и маленький ещё, а уже эти, как их, трактаты читает!

– Да где ж он их берёт? – изумился Вач.

– А к его матери повадились ходить эти, жрецы, из храма бога Пустыни, – с охотой пояснила Сюльри. – Вот Майва и просит их часть суммы за услуги книгами выдавать, для сына. А он и рад, уже целую библиотеку собрал.

– Неплохо, – сухо бросил Вач, задумавшись о чём-то своём.

– Вот и я о чём! А всё на меня пеняют, – воодушевилась Сюльри. Её щёки раскраснелись, и на коже проступила белая родинка в виде пятна, похожего на кролика. – Майва вкладывается в своё будущее, чтобы сын её потом вытащил из Дома, а меня кто вытащит? Нет, что ни говори, ей живётся лучше, чем мне.

Вач окинул девушку задумчивым взглядом и ничего не ответил.

Из окна третьего этажа снова высунулась миловидная женщина с белокурыми длинными волосами и грозно закричала:

– Одни орали – успокоились, а теперь другая тут нарисовалась! А ну иди по своим делам, хватит под окнами кричать, работать мешаешь! – выказав своё недовольство, она с грохотом закрыла окно, и с подоконника посыпались ошметки известки.

– Ещё одна недовольная! – вскинула руками Сюльри. – Работать ей мешаю! Можно подумать, её крики не мешают мне детей в сонный час укладывать. А знаешь, как я устала отвечать на их вопросы, почему в доме все постоянно кричат, особенно по ночам. Нет, что ни говори, а они могли бы ко мне относиться и подобрее. Один ты только меня не одёргиваешь. Приезжал бы почаще, и жить стало бы легче.

Сюльри радостно улыбнулась Вачу, кролик на её щеке вытянулся, словно приготовился к прыжку. Старик немного погодя ответил на её улыбку, но девушка уже опять затараторила:

– Что ж, мне действительно пора. Кто знает, сколько детей утопло, пока я тут с тобой разговаривала, – она хищно улыбнулась. – Если соберешься сегодня уезжать, не забудь со мной попрощаться, а то в следующий раз уговорю Матушку тебя на порог не пускать.

Она ненадолго приняла серьёзный вид, а затем звонко рассмеялась и, не попрощавшись, направилась прочь из сада.

Вач ещё долго смотрел ей вслед, пока стройная фигурка Сюльри не скрылась за высокой изгородью.

***

В Доме было душно и темно. Пахло дорогими духами и искульским деревом, которое, по слухам, росло на окраине Великого леса. Вач, слегка прихрамывая на правую ногу, медленно поднимался по широким ступеням. Когда он добрался до верхней площадки, ему навстречу из-за плотной занавески выскочила низенькая светловолосая девушка на лицо ещё совсем ребенок, но с густым слоем макияжа и в откровенном наряде. Заметив Вача, она надменно хмыкнула, облокотилась на лестничные перила и перекрыла старику путь дальше.

– Опять ты? Что, решил задарма на голых баб поглазеть? – с насмешкой поинтересовалась она.

Вач остановился и с мягкой улыбкой пояснил:

– Я к Матушке, скоро она вернётся?

– Да кто ж её знает! – ядовито бросила девушка. – Она и по месяцам, бывает, не возвращается. Если ты по делу, то найди Гвенга, он в корчме напротив. Только ты поторопись, а то к вечеру с ним и двух слов не свяжешь.

– Нет, мне по делу, но к Матушке, – покачал головой Вач.

По лицу светловолосой девушки пробежала тень понимания, и её лицо озарилось хитрой ухмылкой:

– А, так всё-таки решился девку выкупить, да? Ты смотри-ка, почти успел к сроку. Ей когда там тринадцать стукнет? Через пару месяцев? У матушки на неё планы грандиозные, ты больно не рассчитывай, что она тебе Сюльри нашу отдаст без заковырок.

– Какие такие планы? – слегка удивился Вач. Увидев его заинтересованность, девушка улыбнулась шире и с иронией произнесла:

– А знамо какие! Один купец на неё давненько поглядывает. Оно и понятно: тельце тоненькое, а грудь уж женская, а глазюки какие! Как у кошки!

Старик пошамкал губами, а затем уточнил:

– Но, а дети куда? Кто ж за ними следить будет?

– Да кто ж его знает, кто! – вскинула руками она, обнажив тонкие исполосованные синяками запястья. – Пока Сюльри к нам в Дом не попала, они сами по себе росли. Дети детьми, а работы – непочатый край. Столько клиентов ходит, девушки от усталости засыпать во время действа умудряются! Ты только послушай: Рейса давеча прямо-таки во всю глотку захрапела, пока мясник её брал. Матушка так её высекла, что она еле на ногах стояла. Но на следующий день Матушка её всё одно отправила вкалывать, благо работа у нас не пыльная – лежи себе, да стони.

Девушка громко засмеялась, Вач угрюмо молчал.

– Да ладно тебе, чего так посерьёзнел? – она легко похлопала старика по плечу, утешая, но в глазах её плясали насмешливые огоньки. – Кто говорил, что будет легко? Матушка уже неделю как плату на девок подняла, так что и тебя заставит выложить сумму раза в три больше предыдущей. Тут уж ничего не поделаешь, тяжелые времена настали.

Вач задумчиво вгляделся в широкое лицо девушки, отчего ей стало неуютно. Она отняла руку от его плеча и криво улыбнулась.

– С водой в Доме проблем нет? – вдруг спросил Вач. Девушка насторожилась, но всё же ответила:

– Есть, а где ж их сейчас нет, – пожала она плечами. – Реки-то по всему Иргису пересыхают, никого не обойдёт засуха. Жрецы, конечно, помогают, да только разве напоишь такой огромный Дом без реки? А ты сам-то, Вач, от жажды ещё не загнулся, смотрю. Кто ж тебе-то благоприятствует?

Вач не ответил, всё так же задумчиво глядя на девушку.

– Сама-то как, Ирфа? – тихо спросил Вач. – Письма с родины получаешь?

Ирфа едва заметно вздрогнула и рассмеялась:

– Из Орджена-то? Да кто ж мне писать будет, Вач! Совсем у тебя мозги набекрень от старости! – она ещё недолго посмеялась, но под внимательным взглядом Вача притихла и с досадой произнесла:

– Нет сейчас туда хода. Ни туда, ни оттуда. Как реки начали пересыхать, из Орджена вести и пропали. Месяц уж как я от брата писем не получала. Знать не знаю, что там у них делается. А кто пытался пробраться в Орджен, узнать в чём дело, назад уже не возвращался. Вот и боятся люди туда ездить, даже торговцы стороной ордженские земли обходят.

Ирфа нахмурилась, в складке между бровями скопилась пудра, придавая её лицу комичное выражение. Вач хотел было ответить, но из-за занавески выбежала рыжая дородная женщина и прокричала:

– Ирфа! Едут! Пошли скорее!

Заслышав это, Ирфа усмехнулась и снова приняла надменно-презрительный вид. Она подмигнула Вачу и на ходу произнесла:

– Вот тебе и засуха! Работы только больше стало, продохнуть не дают.

Она вслед за рыжеволосой женщиной скрылась за занавеской, и на лестнице резко стало тихо. Вач покачал головой, развернулся и медленно стал спускаться.