Чтение онлайн

Ючке в смятении скривился, но его явно очень беспокоило то, что происходило за пределами комнаты, поэтому он не стал сильно сопротивляться и позволил мальчику следовать за собой.

– Не встревать, – наставлял он его по дороге. – Я говорить, ты – молчать и слушать.

– Конечно, я буду молчать, – буркнул Дилфо. – Я же не понимаю языка.

Они шли по коридору мимо бесчисленных дверей, нигде не останавливаясь. Как только они свернули в холл, где мирно потрескивали поленья в простеньком камине, до Дилфо донеслись звуки громкого мужского голоса.

– Это Тайсвен? – узнал он недавнего знакомого. – Почему он так кричит?

– Женщина, – повторил Ючке. – Здесь стой, я проверить.

На этот раз Дилфо беспрекословно повиновался. Его испугал надрывный крик Тайсвена, который ещё совсем недавно так обходительно беседовал с ним, так дружелюбно улыбался, несмотря на полное безразличие Ючке. Дилфо недоумевал – что настолько сильно могло вывести человека из себя для того, чтобы он так громогласно ярился.

Ючке бесшумно проследовал в левый коридор, из которого доносились крики, а Дилфо остался возле огня. Мальчик вслушивался в быструю речь Тайсвена, но не мог разобрать и слова в этом потоке гортанной брани. Спустя пару мгновений после того, как Ючке завернул за угол и скрылся в полумраке коридора, звуки ругательств стихли, наступила полная тишина. Но вскоре и она исчезла: на весь дом раздался пронзительный женский крик. Дилфо зажал уши, вопль завис в воздухе и, не прекращаясь, звенел, причиняя боль. Не в силах больше находиться в неведении, Дилфо ринулся со своего места вперёд к источнику звука, но всё же в нерешительности замер перед поворотом в коридор. Прижимая ладони к ушам, он осторожно выглянул из-за угла и в страхе замер – на него с нескрываемой болью и ужасом глядели два огромных синих глаза, полные слёз.

Когда вокруг всё начало рушиться, я отбежал как можно дальше от эпицентра землетрясения или взрыва, – понятия не имею, что это было на самом деле, – и взмолился всем богам, рассыпаясь в искренних благодарностях за их вмешательство. Честное слово, слушать всю эту белиберду, ничего в ней не понимать и чувствовать себя идиотом? Нет, спасибо, – уж лучше пусть всех этих болтунов придавит зеленитовыми глыбами, и я смогу хоть немного вздохнуть и расслабиться, слишком много вокруг меня в последнее время крутится всяких смертных, бессмертных и духовных орудий, и все о чём-то говорят, спорят, кричат. В такие моменты я скучаю по каменному оцепенению: в то счастливое время я являлся единственным собеседником самому себе. Нет, конечно, в бытии камнем есть множество минусов, но плюсы порой перевешивают все отрицательные...

– Ты что, издеваешься, мать твою? Очнись, ты, гребаный придурок, и помоги мне! Чего застрял там?

Эх, жаль Ейрху ничем не придавишь. Маленький, а шума в два раза больше, чем от сурпанского слона.

– Наркю, горги тебя дери! Помоги мне сдвинуть эту долбанную глыбу, чтоб тебя!

– Ладно-ладно, – я устало вздохнул и поплёлся на голос Ейрхы сквозь пыльное марево. Вокруг было темно, но зеленит тускло подсвечивал землю под ногами и облачка зеленоватой пыли, что взметались в воздух и заслоняли обзор. Интересно, как сильно пострадали стены? Будет очень обидно, если мозаика разрушилась, такое редкое место откопал, а мне даже не дали как следует осмотреться.

– Да топай уже быстрее! Тут боги помирают, а он по сторонам оглядывается!

Это ещё кто? Голос знакомый, но так кричать на меня? Кроме Ейрхы раньше никто не позволял себе подобных вольностей. Даже мой господин, от которого я сбежал, как от просванской заразы.

– А ты вообще заткнись! Кто разрешал тебе кричать на него? Тащи, давай, сюда свой зад, Наркю, иначе я попрошу эту богиню, чтобы она… Постой, ты что, видишь его?

– Кого вижу? – крикнул я. – Тут такая темень, я даже ноги свои с трудом различаю, а ещё пылища…

– Да помолчи ты, я не с тобой говорю, – кричал Ейрха. – Ты, смертный, объясни-ка мне, каким образом ты видишь в темноте лучше, чем Наркю?

– Я… Мне не темно, – промямлил что-то невнятное Джун.

– Давайте, вы потом это обсудите, хорошо? – послышался приглушенный голос богини. – Сначала вытащите нас отсюда, дышать нечем.

– Вот видишь, смертный, – ехидничал Ейрха. – Смертным нужно дышать, а ты чего, сломался?

– Так я и дышу, – непринужденно ответ Джун, вернув себе утраченное было самообладание. – Мне пыль не мешает.

Ейрхе лишь бы докопаться до кого, чего пристал к человеку? Видит и дышит себе спокойно, что в этом такого? Устраивает проблему из ничего.

– Так что тут у вас приключилось? – я наконец-то добрался до них, аккуратно перелетев через полукруглые обломки зеленитовых стен. Сквозь пыльную завесу я разглядел двоих, что с кислыми лицами стояли рядом с огромным полукруглым обломком, под которым, должно быть, находились придавленные боги. Джун был весь в крови и грязи, его и без того рваные вещи висели теперь лоскутами, Ейрха же был весь как с иголочки, только немного запылился.

– Эта глыба придавила Онши и Ючке, – серьёзно ответил Джун, смахивая пот со лба. – Купол шара, что был над нами, не сильно пострадал, только стал ниже. На них свалилась одна из внутренних стен, благо она не прямая, никого не должна была придавить, и им есть пока чем дышать.

– Онши? – переспросил Ейрха. – Это с каких пор тебе позволено его так называть? Кем ты себя возомнил, смертный? Забываешься?

– Это единственное, что волнует тебя сейчас? – внезапно разозлился Джун. – Давай будем выяснять отношения, когда спасем их, договорились? Сейчас нет времени на твои ничем не обоснованные вспышки гнева.

Ха, а это он зря.

Ейрха яростно сверкнул глазами, из которых почти пропали зрачки. Да-а, ещё чуть-чуть и он набросится на этого парнишку. Мне-то всё равно, но кровищу бы здесь разводить не хотелось, грязи и так достаточно. Поэтому я поспешил разрядить обстановку:

– Так, а я чем могу помочь в такой ситуации? От меня толку маловато, кости полые, помнишь? – обратился я к Ейрхе. – Как я эту глыбину подниму?

Ейрха нарочито медленно развернулся ко мне, а затем со слащавой улыбкой, переходящей в крик, сообщил:

– Я-то помню, а ты походу забыл, что уже давно как, мать твою, мёртв! – Ейрха, решив сбросить пар на мне, со всей дури врезал мне в живот, отчего я, не успев собраться, отлетел на добрую пару метров. – Какие, мать твою, кости? Собери грёбаные остатки духовной энергии в кучу и помоги мне поднять эту хреновину! Быстрее, чтоб тебя!

Ну почему он всё время такой агрессивный? Нет бы, нормально объяснить, надо вечно махать кулаками. Мне-то всё равно, но валяться в древней грязи и собирать кучерявую плесень на своё, хоть и фантомное, но всё-таки – тело, не особо приятно.

– Как скажешь, – я поднялся с земли, отряхнул пыль с голого торса и приблизился к осколку стены. Камень неплотно прилегал к земле, оставив щель шириной в пол ладони, так что можно было подцепить руками за край.

– Ты поднимай, а я подлезу, – уже спокойно откомандовал Ейрха. – А ты, смертный, тащи их за руки, если они, конечно, у них остались, понял?

Джун молча хмыкнул, но встал на изготовку, слегка пригнувшись.

– Итак, начали! – крикнул Ейрха.

Я схватился за край стены и, собрав все силы в руках, слегка приподнял глыбу, но меня прервал громкий крик: