Чтение онлайн

СЕНЯ. Ушла. Никого нету. (Шарит по столу.) Ничего не оставила, пигалица окаянная! (Подходит к печке.) Вон, навозу сколько! Небось при маменьке того не было. (Отшвыривает ногой сковородки.) Вечером придет, пристанет (передразнивает): «Сеня, помой посуду!..» Как же, стал мыть! Нашла дарового работника!

МИША. Ты что тут делаешь?

СЕНЯ. Ничего!

МИША. Покажи-ка руки. Что зажмал кулак-то? Я, брат, все вижу.

СЕНЯ. Ничего.

МИША. Дурака не ломай, показывай!

СЕНЯ. Деньги нашел.

МИША. Клюква! Говори, слямзил?

СЕНЯ (огрызаясь). А что, по-честному, что ль, заработал? Вон, на полу валялись, нашел. Небось, обронила конопатая ведьма!

МИША (с иронией). Обронила?! А чего сумочку в руках держал? Меня, брат, не проведешь.

СЕНЯ. И проводить нечего. В животе свиристит, с утра не евши, тебе хорошо, а мне, небось, терпеть тошно.

МИША. Отец придет, поедим.

СЕНЯ. Я к маменьке пойду.

МИША. Тебе туда ходить нечего!

СЕНЯ. Небось сам ходишь!

МИША. Я большой. У меня свой смысл в голове, а ты ничего не понимаешь.

СЕНЯ. Хы! Большой?! На два года старше меня, а вырос в большого!

МИША. Ну, не разговаривай. Клади деньги обратно, а то придет, хватится, поднимет крик, что украли.

СЕНЯ. Черт с ней, все равно ко мне придирается.

МИША. Потому и придирается, что ты огрызаешься.

СЕНЯ. А ты чего подлизываться стал? Что она тебе, мать, что ли? Вишь, папанька маманьку обидел, ты не заступаешься, а тут форсу напустил: не смей ее деньги брать. Коли есть хочется, возьмешь, а подлизываться нечего.

МИША. Я не подлизываюсь.

СЕНЯ. Да, не подлизываешься, небось, она тебе книжки дает, тоже как со взрослым разговаривает, небось я не поддаюсь, сама со мной заговаривает, так я нос деру, а ты норовишь ей угодить, и к матери бегаешь, и тут под ее дудку пляшешь. Нет, я, брат, не таковский! Мне нипочем «Сеня да Сеня!». Меня книжками не укупишь. Под собачий хвост ей эти книжки!

МИША (с иронией). За полтинник продашься! Тебе только дай деньги — что ж, думаешь, не знаю, как к матери потихоньку бегаешь да деньги выклянчиваешь, да на ириски и колбасу просаживаешь. Вон, видишь, кражей стал заниматься.

СЕНЯ. Ну и пусть! Книжками, брат, сыт не будешь. Какая это жизнь! Ни поешь, ни попьешь — обо мне заботиться некому.

МИША. Ишь, панихиду запел! Пионер должен сам о себе заботиться, а хныкать нечего.

СЕРГЕЙ. Что вы тут делаете?

СЕНЯ (виновато). Да ничего!

МИША. Хорошими делами занимаемся.

СЕРГЕЙ. А что?

СЕНЯ (делает знаки Мише). Ничего, книжки читали.

СЕРГЕЙ(Мише). Ну, зажигай примус!

МИША (сердито). Не бери зря! А то пхну — будешь знать порядок!

СЕНЯ (жалобно). Чего пихаешься? Есть хочется.

МИША. Оголодал, что ли? Отходи!

СЕНЯ (ревет). Чего бьешься? Я тебе покажу!

МИША. Ну, заткни глотку! Порядка не знаешь — поди подсобляй.

СЕРГЕЙ. Ну, не ругайтесь!

СЕНЯ (ревет). Он меня обижает. (Грозя Мише.) Вот я отцу скажу, да, скажу! (К Сергею.) Он к матери бегает. Да! Я видел!

СЕРГЕЙ (к Мише). Ты что, ходишь туда?

МИША(смущенно). Раза два-три заходил. (Указывает на Сеню.) И он туда бегает.

СЕРГЕЙ. Он-то еще мал, а ты зачем ходишь?

МИША. С матерью повидаться.

СЕРГЕЙ. Ты знаешь, какими она делами занимается? Считай, что у тебя матери нет. Нечего тебе там делать!

МИША. Мать жалко.

СЕРГЕЙ. Что жалко? Что она, трудом занимается, бедствует, что ли? По пивным шляется. То в церковь таскалась и с попами канючила, а теперь вон по какой дороге пошла! Вам там нечего делать.