Зачем богу дьявол к 2
Шрифт:
Главную роль в очевидно ненаследственной трезвости Кости сыграл Алексей. Он взял слово с начинающего пьяницы. Если честно, на одном честном слове в таком деле не уедешь, поэтому Алексей воспользовался своими приёмами воздействия, но Костя об этом не знал. Он верил, что сам держит слово. Да и то, как возможно не сдержать слово, данное Великому шаману? Человек после такого проступка умирал. Костя не смерти боялся, но до смерти боялся, что Алексей перестанет ему доверять, перестанет с ним общаться.
Даже, а может, тем более, на похоронах Аку, Костя не выпил ни грамма спиртного. Чтобы ни говорили о загробной жизни, когда туда уходит самый близкий и родной человек, это боль, это слезы. Похороны шамана - особый ритуал. Валера и Костя оказались перед выбором - исполнить волю отца, или соблюсти традиции? Аку завещал похоронить его в Озере. В тайне сыновья выполнили его волю. А на двух шестах в заповедном месте висит пустой гроб. Так они исполнили волю Аку и соблюли традиции.
В другое время, трудно даже представить, сколько народу пришло бы на похороны Аку. За свою долгую жизнь он соприкоснулся с таким количеством людей, которые в нём нуждались, что это, наверное, маленькая страна. Но Серая смерть погубила почти всех. Она разразилась раньше срока, указанного Алексеем. Сколько людей успели собрать к тому времени, столько и осталось. Немало по местным меркам, но и не много, если говорить о народе.
Для Валеры Костя не столько брат, сколько сын. На нём он учился нянчиться с маленькими детьми, ещё да того стал нянчить своих детей. Характер у Кости податливый, непоперечный, с ним не трудно. Но в своих шаманских занятиях, не смотря на молодость, он твёрд, как и Аку. В отношения названного брата с духами Валера не вмешивался, тем более что это приносило неплохой доход.
Немного огорчало, что отцовский дом достался Косте. Деньги, земля - этого жалко не было. Но дом... Да, что теперь! Упаси бог вмешиваться в отношения между шаманами! Не смотря на свой скептицизм относительно потусторонних сил, Валера был суеверен. Да и проблем никаких не возникло. Костю не интересовали имущественные вопросы, и решение по ним он полностью передоверил Валере.
Совместное положение братьев было прочнее прочного. На первом месте, разумеется, почёт и уважение многочисленного рода, хотя сыт этим не будешь. Помимо оленьего, пушного, заготовительного бизнеса, процветал и шаманский промысел, которым Валера руководил с присущей ему смёткой. На одних только бездетных паломницах можно было бы жить припеваючи. Что за паломничество без даров? В эту же копилку паломничество к месту Белого Обряда. Приезжали семьями с детьми подростками. Старинный друг отца, помощник-пропойца, давным-давно помер. Его заменил новый "очевидец", который так рассказывал историю про Алексея, что не просто заслушаешься, а словно видишь всё своими глазами. Хорошо, что Алексей эту историю не слышал.
Банковским счетам Валера не доверял. Где Озеро, а где банк? А людишки в банке очень сомнительные. Задолго до ужасов, обрушившихся на мир, Валера собирал золотишко и драгоценности и насобирал, если и не на зависть любому банку, то на удивление.
Алексей прилетел на челноке ночью и сразу опустился на дно Озера в расположение базы. Теперь это его личный штаб. Так решил Совет. На ум приходила очередная цитата: "Ибо не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю". Не так категорично, конечно, но похоже. Алексей обычно ничего не планировал, действовал по обстоятельствам, организационные и управленческие вопросы считал обузой.
Каждый хранитель имел доступ к сводкам Совета. Раньше Алексей редко их даже просматривал и ещё реже вникал в подробности. Вольница кончилась. Теперь это его "утренняя" обязательная газета. Кавычки потому что время суток могло быть любое, зависело от актуальности информации, как актуальность понимает не только Совет, но и каждый рядовой хранитель, посчитавший за долг обратиться к Алексею. Это его крест, который ему нести до тех пор, пока Пророчество не посчитает миссию Алексея выполненной.
Пророчество - это не оракул, а коллективная интуиция, связь хранителей друг с другом и с их двойственной природой, с их высшим разумом, не всегда удачными воплощениями, которого они являлись. Спор с Пророчеством - это что-то вроде человеческой шизофрении. Среди хранителей такого никогда ещё не случалось.
Получив очередную порцию сообщений, Алексей прокомментировал только одно о том, что в индийских джунглях появилась тираннозавриха:
– Да. И уже отложила яйца.
Для Совета это дополнение лишний раз подтвердило, что Пророчество неспроста указало на Алексея.
Чтобы справиться с нахлынувшей лавиной обязанностей, потребуются помощники. Это будут люди лунной расы - гордость и надежда хранителей. Скоро подводная база оживёт, а в окрестностях Озера появится легенда о подводных людях-рыбах. Алексей решил не запрещать лунатикам выходить на берег: такой природы как здесь, на Луне они не увидят, поэтому пусть пользуются представившейся возможностью. А для местных - одним суеверием больше!
На поверхность Алексей поднялся в нанокостюме, который в воде становился словно чешуя, а ноги "обрастали" хвостом на манер рыбьего. Чтобы в очередной раз не бегать голышом, пусть и лунной ночью, но при скверной осенней погоде, Алексей не стал на берегу переодеваться. Из глубин вод вышел бог в сиянии своих доспехов и направился в Дом, с чёрного хода. Видел это только Костя. Он всегда чувствовал приезд Алексея.
Снятый нанокостюм сам собирался в браслет на руке, вроде часов. Освободившись от нанодоспехов в своей комнате, Алексей очередной раз порадовался готовности к его всегда неожиданному появлению: на столе горела свеча, на кровати разложены необходимые вещи и одежда. Костя!
С теплотой подумав о Косте, увидеть его в тот же момент Алексей не был готов, потому что стоял голый посреди комнаты. Дверь комнаты открылась. На пороге - Костя, одетый не более чем Алексей.
События последнего времени - Серая смерть, уход Аку - подтолкнули Костю к решительным действиям: откладывая жизнь, может быть, откладываешь её навсегда. Будь, что будет!
Алексей проявил малодушие, не устоял под напором юношеской страсти. И следовало бы оказать сопротивление, да вот, сопротивляться совсем не хотелось.
В своём мире духи помощники в уплату за помощь частенько ставили Костю рачком, или давали ему в рот; была и парочка злостных сосателей, которых если не придержать, так высосут все силы вместе с мозгами. А уж любителей подставить задницу даже и не сосчитать, они навязчиво набивались в друзья, предлагая свои услуги молодому шаману. Духи не требовали от Кости перемены пола, как это бывало с другими, им он нравился юношей. Сексуальность в иных мирах отличалась от сексуальности смертных лишь большей откровенностью, да отсутствием романтизма. От распущенности поведения духов, от их бесстыдности, от обязательной похабщины в разговорах, так что без мата и шагу не ступишь, обычный человек, будь он даже законченным распутником, пришёл бы ужас. Только шаманы умеют управляться с необузданной похотью иных миров, но редко об этом рассказывают простым людям.
Стародавние путешественники, считая себя за представителей цивилизованного общества, удивляясь шаманской свободе нравов, накрепко связали шаманизм с гомосексуальностью. Они не правы. Для разумных людей гомосексуальности в ни в дикой природе, ни в разумной действительности, не существует. Есть разнообразное сексуальное поведение, присущее в одинаковой степени всему живому. Из любви к классификации и систематизации не возбраняется использовать любую терминологию, но зачем превращать её в оружие? Нет людей "чёрненьких" и "беленьких", в каждом из нас всего понемногу, или что-то преобладает. Что в этом непонятного? В свою очередь, общаясь с представителями цивилизованного общества, шаманы лишний раз убеждались, что труднее всего доказывать очевидное, особенно, если имеешь дело с невежественно образованными людьми. Две трети душевных расстройств и болезней берут начало в культуре общества, если оно разбивает молотком религии, или любым другим не менее грубым инструментом как бы познанной истины, целостного человека на "низкое" и "высокое".