Чтение онлайн

Сегодня ночью Гримсби умрет.

Он представил, как самонадеянный мальчишка захлебывается собственной кровью, и улыбнулся. Его губы снова приоткрылись, но на этот раз он позволил крови стекать из раны.

Он закрыл глаза и поднял руки, чувствуя, как в нем нарастает импульс. Это была сила, это было превосходство. Знак того, что он избран, что он более великое существо, чем те, у кого его нет. Без него и ему подобных они бы колебались перед лицом более серьезных угроз.

Он и его люди были созданы для того, чтобы вести за собой.

Править.

Жаль, что Гримсби этого не понимал. У мальчика с детства был потенциал, хотя он и был растрачен по глупости, как его собственной, так и его матери.

Уменьшился по его собственному выбору.

Это был позор, но это было необходимо. Мальчик только стоял на пути. Он должен был умереть.

Джаспер открыл свой разум растущим вокруг него энергетическим линиям. Они еще не достигли своего пика, но их должно было хватить, чтобы подавить такой молодой и хрупкий Импульс, как у Гримсби.

Он протянул руки и ухватился за них, чувствуя, как через него течет сила, словно он ухватился за электрические провода. Его импульс усилился, и круг перед ним вспыхнул светом.

И только тогда он услышал звук позади себя.

Стук трости.

Его охватила паника, и он начал поворачиваться, но что-то прижалось сзади к его шее.

Что-то холодное.

Что-то железное.

Он замер, и железо нагрелось на его коже, когда свет ритуального круга погас, оставив их купаться только в свете свечей.

— Ты скользкий — прорычал низкий голос — Я должен отдать тебе должное.

У Джаспера перехватило дыхание. Он уже слышал этот голос раньше.

Охотник.

Он прикусил язык, чтобы во рту не пересохло.

— Я не ожидал, что Департамент найдет меня так быстро.

— Они и не нашли — сказал Охотник — Я нашел.

— Ты молодец — Джаспер медленно поднял руки в воздух. Каким бы быстрым он ни был, он не мог произнести заклинание быстрее, чем спустить курок. Но это было неважно. Даже если его снова возьмут в плен, он найдет возможность сбежать.

Будет ли это сделано с помощью других или благодаря его собственным усилиям, со временем он будет свободен.

И у него было все время в мире.

— Очень хорошо, Охотник. Ты победил.

Он почувствовал, как холодные наручники обхватили его запястья и сковали их за спиной.

Конечно, это было унизительно. Импульс не нужно было сдерживать; его нужно было развивать, подпитывать.

Но это была просто еще одна причина, по которой другими нужно было руководить.

Чтобы ими руководили.

Чтобы ими управляли.

Охотник подошел к краю круга, опираясь одной рукой на тяжелую трость, а в другой держа старинный револьвер. Он опустился на колени и посмотрел на пузырек в центре круга. Он наклонил его в сторону дулом пистолета, пока этикетка не стала видна в свете свечи.

Затем он глубоко вздохнул и кивнул.

Он встал и повернулся к Джасперу.

От выражения его глаз на лбу старого колдуна выступили капельки пота. Оно было пустым и даже холодным. В нем не было ни следа беспокойства или сомнения, ни капли гнева или страха.

Глаза Охотника были плоскими, словно вырезанными из покрытого мхом мрамора.

Это были глаза не человека. А статуи, возможно, машины.

Или чудовища.

Джаспер почувствовал, что у него перехватывает дыхание.

— Ты победил. Я сдаюсь. Отведите меня в лечебницу.

Охотник медленно выдохнул, единственный признак того, что он вообще был живым существом.

— Я сказал, что ты победил! — Сказал Джаспер, и его голос стал пронзительным.

Что-то было не так. Что-то было очень не так.

Все должно было получиться совсем не так.

Затем Охотник заговорил, его голос звучал тихо, как церковный колокол на похоронах.

— Чтобы были такие люди, как они — сказал он, глядя на пузырек.

Он поднял пистолет, направив дуло в лоб Джасперу.

— Должны же быть такие люди, как я.

— Нет, пожалуйста.

Старый колдун так и не услышал выстрела, как он эхом разнесся по заброшенному складу.

Охотник раздавил флаконы ботинком.

Красное смешалось с красным.

Затем он ушел.