Чтение онлайн

— Кочерга его добила. Я не могла использовать нож снова, — она тяжело дышала. — Саймон говорил, что это как резать дыню. Это не так. Кости…

Элеттра, наконец, заметила жест Петро. Она схватила Амадео и, пока он не заглянул на кухню, повела его по комнате. Они встали втроем.

— Убивать не просто, — Петро было плохо из-за этой темы, и он не хотел снова слушать о костях. Он инстинктивно протянул руку, чтобы защитить двух других от Коллеты. Но тут он заметил движение. Голые руки? У женщины был нож, она убила дважды и от этого сходила с ума. Даже если они попытаются подавить ее, один из них будет ранен или убит. — Вы не хотите больше убивать.

— Нет, — звучало так, словно она плакала, но в темноте было не понять.

— Не хотите, — повторил Петро. — Вы выполнили свою роль.

— Да, — согласилась она. — Все, что он сказал, все ради принца.

— Опустите нож, — мягко сказал Петро, хотя слышал напряжение в своем голосе, выдающее его нервы. — Опустите, и мы уйдем за ту дверь и больше не вернемся.

— Не знаю, — сказала она.

Хватило того, что она обдумывала предложение.

— Мы побежим в Кассафорте, — продолжил он. — Мы передадим им послание, какое захотите. Скажем, что вы забрали Петро Диветри… ради чего? Ради денег? Этого вы хотите?

Слова были неправильными. Она сжала нож крепче, ее голос стал жестче.

— Мы сделали это ради принца, — сказала она. — Настоящего! А не самозванца на троне!

— Хорошо, хорошо, — сказал Петро. — Не деньги. Ваше дело благороднее денег. Вы не хотите проливать много крови. Опустите нож.

— Какой настоящий принц? — истерично спросил Амадео. — Принц Берто мертв.

Элеттра тряхнула его. Петро еще громче сказал хозяйке гостиницы:

— Мы скажем, кому вы хотите, что настоящий принц должен сидеть на троне. Диветри. Королю — самозванцу, ладно. В замке. Кому угодно, — она снова слушала его, и он продолжил. — Вы выполнили свою роль, синьора Коллета. Сжальтесь.

— Сжалиться, — ее глаза посмотрели на потолок, словно в молитве или воспоминании. После долгого мига тишины она покачала головой. — Он ни разу не проявил ко мне милосердие.

Он проиграл. Женщина издала дикий вопль и подняла руку, словно готовилась броситься через комнату и перерезать всем глотки. Петро слышал, как Элеттра и Амадео напряглись и пригнулись, он отталкивал их подальше от женщины к стульям у края комнаты. Но женщина не нападала, а метнула нож. Он пролетел дугой, крутясь, и вонзился в доски стены в трех саженях от них. Клинок вонзился глубоко. Ручка ножа дрожала от удара.

— Идите, — сказала она так низко, что голос звучал как мужской. — Уходите отсюда. Пока я не передумала.

— Спасибо, синьора, — шепнула Элеттра с потрясенным реверансом. Амадео шепнул благодарность.

Петро молчал. Его сердце колотилось, он следовал за остальными за дверь. Только когда она хлопнула за ними, он перестал оглядываться. Они побежали к дальней стороне поляны в лес. Среди сосен и елей ощущалось безопаснее, только лучики света от двух лун проникали среди веток.

— Я не взял свои вещи, — сказал Амадео. Он не скулил, а просто утверждал факт.

— Как и мы. Ничего нет, — сухо сказал Петро. — Ни припасов, ни сменной одежды, только мы. Этого должно хватить, — он не хотел думать, как они справятся. Пока что хватало того, что они выжили. Дальше нужно было найти Адрио, хотя он не знал, как.

— У нас есть это, — Элеттра приблизилась к нему и разжала ладони. В свете луны Петро не сразу понял, что это, а потом пригляделся и ощупал длинные предметы и понял. Она нашла сциллийские свечи в кармане на груди Леди с бородой. Но, чтобы забрать их, она… — Не спрашивай, — сказала она, когда он открыл рот. — Прошу. Не заставляй меня говорить.

— Все хорошо, — он хлопал ее по спине. — Дай мне одну, а другие спрячь.

— Нельзя сейчас запускать их, — возразила она. — Кто-то увидит.

— Этого мы и хотим, — Петро упал на колени у края леса, чтобы вырыть ямку. Он сделал горку влажной от росы земли, вонзил в нее хвост свечки. — Это было у них для сигнала кому-то. Как просьба о помощи. А нам нужна помощь.

— Разве лоялисты не увидят этого? — отметил логично Амадео.

— Они не вернутся, — Петро старался звучать уверенно. — Если и увидят, мы уйдем раньше, чем они придут.

— В город? — спросил Амадео. Он словно умолял.

— Нет. На север, — Петро возился со свечой. Если это была свеча из мастерских Кассамаги, она могла зажечься сама. — За Петро и братом Нарцисо. Мы пойдем вдоль реки.

— Но ты сказал, что мы вернемся в Кассафорте!

— Амадео, тихо, — приказала Элеттра. Он послушался ее. Она серьезно спросила. — Думаешь, мы найдем их, Адрио?

— Не знаю, — тихо сказал он, замер и посмотрел на небо. Над ним было множество звезд, под высокими деревьями он ощущал себя маленьким и беспомощным. — Но мы должны попробовать.

Сциллийская свеча все-таки была с участком на хвосте, который, когда его повернуть, зажигал фитиль. Они отскочили, свеча заискрилась и взлетела в воздух с тихим свистом. Дым от нее был таким густым, что они закашлялись. Нос ракеты вспыхнул, озаряя землю внизу. Петро пару секунд видел лица Элеттры и Амадео, фарфоровые в бледном свете, пока они смотрели на небо. Свеча угасла.

— Пусть это кто-нибудь увидит, — молилась Элеттра, сжав ладони.

— Пусть это увидит правильный человек, — исправил Петро, сжимая ладони. После пути с братом Нарцисо по храмам эта простая молитва Петро была искренней впервые за все путешествие.

9

Ты будешь дома во время сбора урожая? Мы с твоим отцом сами не справляемся, и я сделаю твои любимые пирожки. Не цокай языком, когда мама признается, что скучает каждый день по твоему ангельскому лицу. Ты — мой единственный ребенок, и я имею право так себя вести. Слушайся учителей и думай о маме хоть иногда.

— Синтия Вентимилла в письме ее сыну Адрио

Рассвет наступал медленно. Петро часами переживал, что он и не наступит. События в Кампобассо были такими мрачными, что он не удивился бы, если бы мир остался в вечном сумраке после того, что они увидели. Будто солнце не могло прогнать ту темную ночь. Они шли по лесу к реке, и казалось, что они не дойдут. Они давно сошли с Великого хода в паломничестве, так что вернуться не могли. Без карты река будет их единственным ориентиром.

Петро шел первым, палкой пробивал путь. Элеттра оказалась удивительно умной, замечала места, озаренные луной, где они могли осмотреться и отыскать запад. Талантом Амадео было врезаться в деревья, но после пятого раза он перестал возмущаться. Им повезло, что северный лес был из вечнозеленых деревьев, хвоя была мягкой под их ногами, так что смягчала падения, когда они спотыкались. Там валялось много сухих веток и бревен, об которые они зацеплялись ногами. Казалось, невидимые руки пытались удержать их.