Чтение онлайн

— А я был обязан это делать?

Спросил и внимательно посмотрел на рыцаря, ожидая ответ. Тот смутился. Или по крайней мере сделал вид. В действительности, как и мне, ему было плевать на то, можно ли будет ездить по проклятому мосту или нет, в первую очередь его интересовала реакция мага.

— Нет, не обязаны, — ответил гвардеец, подумал и ровным тоном добавил: — Но вам это ничего бы не стоило. Я видел, что вы разобрались из-за чего умирают люди. Разве это не достойный поступок, помочь другим?

С моей стороны последовало небрежное пожатие плеч.

— Доброта понятие относительное, если бросаться спасать всех сирых и убогих, то в какой-то момент можно самому стать сирым и убогим. У тамошних жителей имелся выбор: либо возвести новый мост в другом месте, либо пригласить мага, который сможет разобраться из-за чего происходят смерти.

— А если они пригласили, и он не смог этого понять?

Я снова пожал плечами.

— Тогда следовало звать другого. Или поискать иное решение. Но в конечном счете они пошли по легкому пути, организовав переправу с паромом. Не говорю, что это плохо или хорошо, но это самое простое, что можно придумать. А я не добрый волшебник, чтобы всем помогать, исправляя чужие ошибки.

На этом короткая дискуссия закончилась. Нет ничего плохого в том, чтобы помогать людям, но надо соблюдать баланс и уж точно не бросаться оказывать помощь всем подряд, выставляя себя альтруистом, готовым пожертвовать всем ради незнакомцев. Это глупо и в конечном итоге ничем хорошим не закончится. И уж точно никуда не приведет. Люди те еще свиньи, не любят помнить добро. Поможешь раз, в следующий начнут уже требовать, ничуть не сомневаясь в своем праве получить желаемого.

Так что плевать на них, пусть разбираются сами. Я свое получил, перерисовав колдовские символы и пополнив коллекцию альтернативных заклятий.

— Заедем в деревню? Или дождемся следующую? Солнце еще высоко, — Сорен кивком указал на безоблачное небо с зависшим в центре желтым шаром.

Я помедлил, разглядывая из-под края опущенного капюшона приземистые дома с поднимающимися над крышами сизыми дымками. Их было много, а значит деревня зажиточная, не в пример последней, полной лишь жалких лачуг. Там крестьяне жили в избах вместе с домашним скотом, пережидая зиму, потому что не имелось даже сарая под хлев. Ночевать в таких избах не самое приятное удовольствие.

— Сначала посмотрим, может повезет и будет трактир, — после короткого размышления предложил я.

Рыцарь кивнул, основная дорога шла мимо деревни, но завернуть и осмотреться не должно занять много времени. Молочного поросенка на вертеле вряд ли, конечно, дождемся, но на жаренного гуся с мочеными яблоками думаю можно рассчитывать.

И на свежие лепешки, и кровяные колбаски, на похлебку из печенки и сердца барашка, и просто ломти мяса, поджаренные на открытом огне, на оленину и суп из почек, на ржаной хлеб и круг плотного сыра, и непременно должна быть наполненная до краев кружка холодного темного эля…

Поймав себя на последней мысли, я хмыкнул. Есть хотелось до умопомрачения, последний раз нормально получилось перекусить вчера вечером, с тех пор прошло больше восемнадцати часов.

— Слышите шум? Похоже оттуда, — Сорен кивнул на пологий взгорок справа от дороги. Там начиналась низина, примыкающая к деревне с северо-восточной стороны. — Посмотрим?

Я критически оглядел слой снега у края дороги, помедлил, прислушиваясь. Кажется, раздавались удары вперемешку с приглушенными гулом человеческих голосов. Там что, устроили деревенский сход?

— Глянем.

Рука потянула повод, ноги дали шенкеля. Лошади вломились в сугроб и разбрасывая снег начали тяжело подниматься на взгорок. Через несколько минут мы замерли на вершине, с недоумением разглядывая происходящее внизу.

— Похоже на тренировочный лагерь, — через несколько секунд вынес вердикт Сорен.

Я согласно кивнул, открывшаяся с вершины картина не могла быть ничем иным. Три сотни молодых мужчин бегали и дрались между собой. Имелась полоса препятствий из бревен и выкопанных ям. Чуть в стороне наличествовала насыпь, по склону поднималась группа новобранцев, прикрываясь тяжелыми прямоугольными щитами, их сталкивали обратно копьями с обмотанными тряпьем наконечниками, чтобы не нанести увечья.

В северной части стрельбище с установленными в ряд мишенями в форме человеческих фигур, собранных из пучков соломы. Лучники выстроились в ряд и метали стрелы под наставления ходящего за их спинами инструктора.

Немного в стороне стояли вытянутые большие палатки из плотной парусины на двадцать и тридцать человек. Там же нашлась походная кухня и чуть дальше мобильная кузница, чинить пришедшее в негодность снаряжение.

Все устроено четко, с армейской основательностью.

Новобранцы: в основном рослые, но хватало и худых, этих откормят, возраст в среднем от шестнадцати до двадцати пяти, что идеально подходит для воинской службы. Направляли и обучали молодняк опытные ветераны, их оказалось немного по сравнению с общим числом подопечных под три сотни, но вполне достаточно чтобы держать их под контролем, не прерывая процесс муштровки.

— Впечатляет, — признал я и покосившись на Сорена заметил: — Похоже твои старые друзья времени зря не теряют.

Гвардеец ответил угрюмым кивком. Как и я, он мгновенно догадался что видит перед собой тренировочный лагерь вербовщиков Закатных Островов.

Его светлость лорд-протектор Тэлбот Прайс решил не полагаться только на прибывших с ним солдат и организовал пополнение прямо на местах, разослав эмиссаров в разные земли. Дальше сработал фактор жадности и обещание щедрых посулов. А главное желание молодых парней вырваться из крестьянской среды, где ни для кого из них не было перспектив, кроме как по примеру родителей встать за соху и работать до изнеможения до самой смерти, переживая каждый раз хватит ли урожая пережить следующую зиму.

— Как думаешь, сколько всего таких тренировочный лагерей? — я обратился к Сорену.

В ответ равнодушное пожатие плеч, короткая пауза и лаконичное замечание:

— Много.

Я кивнул. Да, много, скорее всего десятки, может сотни. Приезжают, вербуют с ближайших деревень, сманивая щедрым вознаграждением и начинают усиленно гонять, в первую очередь обучая работать мечом, щитом и копьем, стандартным набором для ополчения. Готовят легкую пехоту, что поможет сберечь более ценные кадры из числа регулярных войск. По сути, расходный материал, который не жалко.

— Здесь около трех сотен рекрутов. Десять лагерей — три тысячи, сто — тридцать тысяч. Довольно неплохо. С учетом высадившегося на побережье десанта внушительная сила, способная поколебать устои на континенте, — задумчиво заметил я.

Сорен кивнул. Я продолжил мысль:

— Впрочем не думаю, что это долго продлится, в какой-то момент местные сообразят, что происходит и начнут мешать. Это сейчас никто ничего не понимает, вербовщики скорее всего скрываются под личинами представителей других феодалов, объясняя найм войной против соседних владений, но рано или поздно прикрытие вскроется и тогда начнутся проблемы.