Чтение онлайн

– Причин много...

– Причин много, согласен. Да главная одна: когда преступник сознательно идет на преступление, он надеется уйти от наказания. Или получить его много позже и не полной мерой. А то и вовсе отмазаться. А вот если он будет знать: сегодня украл, завтра - тюрьма, утром убил - вечером повесят, то ему и в голову не придет совершить мерзкое дело. Никто не хочет п олучить в свою собственную морду. Никто не хочет быть убитым. Таких нет, Проша.

Лялька, убедившись, что опасность мне уже не грозит, ушла в приемную.

– Если не согласен с моей доктриной, можешь собирать вещи.

– Я подумаю.

– Долго не думай. Скоро станет поздно. Что там еще?

– Еще вот что. Сообщение: "В среду, двенадцатого числа, в семнадцать часов, в помещении б.Дома культуры состоится встреча общественности города с полковником Сергеевым для формирования нового правительства. На встрече, возможно, будут присутствовать представители упраздненных органов городского управления с отчетом о проделанной работе".

Что ж, скромненько, со вкусом, по существу.

Даже интригует. Но следовало бы добавить: "Стенограмма встречи, особенно той ее части, где городские власти представят сравнительные данные об изменении социального положения в городе и их личного состояния (за отчетный период), будет опубликована в печати и озвучена по местной радиосети".

О чем я и сказал Прохору.

– Тебе лишь бы придраться, - опять не согласился Прохор.- Полгорода будет на встрече, а полгорода на площади перед Домом культуры, у окон и дверей.

– Заблуждаешься, - охладил его я.
– Народ устал. От болтовни.

– Но к переворотам интерес еще имеется.

Ну да, живой такой, непосредственный.

– Вот еще тебя касается, - Прохор перевернул полосу.

Действительно. Информация о создании Комиссии по пересмотру сомнительных и явно сфабрикованных уголовных дел, неправомерных задержаний, поборов, оскорблений и др. грехов городской милиции, а также проверка несправедливых приговоров суда. Здесь же призыв к гражданам обращаться по этим вопросам, с обещанием крутых мер в отношении официальных лиц, допустивших данные злоупотребления.

Раскручивается машина, стало быть.

– Действуй, Проша, и дальше в том же духе. Если не слиняешь, конечно. Подготовь мне тезисы к встрече с общественностью: по принципу - что мне не надо говорить. И вот что еще. Посылаю тебя в командировку. В Заречье. Дам для подстраховки пару ребят. Сделаешь материал о нынешнем положении в этом осажденном регионе.

– В каком ключе?

– В минорном.

– Ты не спал сегодня ночь...

– И поэтому ясно мыслю.

– Выражаешь только эти мысли неясно.

– Постарайся понять, ты умный бываешь. Суть репортажа: вот эти грозные бандюки и бизнесмены, вся эта криминальная власть, они ничего не стоят без рабочего люда. Они только грабить умеют. А больше ничего. Отрезали их от обслуги - и все, пропадать осталось. Гвоздь не могут вбить, машину заправить, унитаз прочистить - в собственном говне захлебнутся...

– В дерьме, - деликатно перебил меня Прохор.

– Тебе виднее, - согласился я.

– Что ты имеешь в виду?
– насторожился он. Готовый обидеться.

– Только терминологию, - успокоил.
– Это на твой литературный вкус. А идею ты уловил - по глазам вижу.

– Уловил, - помрачнев, согласился Прохор.
– Она проста, как булка. Ты обобщение хочешь сделать. По-твоему, вся паразитирующая прослойка, захватившая власть, держится нашим старанием. Нашей покорностью, предательством, страхом, шкурным безразличием...

– Верно мыслишь, - похвалил, перебивая.
– Можешь не продолжать.

Вовремя Лялька вошла. Чтобы выгнать Прохора: мол, полковник обедать будут. Могла бы и его покормить: не изволите с нами откушать, господин писатель?

Не догадалась. Но ведь Тефаль всегда думает об нас, а не об вас.

Лесной терем

В глуши, дремучей и болотной. За мощным бревенчатым тыном.

Качают кронами сосны с золотыми стволами. Сумрачно вздыхают вековые ели, вздрагивают их мощные, темно-зеленые, в лишайниках, лапы. Дятел порой стучит. Кукушка считать начинает - то ли прошлые года, то ли будущие, кому как.

За дубовым теремным столом - четверо. Губернатор, как обычно, спит над тарелкой, иногда вскидывает голову, икая, шарит нетвердой рукой по столу в поисках очередной рюмки. Ваня Заика и Егерь слушают ровный бас Семеныча, смотрят на движение карандаша по листу бумаги. Стратегию разрабатывают: послезавтра Сергеев проводит в Горотделе инструктаж. Там его можно достать. И не только его. Каким образом?

– Вот, - Семеныч ведет карандаш по схеме, - вход, тамбурок, слева дежурка, направо - коридор. По этой его стене - дверь в Ленинскую комнату. Во время совещаний она всегда открыта - душновато. Прямо против двери стол, за ним обычно сидит вся наша ментовская головка. В данном случае Сергеев, Майор, Волгин, - голос Семеныча ровен, деловит, без гнева и ревности.
– Это ясно?

– Пока ясно. А дальше что?

– Напротив этой двери - бывшая кутузка, буйных туда прятали. Как "обезьянник" поставили, ее уборщице отдали, она в ней швабры и ведра держит. Дверь - стальная, двойная, прочная, с замком.

– Сергеева туда?
– ехидно спрашивает Ваня. Не заикаясь.

– Ты слушай, умник веселый, - хлопает ладонью по столу Семеныч. Отморозок ваш войдет в здание с гранатой вот здесь, никто его не остановит - посетитель. Бросает гранату в дверь и- шнырь в кладовку. После взрыва, в суматохе, уходит. Уйдет - его радость, не сможет - не наша печаль.

– Плачем не изойдем, - ухмыляется Ваня.

– Ты вот что, - это Семеныч поучает Егеря, - ты ему в уши вбей, чтобы бросал гранату не сразу, как чеку дернет. Пусть пару секунд задержку сделает.

– Это зачем?
– вдруг спрашивает сквозь сон Губернатор.

Но на него никто не обращает внимания. Пояснения Семеныч дает Егерю:

– Там ребята крутые соберутся - успеют гранату обратно выкинуть. Или кто-нибудь на нее ляжет. У них такое бывает.

– Нам бы таких, - вдруг возмечтал Ваня.
– Хоть парочку.

– Проснись, - грубо одергивает его Семеныч.
– За деньги такое не делают.
– Молчит угрюмо.
– Зря я с вами связался. Противно среди вас, мразь одна. По ту сторону светлее.