Чтение онлайн

– Вот и все, товарищ Фролякин. Живите дальше спокойно.- И пожал ему руку.

Фролякин, не скрываясь, заплакал с облегчением, стал предлагать за чаем посидеть. Да какой там чай у бедняги? У него и чашка-то всего одна...

Когда мы вернулись в отдел, там еще вяло, как синие искорки в прогоревшей печи, попыхивал утренний спор об имидже милиционера: злой или добрый, от какого больше пользы? И меньше вреда.

Волгин в двух словах рассказал о "проделанной работе" и заключил, подводя итог не столько инциденту, сколько бессмысленной дискуссии:

– Не знаю, как по-вашему, ребята, а на мое мнение, настоящий мент должен быть прежде всего умным.

Наверное, он это в мой адрес сказал. Только уточнить постеснялся. Чтоб его в подхалимстве и лести не заподозрили...

С той поры мы грозного Фролякина в отделе не видели и писем него не получали.

Забегая вперед (я пробыл в городе до середины ноября). В День милиции к нам пришел Фролякин с букетом поздних цветов, которые он вырастил специально для нашего праздника под окном своей квартиры...

– Следователь Платонова к вам, - услышал я противный Лялькин голос по селектору.

У нее всегда такой голос, когда ко мне в кабинет заходят женщины, особенно такие, как Платонова.

Она словно с плаката сошла, где румяные милиционеры показывают, как правильно и красиво надо носить форменную экипировку. Она и работает так же: чисто, опрятно и безупречно.

Идеально холодная. Ледяная.

Вошла строевым, по уставу приветствовала. Села (так же прямо, как стояла), положила на край стола папку с уголовным делом.

Только почему она ко мне пришла с докладом, а не к своему прямому начальству?

Ровным, даже мелодичным, стало быть, голосом Платонова доложила об окончании расследования дела по квартирным кражам. Которое она провела, не выходя из служебного кабинета.

Сообщила также о задержании преступника.

– Из шкафа вывалился?
– усмехнулся я.

Платонова тоже позволила себе вежливую, чуть заметную улыбку. Потому что вспомнила нашу старую байку...

Когда-то, давно, выехали бравые менты по сигналу потерпевшего на квартирную кражу. Собственно говоря, кражи, как таковой, не было. Не состоялась. Ворюга проник в квартиру, грамотно обыскал ее и сложил все ценное, на его взгляд, в два чемодана и заплечный узел. Но вынести не успел. Что-то спугнуло. Скорее всего, неурочное возвращение хозяина.

Оперативная группа провела все необходимые действия: протоколы, допросы, опросы, эксперты поискали - и не нашли - отпечатки пальцев и другие следы злоумышленника; завершили работу к утру, усталые и с чувством глубокого неудовлетворения - никаких зацепок, никаких версий. Видимо профессионал-гастролер. Который сейчас, недовольный собой, дремлет на верхней полке дальнего пассажирского поезда.

Ребята покурили, собрались, направились к выходу. И тут распахнулись дверцы стенного шкафа, и с грохотом вывалился на пол заспанный посторонний мужчина...

Оказывается, услышав поворот ключа в замке, он спрятался в шкафу, чтобы в удобный момент уйти, не обостряя отношений с владельцем квартиры. Долго ждал этого момента. Не дождался, уснул в ожидании. Вывалился ментам прямо в руки.

С этого случая, если кому-то удавалось быстро и просто раскрыть преступление не умением и опытом, а благодаря досадной оплошности преступника, то так и резюмировали: повезло тебе, парень, клиент из шкафа вывалился...

Правда, сейчас немного другой случай. Преступник из шкафа не выпадал. Но в шкаф его Платонова загнала. Своими профессионально-логичными действиями.

Первое. Внимательно изучила все исходные материалы. Взяла на заметку те факты, что кражи совершались раз в месяц, в одном районе, на одну сумму.

Второе. Послала по домам, где были совершены эти кражи двух оперативников. Опрос жильцов дал еще один факт - в роковые дни в подъездах домов появлялся парнишка-электрик со стремянкой, проверял распределительные щиты на после дних этажах.

Третье. Обзвонила соответствующие ЖЭКи и убедилась, что в эти дни никаких профилактических работ по электроснабжению жилого фонда не проводилось.

Четвертое. Затребовала справку об отбывших в прошлом году наказания, проживающих в данном районе.

Вычислила подозреваемого. Проверила некоторые обстоятельства. Дала "добро" на его задержание. Допросила. Получила признание. Оформила почему-то как явку с повинной.

Это все.

Но я понял, что все только начинается.

Обстоятельства таковы. Некий молодой человек с ласковой фамилией Ладоша был осужден за хулиганство. Освобожден досрочно за примерное поведение. Вернулся к любящим родителям.

Родители (оба) - пожилые сердечники. Сын - поздний ребенок, в котором они души не чаяли и видели весь смысл своей жизни. Страшно переживали случившееся с ним. Страшно боялись повторения.

Парнишка и сам переживал. Родителей жалел. Дал себе клятву ничем их больше не огорчать. Тем более что "замели-то" его почти случайно, фактически он был свидетелем преступления, но из "чувства товарищества" счел более правильным разделить вину своих знакомцев.

Освободившись, Ладоша успокоил родителей, пообещал сразу же устроиться на работу, а потом и на учебу...

Три месяца парень пытался найти хоть какой-то заработокбезрезультатно. Тревога родителей постоянно держала его в напряжении, он чувствовал свою вину перед ними за участившиеся сердечные приступы, за то, что он - молодой и здоровый- сидит на шее старых, больных и любимых пенсионеров.

Наконец он успокоил маму с папой, радостно сообщил, что нашел работу, правда, не очень выгодную... Ничего, сынок, главное - ты при деле, проживем как-нибудь, а дальше наладится...

Раз в месяц Ладоша брал у приятеля стремянку, дрель, синий рабочий халат и шел за "зарплатой".

Действовал находчиво. На последнем этаже ставил стремянку к распределительному щиту, раскрывал его. Убедившись, что в нужной квартире (рядом со щитом) никого нет, взрезал надетой на дрель фрезой оргалит над дверью и отгибал его. Вешал на стремянку плакатик: "Осторожно! Под напряжением!" и нырял в квартиру. Бывало, что суммы, соответствующей выдуманной зарплате, не обнаруживал, тогда рисковал еще раз. Выбирался из квартиры, если не удавалось отпереть ее изнутри, с помощью подставленного к двери стула.