Заложница дьявола
Шрифт:
Аэрин улыбнулся, спрыгивая с коня.
— Аэрин! — сорвалось с моих губ, и я бросилась в его объятия.
Он крепко сжал меня, и слегка приподнял.
— Госпожа Лилиана, — хрипло выдохнул он.
Я отстранилась, вглядываясь в его лицо.
— Ты так повзрослел… — тихо сказала я, с удивлением отмечая, как сильно он изменился. Теперь он выглядел гораздо старше, чем год назад. Шире в плечах, крепче, выше. Он был точной копией своего брата.
Аэрин смущённо улыбнулся, почесав затылок.
— Да… — протянул он, а затем добавил с искренним теплом: — А ты похорошела. Тебе идут длинные волосы.
— Спасибо, — я улыбнулась, чуть отступая назад, соблюдая приличную дистанцию. — Я так рада тебя видеть.
— Я тоже, — он вздохнул. — Прошло столько времени.
Я кивнула, но, глядя на него, вдруг ощутила, как в груди сжимается сердце. Его голос, его улыбка, его манера общения — всё напоминало мне о нём… о человеке, которого я ждала.
Глаза наполнились слезами. Я не выдержала.
Аэрин заметил моё состояние, но ничего не сказал, лишь мягко взглянул на меня, а потом его внимание переключилось на Клару, стоящую чуть поодаль. Она бережно держала на руках Элеонору.
На лице Аэрина появилась тёплая улыбка. Малышка смотрела на него широко распахнутыми глазами и… улыбнулась в ответ.
— Кто это за чудо? — с удивлением спросил он. — Первый раз вижу ребёнка во дворце.
Я осознала, что Аэрин не понимает, что это его племянница. Я направилась к Кларе, забрала у неё малыша и подошла к Аэрину.
Я осторожно прижала Элеонору к груди, ощущая, как её маленькое тельце согревает мои руки. Она спокойно сопела, глядя на Аэрина широко раскрытыми глазами.
— Это моя дочь, Аэрин, — мягко сказала я, наблюдая за его реакцией. — Твоя племянница.
На его лице промелькнуло замешательство. Он моргнул, посмотрел на меня, затем снова на малышку, словно пытаясь осмыслить услышанное.
— Что?.. — выдохнул он, будто не поверив своим ушам.
— Её зовут Элеонора, — продолжила я, чувствуя, как у меня сжимается горло. — Она дочь Эмира.
Аэрин отшатнулся, будто я ударила его. В глазах вспыхнуло недоумение, затем что-то более глубокое — потрясение, осознание, растерянность.
— Это… — Он провёл рукой по лицу, глубоко вдыхая. — Ты хочешь сказать, что она его…?
Я кивнула, а он только медленно покачал головой, прикрывая глаза, словно пытаясь переварить эту новость.
— Эмир… Он… Он даже не знает? — его голос сорвался на полувопрос, полутвердое утверждение.
— Нет, — ответила я тихо. — Он ушёл, даже не подозревая, что оставил нас двоих.
Аэрин провёл рукой по волосам, шагнул назад, а потом снова вперёд, не зная, что делать. Его взгляд метался между мной и Элеонорой, и вдруг в нём появилось что-то новое — трепет, робкая, почти детская нежность.
— Можно… можно мне её подержать? — спросил он, и я заметила, как дрожат его пальцы.
Я осторожно передала ему малышку, наблюдая, как он с благоговением принимает её в свои сильные руки.
— Черт… — прошептал он, глядя на её крошечные черты. — Она… она похожа на него.
Я кивнула, чувствуя, как сердце болезненно сжимается.
— Да… У неё его глаза.
Аэрин тихо выдохнул, слегка покачивая девочку, и его взгляд смягчился.
— Эмир бы… Он бы обезумел от счастья, если бы знал…
Я отвела взгляд.
— Я только и думаю об этом… Но не знаю, как он воспримет её, когда узнает.
Аэрин взглянул на меня, и в его глазах промелькнуло что-то твёрдое, уверенное.
— Он должен узнать, Лилиана. Почему ты не сообщила ему?
— Отец запретил распространять эту информацию, — тихо ответила я. — Он боялся за нашу жизнь.
Аэрин посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на малышку, и его лицо смягчилось. Увидев его тёплую улыбку, Элеонора, словно чувствуя что-то родное, тоже улыбнулась в ответ.
— Но почему ты не сказала мне? — спокойно, но с лёгким укором спросил он. — Она наша кровь, Лилиана. Скрывать её от нас — это неправильно.
Я опустила глаза, чувствуя вину.
— Знаю, Аэрин… Просто… — я тяжело вздохнула. — Мне даже в голову не пришло, что должна сообщить тебе. Прости.
Аэрин долго смотрел на малышку, словно не веря, что держит в руках частичку своего брата. Его пальцы осторожно, почти робко коснулись её крошечной ручки, и Элеонора, не боясь, сжала его палец в своей миниатюрной ладошке.
— Ты только посмотри на неё… — прошептал он, улыбаясь. — Такая крошечная, но уже сильная.
Я наблюдала за ним, и внутри меня что-то защемило. Аэрин был похож на Эмира не только внешне, но и в этих нежных, пусть и неуверенных, движениях.
— Она чувствует тебя, — сказала я, глядя, как Элеонора внимательно смотрит на него своими огромными глазами. — Ты ей нравишься.
Аэрин тихо рассмеялся, нежно поглаживая её щёчку.
— Никогда бы не подумал, что смогу вот так держать ребёнка, а тем более свою племянницу… — он покачал головой, а затем, чуть понизив голос, добавил: — Эмир бы с ума сошёл от счастья…
Я отвела взгляд, сжимая руки в кулаки.
— Я знаю…
— Ну что ж, вскоре он её увидит, — сказал он мне с улыбкой на лице. — Мы одержали победу!
Я замерла, словно время остановилось. Слова Аэрина эхом отозвались в голове, но я не могла их осознать.
— Что?.. — мой голос прозвучал едва слышно, будто не мой собственный.
Аэрин всё ещё улыбался, глядя на Элеонору с какой-то новой, искренней радостью, но я… я не могла дышать.
— Мы победили, Лилиана. Всё кончено.
Я сделала шаг назад, потрясённо глядя на него.
— Нет… ты… ты сейчас серьезно?
Сколько ночей я провела в страхе? Сколько раз просыпалась в холодном поту, уверенная, что услышу худшее? И вот теперь — просто так, словно гром среди ясного неба, он говорит мне, что всё закончилось?
— Да, — снова улыбнулся он, смотря на меня, — Я приехал забрать тебя.
Сердце забилось быстрее, и я невольно прикрыла рот рукой, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Я не могла поверить своим ушам, но по его лицу было видно, что он искренен. Слёзы радости покатились по щекам, и я, наконец, могла отпустить всю ту тяжесть, что накопилась за время разлуки.