Чтение онлайн

— И что же он делает? — вкрадчиво спросил Валдор, голос которого стал ниже обычного.

Случайно встретилась глазами, и меня начало затягивать в их темнеющую бездну, закручивая в светлых вкраплениях. Голова пошла кругом, и я навалилась на стену. Упала бы, но рука мужчины мягко легла на поясницу, придерживая.

Создатель, как же не хватало этого. Опоры.

Я уже осознала, что растеряла весь гнев, растворяясь в объятьях. И хотелось большего, чем заключенные в красную кожу пальцы на спине. Ближе, плотнее.

Едва смогла заставить себя ответить, медленно, слово под дурманом, произнося слова.

— Он и вовсе глупец, не знает, как сильно за него переживала, когда кардинал сказал что знает…

Договаривать не стала, увидев, как расширились его зрачки, как втянул воздух, словно готовясь что-то возразить и, обхватив руками, впилась ими в плечи. Не ведая, что творю, потянула к себе, заставляя наклониться. Тело больше мне не принадлежало, оно непреодолимо тянулось к стоящему рядом мужчине.

И он подчинился, медленно и недоверчиво, позволяя увлечь себя.

Но движения его губ было уверены, он целовал жадными горячими касаниями, вдруг ворвавшись языком и лаская мой.

Бешеный вихрь чувств заполнил меня изнутри, грозя взорваться, я не в силах была не удивляться, ни возмущаться его вольности. В них больше не было целомудренности, он не пытался осторожничать с пугливой девушкой. А я ею не хотела быть.

Меня захватили чувства, которых раньше не знала, и не думала, что способна ощутить.

Словно как и я, он кричал глубоко внутри, вбивал в меня вместе с воздухом своего дыхания, что вот это настоящее, то чего мы давно ждали. Наконец, ощутила, что не одинока в своих переживаниях.

Нам едва хватало духа, со стремительно нарастающей страстью он целовал лицо. Мои руки, скользили по жестким волосам, прикусывая мочку уха, чувствуя, как его пальцы сжимают талию и спускаются по спине.

— Эми.

Мир качался, захватывая пьянящим счастьем.

— Не здесь, — чуть отстранившись, касаясь его шеи, в хмельном бреду я.

Схватив за руку, потащила инквизитора в сторону своей спальни. Благо по дороге никто не встретился, иначе долго судачили бы о растрепанном виде, припухших губах и беспорядка в одежде.

— Прости меня, — произнесла я отрывисто, когда ворвались в мою спальню.

— За что? — мужчина спросил, не отрываясь от уже освобожденной кожи, спустив с плеча платье.

— Что засомневалась в тебе и ушла. Добровольно.

Я поддавалась навстречу, Валдор все же сказал с усилием:

— У тебя были на то веские причины, — в очередной раз на секунду захватил мои губы и, отстранившись, сказал: — А Пирс подонок, ты с ним не могла бороться.

Тут спорить не стала, потому что Валдор, умело разобрался с корсетом и платье едва держалось на мне. Я слегка сжала его плечи, заставив на себя посмотреть.

— Ты виделся с кардиналом?

— Нет, он отправил меня к стене, и видимо хотел устроить героическую смерть. Достойный поступок, как думаешь?

Я рассмеялась той легкости, с какой он пожаловался на попытки его убить.

— Но зачем ты здесь? Хочешь убить кардинала?

— Если придется. Эми, мой пугливый мышонок, я здесь ради тебя. И мне придется кое-что тебе объяснить. Я встретился с Малькольмом, тем самым, поймавшим нас в нижнем городе.

— Ты знаешь? — спросила я тихо, давая ему самому ответить.

— Что ты фолинтийка? Да. И что лишь тебе под силу соединить разбитый Источник и уничтожить стену.

Я опустила голову, собираясь присесть и осмыслить, но мужчина не дал. Он подхватил меня. В глазах Валдора плавилось желание. Он дернул последнюю застежку, послышался треск ткани. Наплевав на платье, потянулась к его рубашке.

— И что все это не важно. В этот раз я присмотрю за тобой. Обещаю.

Пальцы сами потянулись к его груди, касаясь горячей кожи. Я отодвинула мешавшую одежду, ощущая, как быстро колотится сердце и позволила увлечь на кровать.

С Валдором страха не было, все казалось правильным. Ни на миг не приходилось притворяться, нежась в ласках, забывая, что за стенами этой комнаты есть мир.

Были лишь я и он. Переплетались в объятьях. Цепляясь за разгоряченную влажную кожу, впиваясь ногтями, оставляла белые полосы на теле.

Хотелось кричать, но воздуха едва хватало на рваные стоны. Реальность терялась в наслаждении. В блаженной неге заснула в объятьях, не чувствуя веса наших тел.

Поздней ночью часы в гостиной отбивали свой счет, ощутила движение в комнате. Борясь со сном, все еще державшим в тумане сознание, открыла глаза, но встретила лишь кромешную тьму. Чужое присутствие стало сильнее. На меня смотрели в упор, очень близко.

Вдох-выдох. Вдох.

За стуком своего сердца расслышала вторящее ему дыхание постороннего и окончательно проснулась, подскакивая на кровати и набирая воздуха, чтобы кричать.

— Тш-ш-ш… Эми, это я.

Голос знакомый. Теплый, ласкающий слух, внушающий безопасность.

— Валдор!

Сердце провалилось от переизбытка эмоций. Мне не приснилось. Я обхватила его плечи, прижимаясь лбом и так и стояла на коленях на кровати.

— Ты хотел задушить меня во сне? — поинтересовалась я.

— Что ты…Что? — возмущенно воскликнул он, уставившись на меня, и вдруг рассмеялся. — Эми, откуда такие мысли?

Насупившись, притянула одеяло, кутаясь и села.

— Пожил бы ты тут полгода, и ни такие идеи пришли бы в голову. Уходишь?

— Чуть позже. И я не хотел тебя пугать, мышонок. Но нужно поговорить. Боюсь, что Август долго ждать не станет. Ты для него опасна, хоть и полезна. Что он велел тебе сделать?

— Заставить Грегора обвинить фолинтийцев. Ты знаешь, их заперли в подземных казематах и боюсь, что пытали. На днях я спустилась низко-низко, почти до поста охраны и слышала крики. А ведь с ними была та девушка, Малена. Думаю, и ее не пощадили.

— Кардинал не делает скидку на слабый пол.

Я возмущенно качнула головой.

— Она не слабая. Мне бы хотелось стать такой же: сильной и уверенной одаренной. А не преступницей и лгуньей.

Валдор вдруг оказался ниже меня, став на колени и сжав руки своими. Я ощутила тепло его шероховатой, загрубевшей от меча кожи. Пальцы сами заскользили по ней, переплетаясь, вырисовывая только мне ведомые узоры, обводя линии.

— Эмилия Винтерс, ты сама сильная женщина в этом королевстве. Никому не пожелаю такой силы и такого бремени, но тебе не дали выбора. И то, что ты все еще жива, говорит о тебе все.