Заложница
Шрифт:
Ее сердце взлетело.
Холлисворт так долго заставлял ее чувствовать себя никчемной. В этот момент не имело значения, что они потеряли руду и их план рухнул, Ева чувствовала себя ценнее всех драгоценных элементов во вселенной.
— Я… ты мне тоже небезразличен. — Сначала робко, но с каждым словом признание давалось все легче. — Даже если я не должна. Даже если каждая здравомыслящая часть меня кричит, что это безумие — ценить здесь что-то, кроме собственного выживания. Я не могу остановиться. — Она подошла ближе, подняла руку и прижала ее к его сильной, красивой, покрытой синяками челюсти. — Даже если это худшая идея во вселенной, я не могу вытеснить то, что чувствую к тебе.
В его взгляде вспыхнули тепло и боль.
Она поняла. Их совместное признание изменило все и не изменило ничего.
Он прикоснулся губами к ее ладони, глубоко вдыхая.
— Что ты со мной делаешь?
— То же, что и ты со мной, — прошептала Ева.
Тепло его полных губ обжигало ее ладонь, разжигая ответное пламя в глубине живота.
— Я не хочу тебя потерять.
Она придвинулась ближе.
— Тогда не отталкивай меня.
— Я позволил эмоциям управлять собой в шахтах, и из-за этого Карвтер погиб. Руда пропала. Я подвел всех нас.
— Смерть твоего товарища по команде — дело рук Холлисворта, больше никого. — Она чувствовала себя стервой, вымещая свое горе из-за потери руды на Валдусе, единственном человеке, который заслуживал только ее похвалы. — А остальные все еще стоят. Готовы сражаться. — Он проявил силу, когда она дрогнула и нуждалась в нем. Теперь настала ее очередь. — Мы что-нибудь придумаем. Здесь выживают, казалось бы, хрупкие существа. Ты сам говорил мне об этом. Мы тоже сможем.
— Какая смелость. — Он притянул ее к себе. Погладил ее висок. — Если бы ты знала, что у меня на уме. Если бы знала, что я хочу с тобой сделать. Перекинуть тебя через плечо. Украсть тебя. Оставить только для себя. К черту миссию. К черту побег. К черту наш договор. К черту все, кроме того, что ты чувствуешь в моих объятиях.
Желание пронзило ее насквозь. Не из-за горячки, а из-за самого мужчины. Еще один новый, необычный опыт.
— Но ты не сделаешь этого, — наконец сказала она, и голос ее окреп от абсолютной уверенности. — Потому что ты тоже нужен своей команде. Потому что они — все для тебя.
— Не все. — Его глаза потемнели почти до черноты. — Уже нет.
Сердце заколотилось.
— Прикоснись ко мне, Валдус. Сотри с моей кожи все, кроме себя.
Он издал слабый стон, но его губы замерли, не дотянувшись до ее губ.
— Ты заставляешь меня забыть обо всем, кроме тебя. — Он покачал головой, в его взгляде вспыхнуло веселье. — Но не в этот раз. Я хочу тебе кое-что показать.
Обхватив ее запястье рукой, он пробрался в небольшое низкое треугольное пространство между двумя большими камнями.
Подняв голову, Ева задохнулась.
Жидкость лилась из большой трещины под потолком и стекала по скалистой стене. Водопад. Она читала о них, но на Новой Земле воды было так мало, что те источники, что когда-то существовали, исчезли. Белла клялась, что видела такой на Драгаш-25. Еве не повезло.
До сих пор.
— Это… это потрясающе. — Когда она оказалась на подступах к водопаду, успокаивающие брызги заплясали по ее лицу. Влажные. Слишком горячие. Но тем не менее восхитительные. Подняв подбородок, Ева позволила им покрыть волосы, ресницы и кожу. Брызги скатывались по щекам. По подбородку. Каждая капелька — чистое блаженство.
— Я хотел показать тебе кое-что особенное. — Он притянул ее к себе. — Чтобы доказать, что здесь не только ужас и смерть.
— Как такое возможно, — она не сводила с него взгляда, прижимаясь губами к его шее, — если ты рядом?
— Думаю… — он тяжело сглотнул, — кажется, ты собираешься меня сломить.
Кровь из его виска смешалась с водой, стекая по шее и груди.
Если бы только Ева могла так же легко стереть бурю в его глазах.
— Или собрать тебя заново. — Она провела кончиком пальца по его челюсти. — Мы что-нибудь придумаем, — настаивала она. — Вместе.
Валдус вздохнул полной грудью.
— Он никогда не получит тебя.
Их губы встретились в яростном порыве. Языки. Зубы. Дикие. Неистовые.
Они так и не разрешили возникшее между ними напряжение, не определили, было ли то, что росло между ними, вызывающей беспокойство слабостью или чудесной силой, но в тот момент Еве, похоже, было все равно.
Большие руки скользнули к ее заднице, приподняли ее, прижимая ее тело к толстой эрекции, и погрузили под мощные брызги. Вода, бьющаяся о ее плечи, только усиливала возбуждение, бурлившее в венах.
— Иногда не могу поверить, что ты настоящая. — Его глаза стали еще более синими на фоне потемневших от воды острых ресниц. — Настоящая и в моих объятиях.
— Настоящая и жаждущая тебя. — Промокшая униформа прилипла к ее коже, очерчивая твердые соски, но в то же время она оказалась досадным барьером, ограничивая ощущения и усиливая желание оказаться кожа к коже. Содрать все слои между ними. Соединиться без всяких ограничений. Очиститься изнутри и снаружи. Возродиться. Незапятнанной.
Ева и представить себе не могла, что ей захочется чего-то подобного, когда технология Холлисворта все еще находилась внутри нее, и все же в этот момент чувствовала себя почти свободной.
— Мне нужно, чтобы ты прикоснулся ко мне. — Она потянула себя за рукав. Погладила плечи.
Со стоном Валдус провел губами по впадинке ключицы, поглаживая ее кожу, пока его руки скользили по ее рукам и бедрам — эротический шок от прикосновения его голой влажной плоти к ее.
Руки Евы повторяли движения его рук, прикасаясь к нему везде, где только можно. Везде, где она так долго мечтала это сделать. Смелая, как никогда раньше.
Он ухватился за переднюю часть ее форменного комбинезона, раздвигая его.
От прикосновения воды к обнаженной груди Ева ахнула. Кровь прилила к коже, усиливая ее чувствительность во сто крат.
Одна капелька прилипла к ее сжавшемуся соску. Валдус провел по нему языком, а затем сомкнул губы, и теплое прикосновение его губ стало эротическим контрастом, который заставил ее взлететь.
— Да. Вот так. — Она вцепилась в волосы, выгнув спину. — Войди в меня, пожалуйста. Ты мне нужен.
Он многое взял, пока они были вместе, да. Но дал ей еще больше. Показал ей столько всего, о чем она и не подозревала.