Заложники Света
Шрифт:
Тиберий промолчал, глядя на свиток.
– Здесь отмечены ловушки, о которых демоноборцы, или как они там себя называют, не знают. Возьми и постарайся сделать так, чтобы он поверил тебе.
– Ты хочешь убить их?
– Я хочу спасти безумицу. Она мне еще нужна. Твоему брату повезло, заодно уцелеет он и компания ненормальных заговорщиков. Если ты возьмешь план, – турвон кивнул на свиток, – они смогут бежать. Если нет – погибнут все. И твой обожаемый Гай тоже. Кажется, ты отдавал свою жизнь ради того, чтобы спасти его? Рискни еще раз. Тебе терять нечего. Ему тоже.
Демон изобразил любезную улыбку и растаял. Несколько минут Тиберий стоял, не двигаясь, тупо глядя на свиток, потом наклонился, поднял меч и вышел из храма. Почти выбежал, припадая на больную ногу.
Гай вернулся домой под вечер. Примчался, на ходу стягивая забрызганную кровью трабею, бросился в свою комнату и был остановлен властным голосом Тиберия.
– Брат, зайди ко мне!
Преторианец остановился. Оглянулся с мукой на лице.
– Это срочно? Понимаешь, я очень тороплюсь.
– Зайди ко мне.
– Ну, хорошо. Только быстро. У меня очень важное дело. Жизненно важное, я…
Он замолчал, увидев выражение лица Тиберия. Быстро вошел в библиотеку, закрыл дверь.
– Что случилось?
Гратх протянул ему свиток. Всего полчаса назад он решил, что отдаст план Гаю. Не потому, что выполнение приказа давало еще несколько дней, а может и месяцев жизни. Просто он, после долгих мучительных раздумий, осознал до конца – ни к чему турвону придумывать сложный и нелепый план убийства демоноборцев. Он вполне мог казнить Арэлл завтра. Помогать ей бежать, чтобы убить во время побега? Не логично. Хотя демонская логика непостижима.
Увидев, что в бумагах, Гай просиял. Буквально засветился от счастья.
– Спасибо! Я никогда этого не забуду.
Он порывисто обнял брата, потом также внезапно оттолкнул, как будто устыдившись своего порыва, и выбежал из библиотеки, крепко сжимая пергамент в кулаке.
«Может быть, я отправляю его на смерть, – устало подумал трибун. – А может – спасаю. Вот только кого? Его или себя?»
Он устал сомневаться, ждать, надеяться. Пусть все будет так, как будет. Тиберий добрался до своей спальни. Отказался от ванны, отослал рабов и упал в постель. Уже засыпая, слышал, как застучала лошадь подковами по мостовой. Гай помчался спасать свою возлюбленную. «Я бы должен пойти вместе с ним, – подумалось сквозь сон. – Или хотя бы волноваться за него. Не находить себе места, метаться по комнатам и рвать остатки волос на голове». Гратх улыбнулся, тоже во сне, и провалился в полнейшую темноту.
Разбудило трибуна ощущение чужого присутствия в комнате. И шорох.
– Гай, ты?
Он приподнялся, вгляделся в темноту. Пять теней. Одна из них выступила в полосу лунного света, и Тиберий увидел, что человек одет в красную кожаную тунику. Жрецы-убийцы темного храма.
– Великий Некрос не дождался свой жертвы, – произнес один из них, и в его руке блеснула бронза.
Неожиданно Тиберию стало весело. Спокойно.
– А не пошел бы ваш Некрос… – дальше он с удовольствием пояснил, куда именно нужно пойти Повелителю и что там сделать. В подробностях. Подумал мгновение и добавил, имея в виду уже турвона. – Обманул все-таки, подлец!
Схватил меч, лежащий на прикроватном столике, вскочил с ложа. Перед глазами мелькнул призрак Арэлл, бросающейся на жрецов. Бесстрашная самоубийца. Чем он хуже нее?!
Оказалось – хуже. Годы не те. Пора молодости и великих сражений, когда он не отпускал меча от зари и до заката, разом справляясь с четверкой опытных бойцов, уже давно прошли. Сейчас он был менее проворный, сильный и выносливый, чем Арэлл. Да, у него было то, чему никогда не появиться у этих падальщиков – опыт старого солдата. Но опыт – это еще не все.
Говоривший устремился вперед, к народному трибуну, который ожидал своего врага, держа спату острием вниз. Прислужник Некроса напал молча, занес над головой тесак, и спустя мгновение упал на кровать с разрубленным горлом, заливая кровью льняные простыни и покрывала.
– Ну? – С издевкой спросил у четверых оставшихся убийц Гратх.
Теперь его атаковали двое. Судя по всему, близнецы – невысокие, гибкие и проворные. Двигались они гораздо лучше своего товарища, да и опыта в схватках у них, похоже, было побольше. Спальня наполнилась звоном бронзы. Тиберий успешно отразил первую атаку, не дал себя прижать к столу, затем тяжело ранил одного из противников. Спата ударила зазевавшегося жреца по лицу, рассекла кожу, и лишила человека части носа.
Но потом проклятая нога предала Тиберия. Колено словно пронзило острое ледяное копье. Гратх потерял равновесие и упал. Встать он не успел. Тесак второго близнеца вспорол левый бок. Народный трибун не почувствовал боли. Лишь разочарование, что все кончилось так быстро. Он выбросил свой меч вперед и вверх, услышал вскрик, понял, что попал в бедро. На лицо брызнула чужая кровь. Оставив верную спату, народный трибун пальцами вцепился в упавшего противника, раздирая ненавистное лицо, выдавливая глаза. Сейчас он был похож на рэймского боевого волка, из тех, что участвуют в сражениях вместе с солдатами. Он следовал закону волков. Даже умирая – убивать врага, рвать горло.
Двое оставшихся на ногах прислужников наносили ветерану рану за раной, но он не чувствовал их. Перед ним был враг, а все остальное – неважно. Тиберий Гратх, народный трибун Рэйма умер молча, на теле одного из своих убийц.
Этим исполнились сразу две его мечты. – Он погиб в бою, и не отдал душу демонам. Чего еще можно желать?
Глава 11Путь к свободе
В доме Марка было темно. Спит или прячется. А, может, любящая тетушка связала его по рукам и ногам, положила в теплую кроватку, чтоб не сбежал. А в рот засунула соску, чтобы не плакал.
Атэр колотил в запертую дверь тяжелым медным кольцом до тех пор, пока не послышались шаги и голос привратника не заблеял:
– Кого несет в столь поздний час?
Хореем заговорил, болван, от страха? Или у лучезарной Поппии все рабы научены изъясняться стихами?
– Атэр к лурию Маркосу, – подавляя гневные спазмы в животе выговорил эллан.
– В ночное время дом закрыт для визитеров, – елейно отбрил доморощенный поэт.
– А ну, открывай живо! – заорал Атэр. – А не то заложу всю вашу семейку храмовникам. Как укрывателей жертвы Великого Некроса!
Дверь распахнулась спустя минуту. В проеме появился встрепанный Марк. Схватил эллана за плечо и, втащив внутрь, зашипел прямо в лицо, обдавая несвежим после сна дыханием:
– Ты чего орешь?! Совсем ума лишился?! Какая жертва?! Какие укрыватели?!
– Арэлл в тюрьме. – Когда хотел, Атэр умел быть спокойным, хотя это стоило немалых душевных сил.
– Маркос, дорогой, что за шум? Кто к тебе пришел?
На верхней галерее появилась тощая фигурка, замотанная в тогу. Видимо драгоценная тетушка выползла посмотреть, не убивают ли (еще чего недоброго!) ее обожаемого племянника.