Заложники Света
Шрифт:
– Сначала проверим харчевню на Старой улице, – распорядился Серентий, главный в нашей компании.
– Проверить харчевню, я никогда не прочь, – радостно отозвался вечно голодный Камилл, поправляя шлем, съезжающий на глаза.
Я был полностью с ним согласен, но не смог отказать себе в удовольствии разочаровать разохотившегося коллегу.
– Особенно не радуйся. Бесплатно поесть не дадут.
– Знаю, – отозвался тот уныло, и, стараясь не сбиваться с размеренного ритма наших шагов, потопал рядом.
Старая улица была застроена относительно новыми, как ни странно, домами. Каменный низ, деревянный верх. Некрасиво, но добротно. То, что ценят купцы, а не аристократы.
Наш начальник хмуро и значительно поглядывал на каждого встречного, успевая сквозь зубы муштровать обоих своих подчиненных: «Камилл, подтяни живот! Гэл, прекрати ухмыляться! Хватит пялиться на девок!» Так под однообразное брюзжание и стук сандалий по камням мы дошли до харчевни.
Заведение оказалось из приличных. Сюда не пускали, кого попало. Но мы, само собой, бравые солдаты городской когорты всегда были желанными гостями. Только в этот раз рассчитывать на бесплатную выпивку не приходилось.
Внутри оказалось полно народа, мы едва протиснулись между распаренными, шумными горожанами. Некоторые, увидев наши свирепые физиономии и вооружение, расступались сами, другие просто не заметили, что в харчевню зашли стражи порядка, кое-кому пришлось заехать локтем, чтобы освободили дорогу. Впрочем, неадекватная реакция людей была оправдана. Я сразу почувствовал неприятное покалывание в основании шеи. Где-то поблизости ошивались демоны, причем не самого последнего разряда. Один очень могущественный Высший, и несколько – рангом поменьше. Впрочем, теперь, с моей идеальной маскировкой, можно было не опасаться разоблачения, и я расслабился, принимаясь осматриваться. Да, так и есть. Сидят за столом в человеческих образах, попивают вино и нагло посматривают по сторонам. Везет мне в последнее время на знатных родственничков. И у одного из них подозрительно знакомая физиономия избалованного жизнью аристократа. Тот самый, из дворца.
Я незаметно толкнул в бок Камилла, и указал взглядом на темного.
– Это кто? Вон тот, в поясе с рубинами?
Парень вытаращился на меня так, словно я сморозил неслыханную глупость.
– Сбрендил?! Это же Великий Некрос. Хозяин Рэйма.
Да, действительно, глупость. Каждый должен знать в лицо высочайшего повелителя.
– Да, точно… не узнал… в человеческом образе.
– А ты его, что, в демоническом видел?!
Пожалуй, самое время прикусить язык. А то сболтну еще что-нибудь лишнее. Я сделал вид, что не расслышал вопроса, засмотревшись в другую сторону.
Вот там, действительно, намечалось кое-что забавное. Посередине зала стояла здоровая клетка размером приблизительно шесть шагов в длину и шесть в ширину. В таких обычно перевозят диких зверей. Но сейчас вместо тигров я увидел внутри двух занятных рэймлян.
Один довольно потрепанный, в потертой, а местами и дырявой тоге, тощий, как будто весь состоящий из углов и ломаных линий. Другой поприличнее – круглый, гладкий, смахивающий на масляный блин. Его лысина, щеки, даже веки лоснились и жирно поблескивали. Оба господина держали в руках короткие дубинки и поглядывали друг на друга весьма агрессивно.
– Отлично, – пробормотал Серентий, энергично проталкиваясь в первый ряд. – Еще не начинали.
– Что не начинали? – Я не отставал от него, а Камилл спотыкался сзади, цепляясь за мой пояс.
Начальник издал звук, напоминающий нечто среднее между смешком и хрюканьем.
– Поединок. Так это называется.
– Ничего не понял, – признался я честно.
– Ну, ты… – Он не определил вслух степень моей умственной неполноценности, только головой покрутил. – Вон тот, худой и облезлый – литератор. Толстый – философ. Сейчас будут друг друга дубинками охаживать, кто победит, того накормят бесплатно. А, может, и обоих. Это уж как Его Могуществу захочется. Тут каждую неделю всякие писаки. Горожанам нравится. Народ приходит пообедать, и посмотреть, как знаменитые личности один другого колотят. Харчевне прямая выгода.
– Да, неплохо придумано.
Похоже, с чувством юмора у Некроса все в порядке. С невольным уважением я глянул на его скучающую холеную физиономию. Хозяин Рэйма отпил еще вина, сказал что-то своим спутникам и махнул рукой в сторону «дуэлянтов». И сейчас же литератор с философом взмахнули дубинами.
В первые несколько минут было забавно наблюдать, как они бегают по клетке, натыкаясь на стены и неуклюже тычут друг в друга своими палками. Но потом я вдруг понял, что мне очень хочется отвести взгляд в сторону, например на барельеф, висящий на стене. Люди подбадривали дерущихся бодрыми криками, смеялись, делали ставки. Особым уважением зевак пользовался поэт, более шустрый, чем его толстяк-собрат. И, видимо, гораздо более голодный.
Как-то гнусно все это, мелко. Недостойно звания Хозяина искать развлечений в глумлении над нелепыми смертными. Да, вот так и вспомнишь одну из любимых фраз Энджи – мир изменился, а мы нет. Невольно чувствуешь себя древним ископаемым. Буллфер, конечно, драл с людей три шкуры, его эгоизм достигал невероятных размеров, а коварство не знало границ. Надо было так задурить голову ангелу, что тот до сих пор бродит по земле, помогая ему! И все же мой босс никогда не опускался до потех столь низкого пошиба.
Похоже, Некросу доставляла удовольствие не столько нелепая драка, сколько реакция людей, их нездоровый азарт, возбуждение, агрессивная радость. Демон снисходительно, с легким презрением посматривал на своих подданных. И неожиданно его взгляд, метнувшись в сторону, встретился с моим взглядом. Наверное, выражение моего лица чем-то отличалось от лиц остальных посетителей, потому что в сузившихся глазах Высшего появился интерес. Он повернулся ко мне всем корпусом и поманил к себе.
– Давай иди! – Серентий толкнул меня в спину. – Не видишь, Его Могущество зовет. Повезло дураку! Наруч поправь, лишнего не болтай, и ради всех богов прекрати ухмыляться!
– Да, мамочка, – пробормотал я, отпихивая его заботливую руку.
Властелин Рэйма внимательно осмотрел меня. От верхушки простого шлема до грубых тяжелых сандалий. А я поймал себя на том, что в свою очередь разглядываю его с недопустимым жадным любопытством. Это был первый Высший демон, с которым я общался лично за последние несколько тысячелетий.
– Я тебя помню, солдат. – Голос у него был низкий, звучный, хорошо поставленный. Интонации, естественно, властные. И память хорошая. – Откуда ты?
– Нумидия, господин, – спокойно соврал я. Взгляд Некроса настойчиво вползал в мою душу, но не видел ничего кроме виртуозно наведенной человеческой сущности. Его демонические приятели тоже пялились на меня, и, конечно, тоже не чувствовали ничего подозрительного.
– И я помню, где видел тебя. Во дворце. Что простой солдат из городской когорты делал в резиденции императоров?