Чтение онлайн

Сон слетел с него так быстро, я аж подпрыгнула. Вот и вскрылись его эмоции, но сейчас новая идея уже поглотила меня, и требовалось его согласие.

– Но почему? Почему мне не стоит ею быть?

– Вы что сейчас, серьёзно?

Обида возродилась во мне мгновенно, но я держалась.

– Вполне серьёзно.

– То есть вы хотите, чтобы все решили, что моя жена не получила отменного образования? Я не могу этого допустить!

Я растерянно молчала, боясь неудачно высказаться.

– Как вы вообще себе это видите?!

– Ну вы же ректор, вы придумаете…

– Да? И какая же сплетня о ректоре вам больше по душе? «Ректор женился на своей студентке» или «Ректор узнал о недостаточной образованности леди Терринс только после свадьбы»?

– Но…

– Нет. Даже слышать не хочу.

– Но…

– Об образовании приличествует думать до брака, а не после.

– Значит, вы хотите, чтобы, как подобает леди, я надменно сидела в четырёх стенах вашего дома?

Отвечать он не стал, но было видно, что его бы это устроило.

– Ну, дайте хотя бы пропуск в библиотеку!

– Чем вас не устраивает моя? Здесь есть, что почитать.

– Значит, мне придётся экономить всю оставшуюся жизнь? Мне придётся читать о-очень медленно, зная, что я так безжалостно ограничена! А я так не умею.

– И потому вы хотите ограничить меня?

– Чем же?

– А много вы знаете мужчин, чьи жёны поселились у них на работе?

– Но вы сами у себя поселились! Вы живете в глуши, у меня нет альтернатив!

– О, я непременно вам что-нибудь придумаю. Но про учёбу можете забыть!

Фыркнула.

– Пожалуйста: слуги доставят вам нужные книги.

Он довольно скрестил руки на груди.

– А те, что нельзя выносить из читального зала? Обычно наибольшая ценность содержится именно в них.

Он рассвирепел. Я вздохнула.

– Если вы боитесь, что вашу жену сочтут необразованной, то я хорошо справлюсь, я уверена.

– Исключено.

– Но я уже была на лекции профессора Данвурда, и он оценил мой интеллект и знания и…

– Это моя оплошность, мне не стоило оставлять вас.

– Я бы не стала менее способной, избежав встречи с ним!

– Знаете что, я теряю последнее терпение. Если профессор уже оценил ваш ум, то вам этого и должно быть достаточно! Он незаурядный учёный, смею заверить, и его похвала дорогого стоит. Но вот прочее общество далеко не так проницательно. Так что забудьте ваши глупые идеи о том, что вам якобы нужно учиться, и спите.

– Общество или вы? – уточнила я, ведь не только его терпение было потеряно.

– Вы хотите, чтобы я окончательно превратился в зверя?

– И что тогда? Съедите меня?

– А разве это напугает вас больше прочего?..

Он плавно повёл руку по моей ноге под одеялом и наклонился ко мне так, что вмиг стало страшно.

– Спать так спать, – покорно согласилась я, – Вы правы. Подобный разговор и впрямь может подождать до утра.

Я поспешно отвернулась и хорошо укрылась вновь, подоткнув одеяло между нами.

– Нечему ждать.

Я лишь пожала плечами и сочла разумным не отвечать. Неадекватно он сегодня реагирует. Может, тоже перенервничал? Наверное, не стоило злить ректора единственной академии в округе. Но не моя вина, что он невыносим!

Видя, что я больше не настаиваю, ректор уснул по-военному быстро. Вскоре и я забылась крепким, но немного тревожным сном.

Почти сразу я оказалась на уже знакомой поляне. Медведь стоял метрах в двадцати и словно силился мне что-то сказать. Но не мог. Я села на колени и запустила руки в сочную траву, пытаясь нащупать нити, сквозящие в ней. Но они убегали из-под пальцев и не давали себя схватить.

Вдруг трава собралась в холодный щит, который оттолкнул мои руки. Поднялся сильный ветер, нагнал тяжёлые тучи. Я вскочила на ноги. Ветер гнал меня прочь, хотел оторвать от земли, в которой была моя сила. Я оглянулась на медведя, моля его о помощи, но его нигде не было, а на том месте, где он недавно стоял, был обрыв.

Я подобралась ближе и заглянула вниз. Там пропасть пожирала лес, ставший из могучего таким беспомощным. Пустота грызла его, откусывая куски и бросая вниз в открывшуюся на дне пропасти воронку, кидала на растерзание вечности, уничтожая его до самого источника.

Воронка полыхнула огнём, с уже знакомым зелёным оттенком, и потянулась ко мне. Я резко отпрянула, сорвалась вниз, ухватившись за край обрыва. Не хочу падать! Неужели я исчезну вслед за лесом?

Руки ректора вытянули меня, вернув на землю, и прижали к себе. Пропасть растворялась, огонь мерк. Только его руки продолжали сжимать мои плечи. Мне же больно, хватит!

Я проснулась. Сильно хотелось пить. Ректор спокойно спал рядом. Свет луны забрался в комнату и почти дополз до кровати. Я вздрогнула и попыталась отогнать гнетущее впечатление от сна.

Села, свесив ноги, и вздохнула. Как я оказалась в это втянута? Мне нет ещё и двадцати, а я по случайности решила всю свою судьбу.

Встала, прошлась босыми ногами до окна и со злостью задёрнула шторы. Да и возможна ли вообще жизнь после брака? Мне что сидеть дома и…

Обернулась и не знаю, как смогла сдержать крик. В комнате сидел медведь.

Рохфос. Надо приучиться называть его по имени, тогда в другой раз будет не так страшно.

Я неодобрительно посмотрела на него. Он фыркнул и горестно вздохнул. Я мотнула головой, приглашая его за мной на кухню.

В отсутствии домашней обуви были свои плюсы, например, бесшумность. Но и минусы, стоило моей ноге наступить на землю, оказались существенны. Я посмотрела вниз и тихо охнула, заметив, как сильно успел наследить на лестнице мой гость. И что я отвечу, если ректор спросит? Притвориться, что я следов не вижу и отпираться до последнего? Грязь-то вполне материальна, а значит, у меня должна быть как минимум истерика! Ну, Рохфос…

Оставила его сидеть у кухни и затёрла пол начиная со спальни. Последними стали его лапы. Что ни ночь в этом доме – то приключение!

– Ну и что ты хочешь мне сказать? – устало обратилась я к медведю, зажгла светильник и налила себе воды.

Тот лишь беспомощно посмотрел в ответ.

– Так, подожди, не двигайся, – попросила я, вспоминая, как мама это делала.

Я сосредоточилась, закрыла глаза и положила ладони ему на лоб. Облако его мыслей было чуждым и жёстким. Очень непривычно. Я подцепила одну мысль за край и попробовала потянуть на себя. Мои руки словно окатили кипятком, я в ужасе их отдёрнула и принялась на них дуть. Голова закружилась, мне не хватало воздуха. Подбежала и распахнула окно. Живительный прохладный воздух начал неспешно переваливаться через подоконник. За спиной послышался тихий скулёж.