Чтение онлайн

У основания огромного каменного моста через Ярую торговля не идёт, я больше привлекаю внимание собравшихся у опор русалок в венках из кувшинок. Вода вокруг них из-за света факелов кажется огненной. Посидев немного, ищу следующее место.

На причале такая толкотня, что и думать нечего о том, чтобы рассесться там с коробом. Путь в восточную часть Наружного города перекрывают знакомые стражники, по-прежнему ищущие кого-то в толпе.

Только у рыбных рядов косоглазая девушка просит погадать на суженого.

— Даже она думает о браке, — бубнит на ухо Жор.

К счастью, за годы совместной жизни я научилась не обращать внимания на его слова, иначе его занудные увещевания сегодня свели бы меня с ума.

Едва девушка, одетая в довольно неплохое платье, касается колоды карт, те наполняются теплом. Мои пальцы покалывает от волшебного ощущения соприкосновения с нитями судьбы. Девушка наклоняется ниже, серьги со стекляшками покачиваются в её ушах почти в такт весёлой мелодии скрипки.

Прикрыв глаза, ощущаю, как скапливается вокруг нас магия, а нити судьбы отзываются на зов карт в моих руках, помогают их перемешивать, переплетаются с пропитанными магией сердцевинами.

— Вижу твою жажду узнать истинного суженого, — понизившимся голосом вещаю я, раскачиваюсь из стороны в сторону, продолжаю тасовать карты, пока нити судьбы не застывают, говоря, что колода готова к ответам, зарождающимся в душе девушки. От волнения левый её глаз сильнее косит в сторону.

Сбрасываю на короб первую карту.

Леший…

Образ леса накрывает меня, вспыхивают в зелени папоротника капли росы… и крови.

— Бежим! — вопит Жор, вырывая из видения.

Вздрогнув всем телом, растерянно моргаю. А девушка отскакивает в толпу, разрывая связанные с картами нити судьбы. В следующий миг в плечо впиваются пальцы.

Внутри всё стынет. Оборачиваясь, поднимаю голову.

Тинс, скаля идеально белые ровные зубы, смотрит на меня. На самом деле зубы у него были жёлтые и кривые, но Берда их выправила.

Сглатываю. Весёлая мелодия будто откатывается прочь, как и веселящиеся люди и тёмные. Шальной взгляд Тинса прожигает насквозь.

— Что же ты не заглянула к господину мэру, — скалится он в улыбке. — Он давно ждёт твоего визита. И раз уж ты здесь…

Он рывком поднимает меня с земли. Карты рассыпаются по мостовой. Чей-то каблук разбивает в одной из карт заговорённую сердцевину, и в сердце будто вонзается игла. Я не могу вдохнуть, двинуться.

Тинс обхватывает меня за талию и шепчет на ухо:

— Хватит ломаться и набивать себе цену, терпение мэра закончилось. Хочешь хорошо жить, как Саира, — уступи ему, а если продолжишь артачиться — сядешь в тюрьму или сдохнешь от голода.

У меня только-только отпускает сердце, и в оцепеневшее тело возвращается сила. Дать бы Тинсу по роже, но тогда точно тюрьмы не миновать.

— Светлый властелин! — восклицает Жор.

Отпустив меня, Тинс, как и остальные, оглядывается по сторонам. Схватив короб, роняя склянки, я, придерживая шляпу, бросаюсь в толпу.

— Стой! — вскрикивает Тинс. — Марьяна, стоять!

Люди, видя мою ведьминскую одежду, расступаются. А там уже деревянные торговые ряды — я петляю между них, как заяц, и окрики утопают в гуле толпы.

— Здорово я придумал крикнуть, что он здесь! — хвалится Жор. — Здорово они все перепугались своего светлого.

На соседних улицах тоже начались пляски, хмельной смех эхом бродит между домов.

— Тебе надо или к мэру под бок, или замуж, — в который раз повторяет засевший на полях шляпы Жор. — Иначе мы умрём с голоду. И, кстати, Тинс прав: ты слишком долго испытываешь терпение мэра. Мужчины не любят ждать, знаешь ли.

— Заткнись, — прошу я, обнимая повешенный спереди короб. Почему-то так мне спокойнее. — Я и без тебя всё понимаю. Но я не могу так. Мэр мне противен, а выходить замуж за первого встречного…

— За Рейнала…

— Я не буду подставлять его семью. Мэр их просто выживет.

— Хорошо, давай не замуж. Давай просить откуп. То есть, конечно, проситься замуж, но ведь можно и на откупе заработать. Сама подумай: никто же не захочет жениться на ведьме, они будут тебе платить.

Самое ужасное, что эта авантюрная идея после объятий Тинса уже не кажется такой уж гадкой.

Придерживая шляпу, запрокидываю голову.

— Полегче, — Жор обхватывает тулью.

А я смотрю на небо. На востоке его чернота уже теряет густоту. Несуществующая ночь — единственное время раз в четыре года, когда девушка может сделать предложение свободному мужчине, имя которого она знает, и он обязан или согласиться, или заплатить откуп.

— Я многих знаю, — как бы между прочим напоминает Жор. — Так что выяснять имена не придётся, можно просто подходить и предлагать. Глядишь, к утру или обогатимся, или тебя пристроим. Любой вариант нам подходит.

Закрываю глаза.

На плечах опять возникает ощущение рук — но на этот раз горячих, подрагивающих, и дыхание над ухом:

— Почему я отозвал твою лицензию? Марьяна, ты такая красавица, не стоит тебе тратить магию на простых людей, я бы с удовольствием воспользовался твоими услугами, чтобы ты стала моей личной ведьмой…

И руки мэра скользят к моей груди.

Тогда меня спасло внезапное появление одного из представителей городского совета, я сбежала и больше на глаза мэру старалась не попадаться, но он посылал Тинса. Сначала с подарками, потом с угрозами, сегодня уже со стражниками.

Мерзостное оцепенение вновь охватывает меня, как тогда, в кабинете мэра. Я передёргиваюсь и выдавливаю:

— Хорошо. Но вряд ли на празднике есть свободные мужчины: никому не хочется жениться на первой встречной или отдавать свои кровные.

— Наверняка кто-нибудь понадеялся на удачу: каждую несуществующую ночь находится несколько женившихся или раскошелившихся «счастливчиков».

Мне ещё хочется развернуться, но дома ничего съестного нет, и голод уже подступает, а у меня осталось немного снадобий. И Тинс наверняка решил, что я отправилась в деревню, там, наверное, меня и караулит.