Путь молчанияОт моих ладоней к твоим глазамИ к твоим волосамГде ивы-девчонкиПрислоняются к солнцуИ шепчутся тихоИ лепестки трепещущей тениПодбираются к их разомлевшим сердцам.
* * *
«Симметричная гордость жизнь разделенная поровну…»
Перевод М. Ваксмахера
Симметричная гордость жизнь разделенная поровнуМежду старостью улицИ молодостью облаковЗакрытые ставни руки трепещущиеТочно на солнце листваРуки ручьями струящиесяИ укрощенная голова.
ЧУТЬ ИЗМЕНЕННАЯ
Перевод М. Ваксмахера
Прощай печальЗдравствуй печальТы вписана в линии потолкаТы вписана в глаза которые я люблюТы отнюдь не бедаИбо самые жалкие в мире уста отмечаешьУлыбкойЗдравствуй печальЛюбовь податливых телНеотвратимость любвиЛаска твоя возникает нежданноЧудищем бестелеснымГоловой удрученнойПрекрасная ликом печаль.
КРИТИКА ПОЭЗИИ
Перевод М. Ваксмахера
Разумеется я ненавижу царство буржуевЦарство шпиков и поповНо сильнее стократ я ненавижу людейкоторые не ненавидят егоТак же как яВсей душой.Я плюю в лицо ничтожнейшему пигмеюКоторый всем стихам моим не предпочтетэту Критику поэзии.
ОДИНОКИЙ
Перевод М. Ваксмахера
Я бы мог в одиночестве житьБез тебяЭто кто говоритЭто кто без тебя может житьВ одиночествеКтоЖить наперекор всемуЖить наперекор себеНадвигается ночьКак прозрачная глыбаЯ растворяюсь в ночи.
ТОЧНОСТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СЕРДЦА
Перевод М. Ваксмахера
О точность человеческого сердцаВсе краски красотыОтточенные формыИ прочие уловки лишь затемЧтобы идти прямолинейно к целиТочностьНеумолимого движения сквозь толщиСлучайных поцелуев и речейУстойчивость устоевВ умах мужчин и женщинИ странность очертаний облаковНе выходящая за грани облаков.
ЗАТЕРЯННЫЙ САД
Перевод М. Ваксмахера
Этот сад выходил на мореГрудью гвоздикиШуму воды подражалШелестел голосами леснымиСердце сада струило свежестьСпокойно и щедроА цветы поднимались мягкоК корням рассветаЭтот сад выходил на сушуБыл он спокойно ласковИ на каждом шагу из чащиВыплескивались аллеиПестрая гамма просекВливалась в поток пейзажаИ солнце апрельского цветаПлыло в зеленом небе.
На школьных своих тетрадкахНа парте и на деревьяхНа песке на снегуИмя твое пишуНа всех страницах прочтенныхНа нетронутых чистых страницахКамень кровь ли бумага пепелИмя твое пишуНа золотистых виденьяхНа рыцарских латахНа королевских коронахИмя твое пишуНа джунглях и на пустыняхНа гнездах на дрокеНа отзвуках детстваИмя твое пишуНа чудесах ночейНа будничном хлебе днейНа помолвках зимы и летаИмя твое пишуНа лоскутках лазуриНа тинистом солнце прудаНа зыбкой озерной лунеИмя твое пишуНа полях и на горизонтеИ на птичьих распахнутых крыльяхИ на мельничных крыльях тенейИмя твое пишуНа каждом вздохе рассветаНа море на корабляхНа сумасшедшей гореИмя твое пишуНа белой кипени тучНа потном лице грозыНа плотном унылом дождеИмя твое пишуНа мерцающих силуэтахНа колокольчиках красокНа осязаемой правдеИмя твое пишуНа проснувшихся тропахНа раскрученных лентах дорогНа паводках площадейИмя твое пишуНа каждой лампе горящейНа каждой погасшей лампеНа всех домах где я жилИмя твое пишуНа разрезанном надвое яблокеЗеркала и моей спальниНа пустой ракушке кроватиИмя твое пишуНа собаке лакомке ласковойНа ее торчащих ушахНа ее неуклюжей лапеИмя твое пишуНа пороге нашего домаНа привычном обличье вещейНа священной волне огняИмя твое пишуНа каждом созвучном телеНа открытом лице друзейНа каждом рукопожатьеИмя твое пишуНа стеклышке удивленьяНа чутком вниманье губПарящих над тишинойИмя твое пишуНа руинах своих убежищНа рухнувших маякахНа стенах печали своейИмя твое пишуНа безнадежной разлукеНа одиночестве голомНа ступенях лестницы смертиИмя твое пишуНа обретенном здоровьеНа опасности преодоленнойНа безоглядной надеждеИмя твое пишуИ властью единого словаЯ заново жить начинаюЯ рожден чтобы встретить тебяЧтобы имя твое назватьСвобода.
225
Свобода. — Стихотворение было напечатано в 1942 г. в Алжире; английские летчики сбрасывали его над оккупированной Францией в виде листовок.
ЗАТЕМНЕНИЕ
Перевод М. Ваксмахера
Ну что поделаешь мы жили как в могилеНу что поделаешь нас немцы сторожилиНу что поделаешь в тоске бульвары стылиНу что поделаешь сердца от горя нылиНу что поделаешь нас голодом морилиНу что поделаешь мы безоружны былиНу что поделаешь ночные тени плылиНу что поделаешь друг друга мы любили.
МУЖЕСТВО
Перевод М. Ваксмахера
Парижу холодно Парижу голодноПариж не ест на улицах каштановПариж в лохмотья нищенки оделсяПариж как в стойле стоя спит в метроНа бедняков свалились новые невзгодыНо мудрость и безумьеСкорбного ПарижаВ себя вбирает чистый воздух и огоньВ себя вбирает красоту и добротуЕго изголодавшихся рабочихНе надо звать на помощь мой ПарижТы жив ты жизнью удивительной живешьЗа наготой за худобой за бледностьюВ тебе таится человечностьОна горит в глазах твоих ПарижПрекрасный город мойКак шпага сильный тонкий как иглаДоверчивый и умудренный ты не можешьСнести несправедливостьНесправедливость худший хаос для тебяТы от него Париж освободишьсяПариж мой трепетный далекая звездаНадежда неугаснувшая нашаОсвободишься ты от горя и от грязиМужайтесь братьяНет у нас ни касок ни сапогМы ни мундирами ни выправкой не блещемНо в наших жилах вспыхивает солнцеНаш свет вернулся к намДостойнейшие пали ради насИ вот их кровь клокочет в нашем сердцеИ снова утро утро над ПарижемЧас избавленьяШирь весны новорожденнойТупая сила рабья терпит крахРабы враги наши должны это понятьИ если понимать они способныОни восстанут.1942
В ИСПАНИИ
Перевод М. Ваксмахера
Если в Испании есть дерево цвета кровиЭто дерево свободыЕсли в Испании есть неумолкший языкОн говорит о свободеЕсли в Испании есть чистый стакан винаВыпьет его народ.
МЫ ДВОЕ
Перевод П. Антокольского
Мы двое крепко за руки взялисьНам кажется что мы повсюду домаПод тихим деревом под черным небомПод каждой крышей где горит очагНа улице безлюдной в жаркий полденьВ рассеянных глазах людской толпыБок о бок с мудрецами и глупцамиТаинственного нет у нас в любвиМы очевидны сами по себеИсточник веры для других влюбленных.
ТРИСТАН ТЗАРА
Перевод А. Ларина
Тристан Тзара(наст. имя — Сами Розеншток; 1896–1963). Выходец из Румынии. В 1919 г. переехал в Париж, где возглавил кружок дадаистов; затем на рубеже 20–30-х годов примкнул к сюрреализму, став одним нз его теоретиков, а позже — резких критиков («Сюрреализм и послевоенные годы», 1947). В ранней лирике («Первое небесное приключение господина Антипирина»; 1916; «25 стихотворений», 1918) сквозь нарочитую заумь пробивается наивная свежесть взгляда на вещи. Участвовал в движении Сопротивления. У позднего Тзара поток метафор, сохраняя оттенок герметичности, отражает раздумья о призвании человека, его долге, его трагедии в счастье («Завоеванные полдни», 1939; «Земля нисходит на Землю»! 1946; «Дозволенный плод», 1956).