Запах Вереска
Шрифт:
– Есть соображения?
– Да, кто угодно, – прижав к себе нервно дрожавшего Джулиана, ответил Уолтер, – родня Амикуса, крысы Валентина.
– Судя по маникюрчику и пластике, даже ваши соседи, – продолжил за него Алан.
– Не только, – напряженно произнес Эдвард, – там были и другие.
– Великолепно, – огрызнулся блондин и резко свернул на более оживленную улицу.
– Оаааа! Мальчики, не хочу истерить, но нас догоняют! – вскрикнула Эрика и вцепилась коготками в сиденье Эдварда.
Алан только мельком взглянул в зеркало заднего вида и, увидев приличный хвост, криво оскалился. Этот оскал и увидел Джулиан. Слишком хорошо зная своего босса, он уже понял, что последует сейчас.
– О, нет! – нервно произнес он и вцепился в сиденье.
– Держитесь, крошки! – рявкнул босс и, переключив передачу, вдавил педаль газа до упора.
Стрелка спидометра истерично забилась на отметке двести сорок, и, бешено лавируя между другими машинами, Алан вырвался вперед. Проскочив на перекрестке под красный свет и напоровшись на полицейский патруль. Вкупе с пулями, свистящими над головой, визгом сирен и матом всегда такого спокойного Эдварда.
Только за последние двадцать минут блондин успел стать причиной трех аварий и снести с дороги небольшой ларек. Вел машину Алан, как бешеный, на такой скорости, что, будучи нелюдьми, Эдвард и Уолтер вцепились, кто во что успел, и, широко распахнув глаза, с ужасом следили за дорогой. Эрика была в восторге и пищала на самых крутых поворотах, а Джулиан безуспешно пытался имитировать белый и холодный сугроб («снежок» слишком громко матерился). Сам же Салливан не отводил напряженного взгляда от дороги и, вцепившись в руль побелевшими пальцами, выкидывал такие фокусы, что любой камикадзе обосрался бы уже. Его пытались подрезать, взяли в плотный пресс с двух сторон и стали давить, заставляя идти к обочине. Не тут-то было! Резко затормозив и заставив своих преследователей проехаться по инерции еще несколько метров, он сдал назад. Полицейским пришлось пустить машины в рассыпную. Кое-кому не повезло поцеловаться с другой машиной или навсегда запечатлеть свой лик на фонарном столбе. Резко свернув с оживленной улицы, он бросился удирать по узким дворам. Но уже у самого выезда дорогу перегородил один из джипов, и высунувшийся из окна мужчина пустил автоматную очередь. Эрика вскрикнула и зажмурилась. Уолтер закрыл вцепившегося в него Джулиана, а Эдвард, глухо зарычав, метнул когтистой рукой вперед. Алан еле успел развернуть машину. Зацепило дверные окна и, разбив стекло с его стороны, порезало осколком скулу. Сам же джип по непонятной причине напоминал искореженный кусок металлолома, впечатанный в подъезд жилого дома. Мимолетный взгляд на алеющие искорки в глазах сидящего рядом и тяжело дышащего Эдварда прояснил все.
– Все целы? – встрепенувшись, спросил Эдди и обернулся к остальным.
– Кажется, да, – помотал головой оглушенный Уоли и мгновенно напрягся, – и сейчас это исправят.
Резко обернувшись, Алан и Эдвард увидели второй джип, едущий прямо на них. Причем, за ним шла карающая кавалерия всевидящего ока закона. Гремя фанфарами и оглушая всех вокруг требованиями прижаться к обочине и, подняв руки, выйти из машин. Алан тискаться с обочиной не собирался даже машиной и потому рванул с места. Поехав задом и матерясь на ублюдков, полезших из джипа. Те перебрались на капот и, выпустив когти, готовились к прыжку.
– Маааамааа!!! – заорал Джулиан от шока.
– Однозначно – папа! – рявкнул Алан и так же задом вылетел опять на главную улицу.
На этот раз незадачливых каскадеров в полете снял Уолтер. Отшвырнув своей магией сразу двух прямо под колеса явно охуевших от внезапного «счастья» водителей. В итоге, джип влетел в новенький Пежо и задницей почувствовал всю любовь немецкого автопрома в лице черного Порше. Апогеем в заторе стала вылетевшая навстречу всем трем красавцам полицейская Тойота. Салливан только усмехнулся в зеркало и, ловко лавируя между останавливающимися машинами, пролетел под очередной красный свет. Еще одним штрафом больше или меньше, какая разница? Все равно тачка из гаража Валгири, и ему за все платить. Гаденькая мысль только подстегнула на новые свершения, а зазудевшая в поисках приключений задница уверила, что они уже совсем рядом. Те стройным паровозиком полицейских огней тянулись за ними. В затылок же дышал ближайший сосед по рулю. Судя по красным глазам, острым клыкам и бледной поганистой роже, это был вампир. Вскоре рыло это перекосило, потому что двинутый на всю блондинистую голову смертный решил, что ему мало адреналина и, сломав ограждение, влетел на бешеной скорости на встречную полосу. По воплям, доносящимся из машины, пассажиры не разделяли его восторга.
Сам же Салливан профессионально уходил от столкновений и пол-Эдинбурга сегодня довел до сердечного приступа. Что уже говорить о тех, кто сидел с ним в одной машине. Эрика, не будучи беременной, явно смогла бы сейчас родить троих, жених ее, кстати, тоже. Уолтер же, судя по звукам, уже помогал тужиться Джулиану.
Водители бросали машины в сторону, боясь столкнуться с чокнутым идиотом, сигналящим им и умудряющимся параллельно сумасшедшей езде возмущенно орать. На очередной вопль о жопорукости психа Алан, не стесняясь гонящихся за ними, высунул голову из окна дверцы и, показав кому-то средний палец, заорал:
– Протри фары, уебок! Не видишь, я тут еду?! – и, уже сев обратно, возмущенно добавил, – Что за народ?! Кто им права вообще выдает?!
– Алан, ты на встречке, – промямлил Эдвард.
– Это не я против движения! Это движение против меня едет!
Миновав очередной бизнес-квартал и сметая параллельно почти все нормальное движение, пугая прохожих и чуть не сбив какого-то придурка в костюме бургера, Салливан, разбив огромную витрину, на полной скорости въехал в торговый центр. Народу было очень много, а судя по крикам и отшатывающейся толпе, их здесь совершенно не ждали. Даже неловко как-то получилось.
– Выпусти меня! – неожиданно заорал Эдвард, не отрывая глаз от оставшихся двух джипов.
От его напора и рыка Алан настолько удивился, что на мгновение перевел взгляд на злое лицо мужчины. Этого хватило, чтобы пропахать боком витрину женского бутика. Визг Эрики заставил всех мужчин испуганно кинуться проверять ее повреждения. Повреждений не было, девушка только с визгом кинулась на шею опешившего Эдди, уговаривая его зайти сюда, когда у них будет чуточку больше времени. В этом бутике она только что заметила новую коллекцию от Армани. Сидевший за рулем Алан задохнулся от желания побиться головой о приборную панель и засмеяться. Наконец, зафункционировав, Эдвард опять вцепился в крайне занятого сейчас дизайнера.
– Выпусти меня, Ал!
– Нахрен?! – рыкнул взбешенный американец и, резко повернув руль, выровнял машину после очередного удара, пришедшего в бок от джипа.
– Они не отстанут, – резко произнес Эдди, – мы с Уоли возьмем их на себя, а вы уедете.
– Из ума выжил?! – в один голос рявкнули Эрика и Джулиан.
– Эдди прав! – вступился за брата Уолтер, – мы их так уделаем, что мать родная не узнает!
– А тебя отец родной?! – вцепился в его плечо Джулиан, – они вооружены, и ты видел, что это какие-то больные на голову придурки с экипировкой Росомахи!
– Джулиан... – открывший было рот Уоли с шумом захлопнул его, когда раздался почти звериный рык взбешенного Алана.
– Заткнулись все и прижопились к сидениям, как обкакавшийся молодняк из садика «Ромашка»! – рявкнул он и полоснул по Эдварду убийственным взглядом почти голубых глаз, – ты совсем съехал мозгами?! Решил устроить с братцем «в мире животных» прямо перед испуганным до усрачки народом?! Это если забыть тех патологоанатомов, которых сегодня ждет увлекательное путешествие в мир эволюции под лабораторный спирт!
– Мы не можем так вечно кружить! – процедил сквозь зубы Эдди, но перестал вырываться из машины.
Охуительный вечер, между тем, продолжался злобной ссорой Уоли с Джи-Джи на заднем сидении, криком народа и вереницей машин, едущих на полной скорости и разрушающих все на своем пути. Пока колоритная процессия по широким винтовым коридорам не добралась на самый последний этаж и не въехала в огромное кафе под стеклянным куполом и такой же стеклянной стеной, к которой загнали серебристый Ауди. Учинив офигенных размером погром, Алану пришлось резко затормозить и усиленно искать выход. Позади была кучка вампиров, оборотней и полисменов, уже вышедших из машин и занявших место (причем все целились во всех), а впереди – огромное окно, за которым в неоновом свете сияла уходящая под тридцатью градусами к земле крыша художественной галереи Патрика Холдена.